На самом деле, я не знаю. Лиза рассказывает далеко не все. И многое из ее жизни остается для меня загадкой.
Мы просидели над лабораторной еще часа два. Но за это время Лиза так и не появилась. Сержик ушел, когда я начала демонстративно зевать, и в очередной раз взял с меня обещание – познакомить его с сестрой. Да, когда-нибудь – обязательно!
Завариваю карамельный чай и думаю о том, что надо меньше давать обещаний. Лизе обещала, что напишу сегодня рассказ. И, конечно же, так ничего и не сделала.
***
Лиза старше меня всего на год. Хотя кажется, что на целую жизнь. Она – умная, самостоятельная, сильная, независимая. В конце концов, в свои 19 она – взрослая. А я все еще чувствую себя ребенком. Даже не так, я – марионетка, которой управляют все вокруг. Учителя, родители, да и Лиза в том числе. Хотя Лизины жизненные подсказки и советы мне нравятся. Кроме ее вечного: «Тебе надо писать истории». Не то чтобы мне не нравилось. Просто не понимаю: зачем?
Лиза всегда была трудным ребенком и доставляла много хлопот родителям. А в 16 лет она преподнесла им настоящий «сюрприз»: забрала школьный аттестат и уехала в большой город самостоятельно строить свою жизнь. Нет, она не выбрала профессию, не поступила в училище или на какие-нибудь профкурсы. Она просто начала жить! Так, как ей хочется. В нашей семье говорить об этом «инциденте» не принято. Дома мы просто делаем вид, что ничего не произошло и никакой Лизы как будто бы и не существует, раз уж она решила жить без нас.
Я – совершенно другая. Послушно доучилась «на отлично» и поступила в хороший университет. Обязательно его закончу и буду работать по профессии, а к пятому курсу выйду замуж и рожу ребенка. Потому что я – папенькина дочка. Так говорит Лиза. И она права. Без одобрения родителей я не могу и шагу ступить. Парадокс вот в чем: несмотря на всю мою покорность, спинным мозгом чувствую, что Лизу родители любят больше. То ли из-за того, что она первая, то ли из-за того, что в ней есть стержень. Просто порой мне кажется, что я здесь лишняя. И если бы меня вдруг не стало, никто бы не заметил. А вдруг мое рождение было ошибкой? Что, если я не должна была родиться? Время от времени задаюсь этим вопросом и боюсь, что родители задаются им тоже.
Лиза работает в баре «Крылья». Хотя она не любит слово «работа». У нее есть просто жизнь, которую она наполняет любимыми занятиями. Может, для кого-то удивительно, но смешивать напитки и встречать разных людей – то, что приносит моей сестре удовольствие. И только потом деньги. Лиза знает наизусть рецепты всех-всех популярных коктейлей, а еще придумала парочку своих. За эту легкость и жизнерадостность в баре ее прозвали Бейлиз. Вот поговоришь с Лизой на любую тему, и приходит такое радостное то ли расслабление, то ли опьянение. Она дает надежду, что все будет хорошо. Просто надо не бояться поступать иначе. А не так, как ожидают другие.
Второе страстное увлечение Лизы – волонтерство в Доме ребенка. Здесь все по любви, никаких денег. Чем конкретно она там занимается, Лиза не рассказывает. И вообще, это ее страшный секрет, который знаю только я. Говорить на эту тему с ней или с кем-нибудь еще мне строго запрещено.
Я переехала к Лизе пару месяцев назад, когда поступила в университет. Теперь мы вместе снимаем старую квартирку в тихом центре и радуемся семейному воссоединению. А я как будто заново узнаю свою сестру. У Лизы есть огромный книжный стеллаж – она любит старые книги и не любит, когда их кто-то трогает. Она любит пахнуть кокосом, но не любит кокосовый кекс. Она любит помогать детям, но не любит, когда ее называют благородной. Она любит беззаботную жизнь и рассказывать истории для моих рассказов.
Это Лиза настояла на специальности литератора, а я всего лишь покорно согласилась. Сестра говорит, что мне надо писать. Что я должна рассказывать истории. А я не понимаю: зачем и почему. Да и кому это надо? Лиза приходит ко мне со своими сюжетами и начинает нашептывать их на ушко. Я говорю ей: «Отстань!» – и ухожу. А она все ходит за мной и шепчет, шепчет, шепчет. Есть только один способ прекратить этот назойливый шепот – сесть и записать историю, сделать из нее рассказ. И меня отпускает. Шутка в том, что Лиза тут же приходит с другой историей и не отстает, пока я ее не напишу. В общем, так мы и ходим по кругу.
