Вот фрагмент подлинного документа – одного из многочисленных посланий в вышестоящие организации, где Чикатило приводит объяснения своим поступкам:
«Я выполнял команды командира партизанского отряда. Когда я видел одиноко стоящего человека, я представлял в нем „языка“, которого необходимо доставить в лес, связывал его и наносил удары по-партизански. Если я видел голое тело (мужское или женское – для меня было безразлично), я рвал и метал, как зверь. Это была не половая страсть, а звериная психическая разрядка, отчаяние и злоба за то, что меня природа обделила счастьем возвышенной нормальной половой жизни, от возбуждения до полного удовлетворения.
Конечно, я мог бы стать алкашом, заглушать свои жизненные потребности. Но не для этого я изучал философские воззрения всех времен и народов, проходил университеты – жизненные и учебные, чтобы затравить свое сознание. Ни с одной жертвой я не имел нормальной половой связи. Это была жалкая имитация. Я специально не ловил и не искал жертв. Просто случайно попадались такие же, как я. Многие из них были голодные, выбитые из жизненной колеи, неблагополучные в жизненных ситуациях. И они ко мне прилипали…»
Что же было потом? Как «партизан» Чикатило удовлетворял свою половую страсть, которую назвал «жалкой имитацией»?
Десятилетнюю Олю С. он заметил, когда девочка возвращалась с вечерних занятий в музыкальной школе. Позже выяснилось, что автобус сломался и в движении получился большой перерыв. Стоял декабрь; пешком от школы до Новошахтинска, где жил ребенок, не дойдешь. Девочка осталась на остановке ждать транспорт, замерзла. Тут и подошел добрый дяденька:
– Пойдем, у меня отогреешься, тут рядом. А то совсем замерзла.
Случайные свидетели видели издали, как в сторону совхоза через поле шли мужчина и девочка. Ребенок плакал, пытаясь вырвать руку, а мужчина не отпускал и что-то возбужденно говорил.
Из материалов уголовного дела:
«Обманным путем Чикатило увел девочку на пахотное поле совхоза в полутора километрах от Новошахтинска. Здесь он напал на нее, повалил на землю, сорвал одежду, обнажил половой член и, угрожая ножом, попытался изнасиловать. Когда из-за физиологической неполноценности ему это не удалось, Чикатило нанес ребенку многочисленные удары ножом в голову, грудь, вырезал живот, сердце, матку, кишечник. От полученных более пятидесяти колото-резаных ранений девочка скончалась на месте».
Фоторобот Чикатило
Пример я не подбирал. В любом из 200 томов уголовного дела 18 / 59639–85 можно найти и более кровавые, страшные эпизоды. Практически каждой из жертв маньяк наносил несколько десятков ранений, выкалывал глаза, почти у всех откусывал и проглатывал соски грудей и кончики языков, вырезал половые органы и, как он сам признавался, с удовлетворением грыз женскую матку – «она красная, упругая».
Каждое преступление Чикатило характеризуется крайней жестокостью не столько в уголовно-правовом смысле, предполагающем причинение страданий жертве, сколько, если можно так выразиться, в общечеловеческом.
Евгений Самовичев – криминалист, уже упоминавшийся в связи с делом Джумагалиева, – изучая поведение убийцы в момент гибели своих жертв, высказывает необычное предположение. Оно настолько интересно, что стоит привести его дословно:
«Дело Чикатило относится к категории очень редких явлений. Попытка охватить в целом всю совокупность его обстоятельств невольно приводит к легендам о людях, обладающих способностью превращаться в диких хищных животных (оборотнях), проявляющих в таком состоянии исключительную свирепость и кровожадность. Многовековой опыт столкновений людей с этим феноменом даже оформился в представления об очень редкой наследственной болезни – ликантропии, при поражении которой человек якобы меняет облик и начинает походить на зверя. Одновременно меняются его разум и поведение. Трудно сказать, насколько достоверны сведения об изменении внешности человека. Но то, что его внутреннее состояние может напоминать состояние разъяренного зверя, очень похоже на правду».
Менялся ли облик Чикатило в момент нападений, сказать трудно. Он никогда не допускал срывов: ни одной жертве спастись не удалось. Зато действия маньяка вполне согласуются с логикой звериной, бесчеловечной логикой хищника. Это подтверждается типичной для него схемой поведения.
Из аналитических оперативных документов УВД Ростовской области литерного дела «Лесополоса»:
«Для контакта с жертвой Чикатило выбирал самые многолюдные места: вокзалы, улицы, электропоезда, чтобы его поисковая активность не бросалась в глаза. Он никогда не создавал конфликтных ситуаций и старался не привлекать внимания окружающих. Если контакт состоялся, Чикатило всегда уходил первым, а жертва шла за ним. Для совершения убийства он избирал места, расположенные поблизости от остановок общественного транспорта, чтобы быстро покинуть место преступления. Прежде чем напасть на жертву, Чикатило проходил с ней расстояние от полутора до пяти километров. Это позволяло оценить обстановку, проверить наличие слежки или другой опасности. Он никогда не оставлял свидетелей.
После того как преступник „включался“ в режим убийства, шансов у жертвы не оставалось: никому не удавалось спастись. Более половины нападений Чикатило совершал на территории, прилегающей к железнодорожной магистрали, и крики потерпевших о помощи заглушались шумом проходящих грузовых железнодорожных составов и электричек. Другие места значительно удалены от населенных пунктов и скопления людей. В 1988–1990 годы, почувствовав особое внимание правоохранительных органов, он старается избегать традиционных мест поиска жертвы и нередко изменяет схему нападения.
