Но тут из дома изящной поступью вышла пожилая женщина, приблизилась к перилам и устремила взгляд поверх воды, на небо оттенка индиго, где начинали проступать звезды. Тии как раз соображали, как быть, когда женщина их заметила.
– Иди сюда! Отсюда лучше видно озеро!
Почти-Блистательная оставила свое мнение при себе, поэтому Тии пробрались по берегу между валунами и взошли по невысоким ступеням на веранду. Последние нежно-розовые отблески покидали небо. Пожилая женщина поманила Тии ближе.
– Сюда, ты как раз вовремя.
Жестом она предложила Тии угоститься кунжутным печеньем из мисочки, стоящей на перилах. Но сама казалась рассеянной, смотрела вдаль на черную воду и держала печенье в руке. Спустя несколько минут она повернула фитиль в фонаре, притушив его до едва заметного мерцания.
– Бабушка, я здесь, чтобы…
– Ш-ш-ш, девочка, уже начинается.
Над головами раскинулось быстро темнеющее небо. Вокруг – мрак березняка, а перед ними расстилалось Алое озеро, словно зеркало, отражающее лишь ночь. Поначалу Тии показалось, что это игра воображения, не что иное, как мираж, возникший оттого, что они вглядывались слишком пристально. Но вскоре стало ясно, что это не обман зрения: от воды исходило слабое сияние, похожее на последние вспышки умирающего в очаге огня.
– Что?..
– Тсс-с. Смотри. Просто смотри.
Тии затаили дыхание, а мягкое красное сияние становилось все ярче, рассыпалось по озеру, словно искры новогодних фейерверков. Оно сверкало и переливалось, оно ослепляло и растекалось по глади озера, так что теперь можно было различить отдельные деревья на берегу, черные силуэты ночных птиц на воде и морщинистое лицо стоящей рядом старушки, лучащейся улыбкой удовольствия.
– Так я и думала, что сегодня оно появится. Потеплеть еще толком не успело, но в отдельные годы оно случается даже раньше.