Моя сестра – мой ангел-хранитель. Даже когда Лизы нет рядом, ощущаю ее присутствие. Она всегда со мной. Но все равно боюсь, что снова ее потеряю. Лиза хочет уехать, ей нужно дальше строить свою жизнь. А мне – свою. Она говорит, что ее истинный дом не здесь. И Лиза отправится в путь, как только я встану на ноги. То есть когда начну писать сама. И, может, именно поэтому я так тяну время и не хочу писать эти чертовы истории, чтобы сестра как можно дольше оставалась рядом со мной.
***
– Время писать! – голос Лизы доносится до меня сквозь сон, и я моментально открываю глаза.
Фигура сестры нависает прямо надо мной, а ее длинные золотистые волосы с ароматом кокоса приятно касаются лица. Блокнот и ручка соскальзывают с груди и падают на пол. В ожидании Лизы я снова уснула на диване. И да, не написала ни строчки.
– Который сейчас час? – спрашиваю, пытаясь привстать на локти.
– Время писать! – задорно, как она умеет, повторяет Лиза.
– Нет, я серьезно, – тянусь за телефоном – без пятнадцати четыре – и показываю его сестре: – Лиза, мы прождали тебя целый вечер. Ты снова не пришла. Где, черт побери, тебя носило?
– Почему ты так отчаянно хочешь познакомить меня со своими друзьями? – игнорирует мой вопрос Лиза.
А я игнорирую ее. Потому что сама не знаю – почему. Просто мне хочется разделить ее со всеми. Она такая крутая! Нереальная! Нереально крутая!
Лиза садится рядом со мной на диване и поднимает с пола блокнот. Листает его, но не находит ничего нового. Чувствую, сейчас будет много шума.
– Так, где тебя носило? – повторяю вопрос, чтобы сбить сестру с мысли.
– Подменяла коллегу на работе. Так, где новая история?
Что ж, Лизу не обвести вокруг пальца.
– Ждала тебя, – говорю и забираю свой блокнот. – Ничего не приходит на ум. Расскажи мне историю.
Открываю блокнот и щелкаю автоматической ручкой – готова записывать. Но Лиза вдруг встает с дивана и подходит к окну. Она смотрит в сумеречную даль и как будто не замечает моего присутствия.
– Пора, Роза, – говорит она.
– Что пора?
Но она меня как будто не слышит.
– Ты должна сочинять сама, – говорит Лиза, а затем поворачивается ко мне: – Как ты будешь писать, когда я уйду?
У тебя что, рак? – хочется мне пошутить. Но так серьезно я не шучу. Потому что боюсь накаркать.
– А ты не уходи, – слышу свой дебильный детский голосок. – Просто всегда будь со мной.
– Нет, так нельзя, Роза. Мы же не можем всю жизнь быть вместе.
– Почему?
Да, я знаю, что это самый глупый вопрос на свете. Но не могу не задать его.
Лиза смотрит на меня испепеляющим взглядом. Могу поспорить, она уже устала со мной нянчиться. И именно поэтому хочет поскорее уйти. Потому что я – человек, который по ошибке попал в этот мир. От меня – лишь одни неудобства для окружающих.
– Нам нужно идти вперед, – говорит Лиза. – Учиться жить самостоятельно. И учиться писать самостоятельно.
– Где же мне брать эти истории? – спрашиваю я, хотя в голове крутится совсем другой вопрос: «Нафиг мне вообще все эти истории?»
– Из жизни! Ты только посмотри – все истории вокруг нас!
– Легко сказать. У тебя вон какая насыщенная жизнь. Не то, что у меня… скукота.
– Ну, так иди и начни жить. И у тебя появятся собственные истории.
Смотрю на сестру глазами, наполненными грустью, и говорю, нет, умоляю:
– Ты расскажешь мне историю?
– В последний раз?
– В последний раз.
– Обещаешь?
– Обещаю.
И Лиза рассказывает историю про девушку, которая очень любила фильмы ужасов. Она смотрела их запоем, знала наизусть все банальные сюжетные ходы и реплики. Девушка, мы назвали ее Лена, сама не заметила, как стала главной героиней вот такого фильма ужасов. Но что это: реальность или всего лишь фантазия на фоне увлечения кино?
Вот где Лиза берет все эти истории? Неужели выдумывает своим гениальным мозгом? Или… проживает каждый день?
– А знаешь… – говорит Лиза, когда я закрываю блокнот, – у меня есть идея.