Двойные неприятности княжны Джи

Глава 11: Первый день – полёт нормальный.

Ко мне на второй этаж вернулась моя служанка Юн Ли. Проходя мимо рыжеволосого парня, она строго молвила "Свободен" и сконцентрировала своё внимание на мне. Ченг поклонился ей, потом склонился более глубоко и почтительно передо мной, а затем направился вниз по лестнице.

– Сиятельная княжна Джи, – с поклоном обратилась ко мне девушка, – не изволите ли прогуляться перед ужином?

– Я как раз хотела спуститься вниз и насладиться вечерней прогулкой, – сообщила я своей помощнице.

Это было правдой, я действительно хотела размяться после сидения за книгой, а заодно осмотреть территорию. Отпив остывшей водички из стакана, что приносил мне Ченг, я покинула второй этаж своей резиденции. Я осталась довольна проведённым временем и знаниями, которые почерпнула сегодня днём. Завтра нужно будет изучить Свод законов о семье и узнать детали построения семейных отношений, твёрдо решила я.

По пути на улицу, я вновь полюбовались на красивых мужчин с мечами, что охраняли мои покои. Выйдя наружу, я невольно поёжилась, так как весенний вечер выдался прохладным.

– Моя госпожа, сегодня прохладно на улице, прошу вас, подождите и я принесу вам накидку, – уважительно обратилась ко мне Юн, как и положено с поклоном.

– Хорошо, Юн, и сама оденься, – сказала я важно, не поворачивая головы.

Подобная манера поведения мне не свойственна, однако я брала пример с княгини. А так же ориентировалась на дорамы, которые я просмотрела в огромном количестве. В этой жизни я аристократка и должна вести себя соответственно, в противном случае я могу раскрыть себя или прослыть простушкой и лишиться уважения.

– Благодарю вас за заботу, сиятельная княжна, – с улыбкой поблагодарила меня служанка и вновь поклонившись, вернулась в дом.

Не успела я озябнуть, как вернулась Юн Ли. Она накинула мне на плечи тёмно-синюю накидку расшитую серебряной нитью и подбитую мехом какого-то короткошёрстного животного. Осмелюсь предположить, что это мех норки, но я не уверена, так как в прошлой жизни на такие роскошества денег у меня не было.

Вечер прошел, как любит говорить моя внучка, без напряга. Мы прогулялись во внутреннем саду поместья, полюбовались на плещущихся в озере карпов кои и вернулись домой. Всё это время меня сопровождала Юн Ли и пара охранников.

Меня удивило, что никто из семьи, кроме матери не пришёл меня навестить. Об этом я между делом пожаловалась служанке, мне было интересно, как обстоят дела в семье с межличностными отношениями. Быть может вывод о дружном семействе, который я вчера сделала, оказался поспешным.

– Я сегодня надеялась увидеть брата, но Веньхуа видимо слишком занят, чтоб повидаться со мной, – с равнодушным видом молвила я, наблюдая как слуги зажигают фонари в саду.

– Моя госпожа, великая княгиня Шу запретила вас беспокоить сегодня. Вам нужен покой и отдых, поэтому ваша матушка велела перенести всё визиты на завтра, – взволнованно сообщила мне Юн, смотря на меня кристально честными и чистыми глазами.

– Ох, матушка побеспокоилась обо мне, – улыбнулась я. – Значит, семья навестит меня завтра. Юн, вели повару приготовить на завтра сладости. Если мне нельзя, это не значит, что я не могу потчевать свою семью.

– Как прикажете, моя госпожа, – почтительно кивнула моя помощница.

После прогулки мне подали постный ужин, согласно прописанной диете. А далее меня ждало омовение, но не в моей ванной комнате, мы прошли в отдельно стоящее помещение. Гуляя, я приняла это место за крытую беседку, а это оказалась баня.

Юн Ли помогла мне переодеться в специальную одежду и взяла с собой чистую нижнюю рубаху для меня и расчёску. К моему появлению в зале Чистой добродетели или попросту бане, всё было готово. Вода нагрета, баночки и пузырёчки расставлены, полотенца и простыни приготовлены, благовония тлели, свечи горели, а большая бочка с водой была усыпана лепестками роз, всё как в кино.

