– Давай помедленнее! – вскрикнула девушка, вцепившись в ручку двери.
– Потерпи, всё это не просто так.
Автомобиль продолжал лавировать, разгоняясь всё сильнее, железный зверь неистово рычал под властью водителя. Ева, переполняемая страхом, вжалась в сиденье, уже держась за ручку двумя руками. Наконец Майбах остановился у круглосуточного супермаркета.
– Ну, что ты чувствуешь? – спросил Даниэль.
– Чувствую, что ты сумасшедший! – крикнула Ева. – Какого чёрта это было? Угробить нас хотел? Может, тебе и не дорога жизнь, но я ещё хочу пожить!
– Отлично. Теперь ты не убиваешься по мелочам, а хочешь наслаждаться жизнью, верно?
Ева ошарашенно повернулась к нему и сглотнула.
– Верно? – переспросил он.
– Наверное…
– Хорошо, тогда пошли.
– Куда?
– В магазин, – указал на супермаркет.
– Зачем?
Даниэль пропустил смешок и вылез из машины. Пока они шли, придерживал девушку, ноги которой стали совершенно слабыми после пережитой поездки.
– Бери что хочешь, – сказал мужчина, войдя внутрь.
Они немного побродили между прилавками, Даниэль накидал в корзину разных шоколадок, крекеров, коробочек с соками и прочих вкусняшек, которым был бы рад любой ребёнок. Подойдя к витрине с горячими блюдами, указал на них пальцем:
– Выбирай что-то такое, что можно есть на ходу.
Ева потупила глаза на еду и тыкнула на сырные шарики в панировке, упакованные в пластиковый контейнер. Даниэль, подозвав продавца, перечислил список:
– Две шавермы с лососем и две порции сырных шариков.
А потом мужчина дошёл до отдела с алкоголем и прихватил бутылку шампанского, ценник под которой заставил глаза Евы непроизвольно округлиться.
Пакет был благополучно уложен на заднее сиденье, и пара поехала дальше. Вскоре они остановились у длинной набережной.
– Будем есть здесь? – удивилась Ева.
– В ресторан ты не хочешь, а в кафе не хочу я, – ответил Даниэль, протягивая руку к серому пальто, лежащему сзади.
Взяв с собой пакет, подошли к широкой бетонной ограде. Безлюдную улицу ярко освещали фонари, ночь была довольно тёплой для начала зимы, даже снег ещё не выпал.
– Налетай, – ударил в ладоши мужчина и вынул из пакета бутылку воды.
Ева, переборов неловкость, достала сырные шарики и с помощью маленькой шпажки отправила один себе в рот.
– Вкусно? – улыбнулся Даниэль, наблюдая, с каким наслаждением она жуёт.
– Очень! Хочешь? – протянула ему наколотый шарик.
Даниэль забрал его ртом прямо со шпажки.
– Нормально, – констатировал он, когда проглотил, и принялся откупоривать бутылку шампанского.
– А это ещё зачем? Ты же за рулём.
– Для тебя.
– Разве я говорила, что хочу?
– Мне показалось, что в театре тебе понравилось шампанское. Жаль, если не хочешь, тогда придётся вылить.
– Ты с ума сошёл? Оно же безумно дорогое!
– Это всего лишь напиток. Ничего не поделаешь, я уже открыл, совсем скоро оно выветрится.
– Давай сюда! – перехватила бутылку девушка и сделала глоток. – Ладно, я тебя прощаю, хоть спектакль мне досмотреть не удалось, зато узнала, каков на вкус райский нектар, – разулыбалась Ева. – Ты родился в богатой семье?
– Нет, – облокотился Даниэль на стену, устремляя взгляд к реке. – Меня воспитывала мать, денег не хватало ни на что. Иногда мы гуляли и перекусывали вот так вот на набережной, конечно это был какой-нибудь беляш, а не шаверма с лососем. Она говорила, что самый полезный напиток – это вода, поэтому не покупала мне газировку, сейчас я понимаю, что дело было ещё и в том, что вода стоила дешевле.
– Вот как… Даже не ожидала. Но сейчас-то ты можешь позволить себе сводить маму в ресторан, она, наверное, гордится тобой.
– Нет. Её уже нет в живых, но даже если бы была, то вряд ли гордилась бы мной.
– Почему?
Даниэль промолчал. Он-то знал, что ни одна мать на свете не стала бы гордиться сыном-убийцей.
– Как она умерла? – аккуратно спросила Ева.
– Закроем тему! – довольно резко кинул мужчина; в голову прокралось воспоминание, до сих пор периодически мучащее его в кошмарах.
– Прости, – пристыжённо произнесла девушка, отставляя пластиковый контейнер, и ещё раз отхлебнула из бутылки. – А вот я своих родителей даже не знала, точнее знала, но была слишком маленькой, чтобы их запомнить. Они погибли в автокатастрофе, когда мне было года два. Других родственников не было, по крайней мере иной информации у меня нет, поэтому меня определили в детский дом. Но тебе, скорее всего, это известно… Даниэль, ты директор охранной компании, заместитель?
– Нет.
– Но маловероятно, что простой сотрудник. Почему-то мне слабо верится во всю эту историю.
– Тебе не нужно в этом разбираться. Это неважно.
Ева тяжело вздохнула, в очередной раз прикладываясь к горлышку бутылки, а потом запрыгнула на низкую стену и нашарила в пакете упаковочку с жевательными конфетками. Разрез платья разошёлся, оголяя стройную ножку в тонком капроне телесного цвета. Даниэль подошёл ближе и запахнул ткань, обхватил колени руками, чтобы её ноги не замёрзли. Наблюдал, как разноцветное драже одно за одним пропадает из виду в женском ротике. Ева поймала его взгляд и перестала жевать, поднесла конфетку ко рту Даниэля, и его губы приняли сладость, касаясь её пальцев.
– Не смотри на меня так, иначе… – вымолвила она.