Он вздохнул.
– Они еще хуже.
– Я способен о себе позаботиться.
Каллум внимательно оглядел его трезвеющим взглядом.
– Тогда все, – закончил он. – Мне пора.
– И последний вопрос, – вымолвил Каин. Он с беспокойством вспомнил про вторую книгу хорадримов, найденную в руинах. Ее автором, видимо, был сам Тал Раша. – Ты никогда не слышал о человеке по имени Аль Кут или о его гробнице?
– Нет. Гробницы – не слишком приятные места. И ты поступишь правильно, если будешь их избегать.
Каин долго глядел на торговца, пытаясь понять, не кроется ли что-то еще за этими полузакрытыми глазами. В конце концов, поблагодарив Каллума за уделенное ему время, Каин встал, забирая книгу и посох. Уже развернулся к выходу, когда тот окликнул его.
– Будь поаккуратнее с Гиллиан, – произнес он, и разговоры в таверне опять стихли. – И с девочкой тоже. У нее с головой не в порядке.
– Верно, – подтвердил лысеющий мужчина с черными зубами и носом картошкой. – Сказки про демонов, мертвецов и черную магию. Этого хватит, чтобы у тебя остатки волос выпали.
– Их у тебя и так немного, – парировал Каллум. – Давайте лучше выпьем, а то некоторым из нас скоро на работу.
Пара клиентов рассмеялась, и кто-то хлопнул Каллума по спине. Но тот был серьезен. Каин кивнул и покинул таверну. Говор и смех приятелей Каллума заглушил последние слова торговца. Может, предупреждение, а может, прощание.
???
Выйдя на улицу, Каин прищурился. Солнце светило очень ярко. Его охватило волнение. Интересно, сколько из того, что он услышал сегодня, – правда, а сколько – трепотня пьяного толстяка. Каллум оказался вовсе не тем, кого он ожидал увидеть. Но ему стало очевидно, что он – нежеланный гость. Ни здесь, ни в другом городе. Значит, и денежная ситуация только ухудшится. Он почувствовал вину за то, что оставил Гиллиан одну, обременив ее чужим ребенком. Без должного обучения природная сила Лии вполне может ее уничтожить. Но что ему делать? Ему нечего предложить юной девочке, он вообще всегда с трудом с детьми общался. Когда Каин был учителем в Тристраме, он пытался как-то заинтересовать своих учеников, но без особого успеха. Кроме того, они не питали уважения к книгам, которым он, наоборот, поклонялся.
А теперь его тревога возрастала с каждой секундой. «Разыщи хорадримов и останови их…» Кажется, так говорил ему Каллум.
И как ему их остановить? Что у них общего с вурдалаками, которые, предположительно, уже расхаживают по Санктуарию? Каин чувствовал, что Каллум и сам ничего толком не знает, и пытаться что-то из него вытянуть – пустая трата времени. Ниточка, за которую он ухватился в таверне, весьма тонкая. Но мысль о группе магов-отщепенцев, действующих где-то на юге, вдохновила его.
Хорадримы.
Каллум произнес это слово, но едва ли он понял всю глубину сказанного. Неужели так и есть? Что, если существует связь между этими магами и учением хорадримов? Трудно поверить, ведь орден-то давно исчез.
Наверняка Каллум и тот купец ошиблись. Эти люди, вероятно, отверженные. Может, их выгнали из одной из школ магии Калдея. А тут еще фигурируют какие-то зловещие замыслы и цели. Хорадримам поручили спасти Санктуарий от Диабло и его братьев, ими руководил сам архангел Тираэль. Истинные последователи ордена не могут быть замешаны в темных путях.
Ему надо выяснить побольше. Какими бы ни были ответы, искать их нужно в Курасте.
Гробница Аль Кута. Каину не давало покоя это имя, будто косточка мелкой собачонке. В пророчестве должно быть что-то еще, но книга заканчивалась чересчур резко. Видимо, дальнейшее излагалось во втором томе. Непонятно, в чем тут смысл? Несомненно, здесь скрыта какая-то тайна.
Каин быстро шагал по улице с ощущением постоянной слежки. Внезапно он резко обернулся. Что, если Каллум или его товарищи собираются вышибить ему мозги и забрать остальное золото? Но дорога позади была пуста, если не считать мужчины с ребенком. Оба совершенно не обращали на Каина внимания и почти сразу свернули за угол.