Служанка помогала мне с омовением, я не привыкла чтоб меня мыли, но девушка действовала уверенно и профессионально. Было видно, что она делает это не в первый раз. Так что я расслабилась и получала удовольствие. Юн не просто помогла мне помыться, она нанесла на мое тело какой-то состав, а затем аккуратно мочалкой скатывала его с моей кожи, так же служанка сделала мне массаж, особенно уделила внимание ступням. Девушка вымыла мне голову, сделала маску для волос, и в конце всех процедур, почистив зубы, я сидела в бочке с лепестками роз, наслаждаясь лёгким ароматом цветов и благовоний.

Затем мы вышли в сухое помещение служанка намазала моё тело легким кремом и помогла одеться. При свете свечей мы сушили мою чистую шикарную шевелюру у нагретой стены, Юн Ли расчесывала мои длинные шелковистые пряди и пела незамысловатую песню о любви юноши к своей госпоже. В помещении было тепло и сухо, видимо печь находится со стороны улицы, её топят и она прогревает всю баню и стену в том числе.

Когда мы вышли из зала Чистой добродетели, солнце уже село. Юн Ли проводила меня в мою комнату, там освещая помещение горели свечи, а в небольшой вазе на столе появился букетик цветов. Увидев цветы, Юн лишь хмыкнула и занялась своими обязанностями, она помогла мне переодеться ко сну и подала бабочки со средствами для лица и рук. Совершив все вечерние процедуры, я улеглась в кровать, которую мне приготовила моя помощница. Поклонившись, Юн пожелала мне мирного сна и благословения Богов, затем потушила свечи и покинула мою спальню.

Оставшись в одиночестве, в практически полной темноте, у меня появилось время подумать. Жизнь в этом мире у меня может быть вполне неплохой, решила я. Так как я являюсь княжной, то работать мне не придется, хотя наверняка есть какие-то обязанности, но на данный момент мне о них не известно. В связи с матриархальным укладом жизни, мне не придется стелиться перед мужиками выбивая себе место под солнцем, и меня вряд ли выдадут замуж за какого-нибудь старого урода.

Но информации по-прежнему мало, это меня печалило. Чем занимается сиятельная княжна, не зря же она столько книг прочла, к какой жизни её готовили? Вчера за обедом старшая сестра упомянула, что я часто посещала различные мероприятия, а что если мне снова нужно будет выйти в свет. Что значит если, мысленно одёрнула я себя, обязательно придётся. Но я ни кого не знаю, люди будут ко мне подходить, что-то спрашивать, обсуждать, вспоминать, а я ни бум-бум. У меня наверняка есть подруги, но кто они и какое прошлое нас связывает.

Меня начала одолевать паника, если первый день прошёл удачно, это не значит, что у меня всё получится. Полную потерю памяти, незнание манер, обычаев и уклада жизни на отравление не спишешь. К тому же княгиня запретила об этом распространяться. Я начала усиленно соображать, где взять информацию о прошлом княжны Джи? Какую жизнь вела аристократка? Чем занималась, с кем общалась, чем интересовалась? Как вообще живут молодые княжны в матриархальном обществе?

Хорошо бы какие-нибудь заметки почитать, загрустила я. Например наша императрица Екатерина II вела дневник, вот бы и у Джи была такая привычка. А может она и была, осенило меня и я резко села в кровати. Я ведь не смотрела, что у меня в комодах. Днём обыск устроить не получится, со мной всегда кто-то из слуг, так что сейчас самое время, приняла решения я и отбросила одеяло в сторону.

Глава 12: Дневники княжны Джи.

Тихонько встав с кровати, я подошла к окну и чуть-чуть приподняла рулонные жалюзи, пустив в комнату немного лунного света. Я старалась действовать осторожно, чтоб не услышала охрана, я уверена на сто процентов, что ночной дозор стоит у моих покоев.

В первом комоде обнаружились различные женские штучки платочки, мини-шкатулочки, зеркала, гребни, мешочки, кисеты, ленты и тому подобное. Во втором, всё для вышивания и шитья. А вот третий комод меня порадовал, здесь я нашла свитки, которые были сложены кучками и перевязаны ленточками. Это оказалась переписка княжны. Тоже неплохо, решила я и продолжила ночной обыск.

