– Алла, мы тебя можем отвезти во дворец Павлина на белом теплоходе, он туда через день ходит. – сказал ей Юра с издевательскими нотками в голосе.
– Сама уеду! – крикнула Алла, полная ревности к сопернице.
– Вот до чего дошла любовь! Женщина к мужику собралась ехать, а у него другая! – завопил Юра.
– Не трави душу! Денег нет, а то бы поехала, – крикнула Алла.
– Алла, так мы тебе наскребем на дорожку. – сказал Юра, – мы и до теплохода тебя проводим, а хозяйкой станешь – авось про нас не забудешь.
– О, редиски! Вот издеваются! – Алла вздрогнула и ушла с террасы.
– Лиана, а ты куда хочешь, в сторожку в домино поиграть? – спросил Паша.
– Илья Львович надо мной не издевался, как вы! Паша, ко мне больше не подходи! Считаю, что я отработала пансионат. – сказала Лиана.
Илья Лис всех четверых выслушал и незаметно покинул свой наблюдательный пункт в кустах. Он понял, что певица вернется, пусть не сразу, но вернется. Белая яхта в этих местах была только у графа Павлина. Илья Львович пошел докладывать о событиях директору пансионата: у каждого свой в жизни начальник. Директор должен знать все, но его почти никто не знал и не видел.
Директором пансионата работал незабвенный господин, он спокойно сидел в кабинете как простой чиновник с обычным именем Иван Сергеевич. Но то, что директор пансионата Иван Сергеевич Павлинов и пресловутый граф Павлин – одно лицо, мало кто знал. Этого не знал и сам Илья Львович, он лишь догадывался, рассказывая директору все, что сам знал.
Директора могла бы узнать Алла, но Юра его не видел, когда они были у него в замке. За ними и их любовью граф Павлин от скуки наблюдал сквозь хитрое зеркало: он их видел, а они его не видели. А кто Аллу пустит к директору? Никто! Но о желаниях Аллы
Илья Львович сообщил директору пансионата. Директор выдал Илье Львовичу премию. Детектив, счастливый, пошел в свою сторожку играть в домино.
Граф Павлин задумался. Оказывается, Алла его не забыла. Мало того, она его ревновала! Это было полной неожиданностью. Это было приятной неожиданностью! "Ох, как скучно, – подумал он. – Все знаю, нет серьезного противника".
– Есть! – сказал вслух сидящий в нем глубоко граф Павлин. – Надо, чтобы Лиана следила за смотрителем, когда ему передадут порошок.
Он позвонил Илье Львовичу.
– Илья Львович, Иван Сергеевич тебя беспокоит, сделай так, чтобы твоя мудрая Лиана проследила за музыкантом-директором, когда тот будет передавать порошок смотрителю. Не упусти момент. Пусть она ведет этот порошок до графа Павлина!
– Будет сделано. Сейчас все на обеде, я их у столовой встречу, – ответил Илья Львович.
– Бери машину! Важно, чтобы Лиана видела момент передачи товара, оторви ее от сопровождающих ее лиц под любым предлогом! На карте честь пансионата!
Граф Павлин любил быть двуликим Иваном Сергеевичем.
Илья Львович заглянул в столовую: музыканты ели, пили. На коленях у музыканта-директора лежал пакет, товар был на месте. Вся четверка была в сборе. Он направился к своему столику, быстро поел, пошел наперерез Лиане. Паша сделал недовольное лицо. Лиана подошла к Илье Львовичу.
– Лиана, идем со мной! Мы с тобой поедем к башне.
– Интересно, поехали, Илья Львович. – сказала Лиана и помахала остальным.
Лиана и Илья Львович, не оглядываясь, пошли к центральному выходу из пансионата, где стояла служебная машина для разъездов. Он сам сел за руль.
– Лиана, я тебя подвезу, но рядом с тобой меня быть не должно, ты будешь следить за входом в башню. Есть предположение, что сегодня будет передана контрабанда смотрителю. Ты проследи, кто передаст ему пакет, постарайся увидеть того, кому смотритель потом передаст пакет. Вот карандаши, бумага. Ты сиди и рисуй, на тебя не будут обращать внимания. Ты говорила смотрителю, что художница, так вот и рисуй с натуры морские волны.