Солнце припекало. У Каина возникло странное ощущение, что население Калдея и других городов испарилось по мановению волшебного жезла. Он – единственный во всем Санктуарии. Он представил себе тварей, таящихся в тенях, и руины, поросшие мхом. Когда-то тут обитали люди. Но видение пропало. Мимо Каина прогрохотала телега с запряженным в нее мулом, а из таверны вышла компания мужчин навеселе.
Никто за ним не охотился и не гнался. Однако беспокойство не покидало Декарда Каина.
Глава 7
Пожар
Остаток дня Каин провел, бродя по Калдею в поисках хоть какой-то информации о группе магов-хорадримов. Тщательно пытался скрыть свою заинтересованность, но местные жители шарахались от него, как от прокаженного. А те немногие, что согласились поговорить, глядели на него, как на чудовище с двумя головами. А ведь он только упомянул о Курасте – и все. Мертвый город, полный убийц и насильников, так заявлял каждый. Старикам там делать нечего.
Декард совсем разочаровался и пал духом. Еще утром ему казалось, что он обрел надежду, но сейчас он склонялся к тому, что Каллум ошибся. А может, торговец все выдумал, чтобы получить обещанный золотой самородок.
Позднее к нему приблизились трое Стальных Волков, могучие, мускулистые воины в украшенных серебром и золотом доспехах, с тяжелыми мечами. Хорошо хоть, они не догадались обыскать его котомку, иначе бы его точно бросили в темницу. В Калдее уже давно возникли сильные трения между кланами магов, служителями Закарума и торговым советом. В последнем заседали благородные особы из Калдея, а также из Кураста. Они оставили тот город, когда там воцарился Мефисто и его армия демонов. Люди с ужасом ждали, что тьма и скверна распространятся и на Калдей. Возможно, обоснованно. Верность и преданность ценились здесь выше всего, поэтому стражам не было особого дела до нищего старика.
Каин получил предостережение насчет того, что ему надо побыстрее сделать свои дела и убираться восвояси. Затем его отпустили, и на закате он вернулся в дом Гиллиан.
Его охватило нехорошее предчувствие. Утром Гиллиан была совершенно беспечна, а прошлой ночью пребывала в отчаянии и истерике. Каину казалось, будто он общался с двумя разными людьми. В доме было темно и тихо, а когда он постучал, никто долго не выходил. Он уже направился прочь от двери, когда она открылась, и он увидел лицо Гиллиан, серое и безжизненное.
– Поговорил с твоим другом Каллумом, – произнес он, когда вошел внутрь и положил посох. – Занятный человек.
Каин почувствовал какой-то знакомый запах, от которого скрутило живот. Гиллиан захлопнула дверь и застыла на месте.
– Он мне не друг, – буркнула она. – Я не была с тобой до конца откровенна, Декард. Я не… я не работаю в таверне.
Гиллиан посмотрела направо и что-то забормотала себе под нос, будто разговаривала с кем-то на кухне, хотя там никого не было.
– Понимаю. Как будешь зарабатывать на пропитание?
– Я… я справлюсь.
Голос Гиллиан стал напряженным. Каин подошел к столу, чтобы зажечь светильник, развеять мрак хоть немного. Гиллиан отпрянула от огня, словно пламя могло обжечь ее. Женщина в панике оглядывала углы. Она раскраснелась, под глазами были темные круги, а губы продолжали шевелиться.
Судя по состоянию дома, у нее немного денег, что вкупе с необходимостью заботиться о ребенке могло стать непосильной ношей. А о чем она говорила вчера ночью?
Шепот. Все время, у меня в голове… Они не дают мне покоя. Рассказывают ужасные вещи.
Встреча с демонами часто сводит человека с ума, а проявиться это может годы спустя. Будто волны, разошедшиеся по поверхности пруда.
Гиллиан старалась не глядеть на него. И держала одну руку за спиной.
– Что у тебя там? – спросил он непринужденным тоном.
– Ничего, – пробормотала она.
– Покажи мне, Гиллиан.
Она мотнула головой и попятилась. Когда она немного повернулась, Каин увидел, что в ее руке что-то блеснуло. Похоже, внутри нее шла отчаянная борьба. Она скривилась, и ее губы задрожали. По щеке скатилась слеза. Потом выражение ее лица резко изменилось. Оно стало жестким и злым.
– Нет. Нет. Уходи сейчас же, Декард. Тебе тут не рады.
– Думаю, тебе лучше присесть. И позволить мне принести тебе чаю.
– Не хочу я никакого чая! Ты его заколдуешь, чтобы заставить меня замолчать. Разве не в этом вся твоя натура? Ваша порода любит хоронить всё в прошлом и никогда не тревожить былое. Совсем как то, что случилось с тобой в Тристраме.
– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.