Распахнув центральные дверцы, я нашла большую резную шкатулку, в такую пару книг запихать можно, решила я. Достав красивый ящичек инкрустированный золотом и драгоценными камнями, я поставила его на пол, поближе к свету.

Шкатулка была невероятно красивая и необычная. На крышке в центре стояла цапля, теперь то я точно знаю, что это именно цапля, а не журавль. Сама шкатулка была закрыта, её крышку с четырех сторон держали трехпалые лапки похожие на куриные с коготками. Однако не трудно было догадаться, что это лапки цапли. Рассмотрев внимательнее, я поняла, что когтистых пальца четыре, просто четвёртый направлен назад и цепляется за дно шкатулки.

Протянув руку, я хотела взяться за цаплю и попытаться открыть шкатулку. Однако внезапно белая птица пришла в движение, она взмахнула крыльями и потянулась клювом к моей руке. В испуге я отпрянула, а пернатая взъерошила перья и агрессивно зашипела на меня, щёлкнув клювом. От неожиданности я ойкнула и тут же зажала себе рот рукой, уставившись на дверь. За дверью была тишина, да и в комнате тоже, капля приняла исходное положение и больше не двигалась.

Шли секунды, охрана не появилась, значит, мы с цаплей не громко общались, решила я и вернула свое внимание шкатулке. Это что за 3D эффект, изумилась я, не решаясь вновь прикасаться к птице. Или это и есть проявление волшебства в этом мире, восхитилась я. Очень необычно и захватывающе, вот только как открыть шкатулку, судя по всему, там что-то интересное.

Разглядывая изделие, я аккуратно провела пальчиком по одной лапке и она пошевелилась, удобнее перехватившись, а цапля подняла на меня голову. Охренеть! Как живая! Изумилась я, однако прикасаться к птице всё ещё не решалась. Она вроде потянулась ко мне, когда я хотела взяться за неё, вспомнила я.

Была не была, решилась я, не сожрёт же меня цапелька, она маленькая, подаваться. Настроившись, я повторно потянулась к белой птичке, но только одним пальцем. Взмахнув крыльями, цапля потянулась ко мне клювом и уколола мой пальчик. Спустя пару секунд трёхпалые лапки сжались в кулачки, освободив крышку. Потрясающе, это точно магия, поразилась я и взявшись за успокоившуюся цаплю сняла крышку со шкатулки.

Внутри стопочкой лежали три тетрадки. Ура! Мысленно возликовала я и начала изучать свою находку с нижней тетради, рассудив, что начинать нужно именно снизу. Взяв добычу в руки, я поразилась качеству тетради, листы плотные, приятные на ощупь, но не глянцевые. На обложке изображена цапля, стоящая на одной ноге среди камышей.

Подсев к окну, я с замиранием сердца перевернула страницу и углубилась в чтение. Это действительно был дневник княжны Джи. Именно эти записи, она делала в юном возрасте, так что это действительно было начало, судя по дате ей было двенадцать лет. Исходя из текста, девочка была капризная и разбалованная, её интересовали лишь игры, наряды, встречи с подружками и сплетни. А вот учиться ей не нравилось, княжна постоянно жаловалась на мать, старшую сестру и учителей. Девушка была не довольна возрастающим объемом информации, которую её заставляли усвоить. На страницах дневника, юная княжна перемывала кости своим подружкам и обсуждала старшую сестру. Но делала это без злости и зависти, скорее из вредности.

Время шло, княжна Джи росла и становилась не столь инфантильной. К четырнадцати годам, она стала более ответственной, рассудительной и благодарной, но всё ещё веселушкой и модницей. Девушка описывала праздники, встречи, и просто некоторые моменты, которые затронули её душу. Также девушка рассуждала о будущем и своем месте в семье, очень необычно для столь юного возраста. Между записями в дневнике иногда были значительные промежутки времени, и с каждой новой заметкой Джи представала передо мной, более взрослой и ответственной.