Илья Львович отвез Лиану к башне и исчез в стороне городского рынка. Она села рисовать. Смотритель сам подошел к Лиане и спросил:
– Девушка, у тебя памяти совсем нет? Решила волны рисовать с натуры? Рисуй, а мне не мешай. Если бы ты еще немного в сторонку села от башни, вон на том валуне.
– Хорошо, я пересяду. Какие сегодня волны красивые!
– Что ты в них нашла? А, все художники убогие, что на них обижаться, – проговорил смотритель и пошел к башне.
Минут через двадцать показался музыкант-директор. Он подсел к смотрителю, потом поднялся на смотровую площадку, а вниз спустился без пакета. Лиана пакет заметила, но еще она заметила, что пакета в руках возвращающегося музыканта-директора не было. Смотритель после ухода музыканта-директора повеселел.
– О, рисует. Смотри ты, а волны как живые. Девушка, а ты и впрямь художница! Мне бы волны свои подарила, я их на стенку повешу.
– Один рисунок я Вам подарю, сегодня волны хорошо получились, но мне еще надо немного их дорисовать.
– Ладно, рисуй, девушка, раз мне рисуешь.
Глава 5. Кораблик у причала
У Лианы возникло ощущение, что смотритель принял на душу грамм сто водки или больше и был навеселе и взволнован. Она сидела, рисовала и не поворачивала голову в сторону смотрителя. Прошло полчаса перед тем, как появилась яхта.
Смотритель с пакетиком пошел к берегу, взял лодку…
– Ой, подождите! Я с Вами хочу прокатиться! – закричала Лиана.
– Девушка, ты чего ко мне привязалась? – спросил смотритель.
– Я не к Вам, я к волнам привязалась. – сказала Лиана и полезла в лодку смотрителя. Рисунок она оставила под валуном.
– Ладно, поплыли на яхту.
– Зачем привез бабу? – спросил матрос недовольным голосом.
– Это не баба, а художница. Она волны рисует, она с вами хочет прокатиться.
– А можно?! – прокричала Лиана свой вопрос.
– Садись и не мешай, а сюда мы только к вечеру вернемся.
Пакет с белым порошком исчез в трюме яхты. Лиана села на корме. Мужчины разговаривали. Смотритель сел в свою шлюпку и поплыл к берегу. Яхта взяла курс, известный Лиане по экскурсии на теплоходе. Она сидела, смотрела, молчала. Последнее, что она заметила на берегу, так это машину Ильи Львовича. Смотритель ему что-то сказал.
Илья Львович пошел и взял рисунок под валуном. Яхта набрала скорость. Спасательная башня исчезла из поля зрения. К Лиане мужчины относились на редкость равнодушно, они ее воспринимали как убогую личность, рисующую волны. С виду она напоминала весьма невзрачную серую мышь. Это певица Виктория Львовна была вся из себя. Она выпрыгивала при ходьбе из своего платья. А у Лианы все было закрыто, и сама она – скучная. Матросы Буек и Ледок о ней сразу забыли.
Яхту встретил на причале сам граф Павлин в шикарной светлой одежде. Лиана заметила, что пакет Буек отнес в боковую дверь замка. И в этот момент к ней важно подошел граф Павлин. Он сказал, что ему уже известно, что она художница, а у него есть для нее заказ.
Лиана тут же выросла сама в своих глазах. Они вошли во дворец Павлина. Ей показалось, что число зеркал в замке больше числа самих стен, она отражалась со всех сторон и быстро почувствовала, что ее одежда мало подходит к этому замку. Граф Павлин заметил смену ее настроения, но продолжал показывать картинную галерею, состоящую из одних павлинов, изображенных на полотнах.
– Лиана, мне нужен павлин на фоне морских волн. У меня есть живой павлин, его необходимо нарисовать на фоне моря. Справишься с такой работой?
– Думаю, да.
Граф Павлин внимательно посмотрел на скромную девушку и решил, что ему необходимо отправить певицу назад в пансионат: не волновала его певица. Он позвонил на яхту и сказал, чтобы певицу доставили в пансионат. Провожать ее он не вышел. Виктория Львовна обрадовалась тому, от чего недавно сбежала.