Из дневника мне стало известно, что родилась я восьмого числа восьмого месяца. Это чрезвычайно счастливое число, поэтому мама назвала меня Джи, что значит удачливая. М-да, что-то не сходится, вздохнула я. Какая же она удачливая, если отбросила копыта, едва вступив в совершеннолетие.

На обложке второй тетради цапля шла по колено в воде, а на речной глади цвели лотосы. Второй дневник девушка начала вести в шестнадцать лет. Здесь чувствуются уже более зрелые мысли, переживания о семье, забота об окружающих и рассуждения о будущем. Это уже размышления настоящей княжны, подумала я. Что меня удивило, как это то, что не было раздумий о парнях, первой любви и переживаний как понравиться противоположному полу. О мужчинах Джи думала опосредованно, как о дополнении и приложении к её статусу.

Первый сексуальный опыт княжна пережила одним из своих охранников в семнадцать лет. Во время прогулки она просто сказала ему "Погаси сегодня свечи в моей спальне" и вечером после вечерних процедур мужчина пришёл к ней. Исходя из прочитанного, любая из женщин клана, может пожелать любого мужчину, если он не чей-то муж или наложник. Не знаю, имеет ли право мужчина отказаться, но Джи никто не отказывал.

Как я поняла, для женщин в этом мире почти нет запретов. А понятий распутная, доступная или не приведи Господи шл*ха, просто не существует. Этим миром правят женщины, так что у мужчин нет права их оскорблять. В тоже время и княжна не позволяла себе высказываться уничижительно о мужском поле. Она оценивала мужчин по статусу, внешности и рассуждала о пользе, которую он может принести клану в целом и ей в частности, но никогда не опускалась до оскорблений в своих записях.

Чтоб не забеременеть Джи носила тонкое колечко на мизинце. Я посмотрела на свою руку, колечко было на месте, тоненькое, совсем не весомое и почти не заметное. Но оказывается, оно выполняет очень важную функцию. Думаю, что княжна Джи просто была не готова стать матерью в столь юном возрасте, поэтому позаботилась о контрацепции.

Из дневников я узнала, что Юн Ли служит мне уже четыре года, а до неё была Сян Хансукан, но она вышла замуж и забеременела. Поэтому выполнять свои обязанности не могла. Более того, большинство служанок дома, это члены клана, то есть дальние родственницы. У Юн Ли другая фамилия так как она из другого клана, но её семья присягнула на верность клану Хансукан, поэтому она вхожа в дом княгини. А дальние родственники тут случайно не служат, не хотелось бы оказаться в койке со своим троюродным братом, мысленно напряглась я.

Так же мне стало известно, что у меня есть две лучшие подруги. Первая это Мингю Гун, девушка на чьём дне рождения меня травонули и Киую Пань, дочь самой состоятельной купчихи нашего княжества. Мы трое с детства были практически неразлучны, так что я прочла много историй о нашей дружбе и о девушках непосредственно. Возможно, в беседе с ними мне удастся не выдать себя, вот только как они выглядят мне не известно.

Третий дневник княжна начала после своего совершеннолетия. Она подробно описала свой день рождения, матушка закатила дочери шикарную вечеринку, которая запомнилась надолго, не только всем приглашенным, но простым жителям города. Так как была пожертвована огромная сумма на благотворительность, а на площадях радовали сладости.

В третьей тетради записей было не много. Здесь княжна предстала совсем взрослой и осознанной девушкой. Она заботилась о своем имидже и чести клана, искренне любила и уважала свою семью. Джи часто являлась представителем от клана Хансукан на многих мероприятиях и приёмах, она любила повеселиться, но знала меру. Девушка действительно увлекалась живописью, любила читать, занималась благотворительностью, а так же иногда присутствовала на некоторых судебных заседаниях. Замуж княжна не собиралась, так как сердце её было свободно, но красивых мужчин она любила, однако не злоупотребляла.

Такие выводы я сделала, прочтя три неполные тетради дневников сиятельной княжны Джи. Мне было искренне жаль девушку, она была хорошим человеком и достойной дочерью клана. Мне кажется, она не заслужила такой участи, как смерть в столь юном возрасте. Впрочем, личный дневник это весьма субъективный источник информации, хотя и он мне помог сделать выводы о личности бывшей хозяйки тела. Последняя запись была сделана почти за две недели до смерти девушки.

Глава 13: Ходят слухи.

Когда я закончила чтение, ночная мгла за окном уже начала отступать, я посмотрела часы. Ого, пятый час, я всю ночь просидела, но зато узнала много интересного. Сегодня ещё нужно будет уделить внимание книге о семейных отношениях, и я в дамках.

Убрав дневники обратно в шкатулку, я опустила крышку на место. В тот момент, когда крышка коснулась шкатулки, кулачки цапли разжались, потянулись, хрустя фалангами и вновь зафиксировали верхнюю часть шкатулки. Волшебство, окончательно убедилась я.

Поставив шкатулочку обратно в комод, я полностью опустила жалюзи и вернулась в свою кровать. Подушку бы по мягче, а то какая-то жёсткая, возмутилась я, пытаясь устроиться поудобнее. Спать осталось не долго, княжну будят в восемь часов утра, исключения бывают только в дни после праздников или если девушка вернулась домой поздно. Однако если у сиятельной княжны Джи день расписан, есть встречи и планы, то подъем в восемь утра и ни минутой позже. Это я тоже узнала из дневников.

Несмотря на обилие мыслей, уснула я быстро, а разбудила меня служанка в восемь утра. Никаких послаблений после отравления, мысленно возмутилась я, сонно смотря на мир одним глазом. Второй ещё спал. До завтрака гостей у меня не было, а вот после, ко мне пожаловал мой брат Вэньхуа. Мы решили прогуляться по саду и мой брат огорошил меня вопросом:

– Моя дорогая сестра, ты не передумала на счёт Хэнга из клана Фэньхо, хорошая партия. Его мать уже дважды присылала прошение о браке.

– Нет, мой дорогой Вэньхуа, я не передумала, – ответила я, офигивая от утренней темы для разговора

– Подумай Джи, Хэнг хорошая партия, мы давно дружим, я хорошо его знаю, он будет достойным мужем. Ты не смотри, что клан Фэньхо не аристократы, у них хорошая репутация, они пользуются поддержкой многих влиятельных семей в империи и ещё они богаты. За ним дают богатое приданое, – уговаривал меня брат.

– У нас, что деньги закончились? – подняв бровь, спросила я.

– Нет, конечно, – смутился парень.

Быстро проанализировав сказанное братом, я поняла, что уже отказывала этому Хэнгу, а значит, мне его кандидатура пришлась не по вкусу. Также я сообразила, что парни дружат, вернее брат мне об этом сказал напрямую. Так что я знала что ответить.

– Я понимаю, что вы друзья и ты хочешь породниться с Хэнгом, но тебя скоро отдадут в мужья и вы всё равно не будете в одном клане. К тому же жить с ним мне, а я свое мнение уже высказала, – ответила я, смотря с укоризной.

– Да, я понимаю. Прости меня, моя сиятельная сестра, – расстроился Вэньхуа и опустил голову.

Мы стояли на мостике, карпы кои плескались в кристально чистой воде, лепестки цветущей сакуры срывал с деревьев лёгкий ветерок, а бусины в моих волосах позвякивали. Идиллия. Внезапно в конце тропинки показался слуга, мужчина бежал в нашу сторону, а подбежав к мостику, бухнулся на колени и поклонился в пол.

– Сиятельная княжна Джи, ваша матушка, великая княгиня Шу, срочно требует вас к себе. Княжич Вэньхуа, хвала небесам и вы здесь, великая княгиня Шу, желает видеть и вас, – подобострастно кланяясь, доложил слуга.

– Что могло случиться с утра? – спросила я у брата.

– Понятия не имею, – пожал плечами Вэньхуа.

Не став более медлить, я прошла мимо согнувшегося в позе почтения слуги и быстрым шагом направилась к дому княгини. Брат шёл следом, возможно, он мог бы и обогнать меня, но видимо не решался. Так как по иерархии я старше, а значит, он обязан оказывать мне почтение.

Вся семья ждала нас в красивом светлом зале оформленном в голубых тонах. У входа стояла не только охрана и слуги, моё внимание привлёк черноволосый воин в дорогих доспехах, а ножны, в которых находился его меч, были инкрустированы драгоценными камнями. Слуги так же стояли вдоль стен.

Помещение было украшено гобеленами с изображением цапель и речными пейзажами, а на возвышении у стены напротив входа стоял трон. К нему вели восемь ступеней, а сам княжеский престол был сделан из нефрита и золота с изображением цапель. Цапли красовались и на панно, украшающем стену позади трона. На престоле восседала матушка, а семья сидела на больших расшитых серебром подушках в зале у её ног, причем в том же порядке, что и за обедом. Два места были свободны.

– Доброе утро, матушка. Я рада видеть вас. Здравствуй моя почтенная сестра – почтительно поклонилась я, сложив руки у груди.

Мой брат приветствовал свою княгиню-мать и сестру, опустившись на колени, парень уважительно поклонился, коснувшись лбом пола.

– Сядьте, – властно приказала нам мать, она явно была чем-то не довольна.

Хмуря своё красивое благородное лицо, княгиня стучала коготками по подлокотнику трона. Женщина была зла, не просто расстроена или взволнована, а именно зла. Об этом говорили желваки, периодически гуляющие по её челюсти.

– Мне принесли дурные вести, – сообщила нам глава семейства. – По городу гуляют сплетни о кончине нашей Джи.

Мои брови взлетели вверх, я была настолько сильно удивлена, что не сразу смогла вернуть себе нейтральное выражение лица. Неужели слуги проболтались, подумала я.

– Моя дорогая супруга, – с поклоном обратился к княгине её старший муж, – я не думаю, что информация утекла из нашего дворца. Осмелюсь предположить, что сплетни распускает тот, кто пытался отправить нашу дорогую Джи.

– Я тоже так думаю, – кивнула княгиня Шу. – Меня беспокоит содержание этих слухов. Это отвратительно и сильно бьёт по нашей репутации. Если это не прекратить, то к нам пожалует проверка из дворца императрицы. Нам не нужно чтоб верховная княгиня-принцесса первого ранга Киулан Люйсянь совала свой нос в наш округ.

– Что за слухи, матушка? Почему они вас так взволновали? – спросила моя старшая сестра.

– Один одного хуже, – с негодованием стукнула кулаком по подлокотнику трона матушка. – Утренний базар гудит как пчелиный рой и у каждого на языке имя нашего великого рода Хансукан. Генерал Айго, доложи, – властно приказала княгиня.

Через порог переступил тот самый мужик в дорогих доспехах. Он учтиво поклонился сначала княгине, потом Джинг, затем мне и в конце отвесил общий поклон мужчинам нашей семьи.

– Как прикажете, великая княгиня Шу, – ещё раз склонился воин. – Слухи ходят действительно недостойные, одни говоря, что сиятельная княжна Джи лежит при смерти и очень страдает. А её семья боится обратиться к волшебникам-целителям, так как не желает обнародовать болезнь не наследной дочери. Другие утверждают, что сиятельная княжна Джи уже мертва и семья прячет её труп в подвале боясь огласки. Ещё поговаривают, будто сиятельную княжну Джи подвергнут сложному бальзамированию, чтоб выдавать её за живую на праздниках. Есть и другие варианты, но самый ужасный это слух о том, что великая княгиня Шу, велела найти старого некроманта Су Хуа, чтоб он превратил её дочь в зомби. Якобы, таким образом, клан Хансукан пытается сохранить свой статус.

Отчитавшись, генерал снова нам всем поклонился и занял своё место у дверей. Я сидела как громом поражённая. Не верится, что люди способны выдумать подобный бред.

– Матушка, это же катастрофа, – расстроилась Джинг.

– Ни кто не поверит в подобный бред, – подала голос я. – Это же абсолютная ерунда.

– Дочь моя, ещё и не в такое верят, – вздохнул мой отец.

– Я ещё не получала писем от неравнодушных представителей знати и чиновников, но они не заставят себя ждать. Нам нужно действовать на опережение и немедленно опровергнуть слухи, – решительно заявила княгиня и её взгляд устремился ко мне.