При совершении последнего убийства серии двадцатидвухлетней С. Коростик маньяк выходит на платформе „Лесостепь“, а возвращается домой на электричке уже с другой платформы „Лесхоз“. Все это позволяет специалистам-психиатрам сделать обоснованный вывод о полностью сохраненном интеллекте преступника».
С начала восьмидесятых, когда убийства повторялись из года в год с ужасающим постоянством, у людей, занимавшихся «Лесополосой», нередко возникало ощущение полной безнадежности. Убийцу искала вся огромная страна: милиция, агенты, внештатные сотрудники органов, дружинники, к работе не раз подключался еще мощный в те годы аппарат КГБ СССР, а результата не было.
О значении, которое придавалось раскрытию кровавой серии, говорит такой факт. В совещании, проводимом областной прокуратурой по этому делу в Ростове-на-До-ну в апреле 1987 года, принимали участие заместитель начальника следственного управления Прокуратуры СССР В. Ненашев и заместитель прокурора РСФСР И. Землянушин. И открывалось оно словами (цитирую по протоколу): «Дело „Лесополоса“ находится на контроле во всех вышестоящих инстанциях, а также в ЦК КПСС. В стране нет дела более важного, чем „Лесополоса“».
Руководителем следственно-оперативной группы назначили Иссу Костоева, занимавшего должность заместителя начальника следственной части Прокуратуры РСФСР. Выбор оказался удачным. Именно Костоеву довелось подписывать обвинение человеку, которого многие считают суперубийцей двадцатого столетия.
Но пока звездный час следователя был впереди.
В 1987 году, взяв на себя руководство группой, Костоев пребывал в таком же затруднительном положении, как и другие. Исчерпав привычные методы поиска и анализа материалов, руководитель следственной бригады обратился за консультацией к маньяку Сливко, приговоренному судом к расстрелу.
Целый день Исса Костоев провел с убийцей в камере смертников. Тот, выслушав прокурорского работника и ознакомившись с обстоятельствами дела, лишь развел руками: «Бесполезно. Такого вычислить невозможно. По себе знаю». Напомню, что садиста Сливко не могли отыскать более двадцати лет!
В случае с Чикатило кошмар длился двенадцать лет. Когда его задержали и предъявили обвинение в тридцати шести умышленных убийствах с особой жестокостью, он признался в… пятидесяти трех! Женщин, девочек и мальчиков. Подробно, в деталях, вспоминал, где, при каких обстоятельствах знакомился, куда отводил, что делал. По его показаниям сотрудники милиции вскрыли не один «могильник», обнаружили места гибели десятков находящихся в розыске детей: в лесу, на окраине кладбища, у железной дороги, рядом с поймой реки.
Внешне человек, совершивший 53 убийства, выглядел малозаметным: плешивый косолапый мужичонка. Ему было пятьдесят четыре года. Андрей Чикатило имел высшее образование – окончил филологический факультет Ростовского университета, был начитан, эрудирован. Он прекрасно разбирался в литературе, знал историю, изучал биографии многих американских президентов.
Чикатило в своей рабочей одежде. Справа: его «именные» наручники, имеющие большую степень свободы для проведения многочасовых следственных действий. Внизу: нож, которым маньяк совершил несколько убийств
Не отличалось от других и семейное положение Чикатило. Женат, заботливый отец двоих детей – дочери и сына. Он успел стать и дедушкой, причем, по свидетельству родных, заботливым и нежным. В быту Чикатило был таким же, как все. Ходил в костюме с галстуком, носил шляпу, в руках держал простенький бухгалтерский портфель. Такого встретишь в толпе – ни за что не выделишь. Кому придет в голову, что в портфеле неприметного серого человека лежат остро заточенный нож, веревка и вазелин, приготовленные для очередной жертвы?
Изучая материалы дела, я невольно удивлялся: 53 убийства и ни одного свидетеля! Что это – везение, рок, просчет оперативных служб? Ведь на причастность к преступлениям проверяли более 200 тысяч человек. А уж сколько людей было опрошено в электричках, на вокзалах, в поселках, автоколоннах, аэропортах, школах, жилых домах…
По мнению сотрудников уголовного розыска, Чикатило обладал исключительным, прямо-таки звериным чутьем. В разнородной толпе, ожидающей автобус или электричку, он тщательно подбирал подходящей объект (как правило, это были женщины или дети), предпочитая иметь дело с психически неполноценными или опустившимися людьми. С ними легче войти в контакт, а Чикатило уже имел подобный опыт, проработав несколько лет в училище для умственно отсталых подростков. Последние годы он трудился инженером отдела снабжения Ростовского электровозоремонтного завода. Специальность предполагала умение легко находить общий язык с любым человеком и предоставляла большую свободу действий и массу бесконтрольного времени. Все это Чи-катило использовал для своих целей. Он постоянно находился в поиске, отборе жертвы.
По свидетельству работавшего тогда врачом-психиатром Ростовского медицинского института Александра Бухановского (его талант и опыт оказали неоценимую помощь в раскрытии преступления), тех, с кем маньяк вступал в контакт, было в десятки, сотни раз больше. Впоследствии Бухановскому удалось найти подход к задержанному и даже примерно воссоздать его манеру общения с интересующим объектом. Завязав разговор с будущей жертвой, Чикатило преображался, становился интересным собеседником, отзывчивым и галантным мужчиной. Доброй, красивой девушке из хорошей семьи убийца предложил помочь поднести сумки. Ее обнаженный труп с многочисленными колото-резаными ранами был обнаружен на следующий день в роще парка Авиаторов Ростова.
Он «работал» с потенциальной жертвой. К каждой находил персональный подход. Одним сулил выпивку, другим – деньги, третьих увлекал рассказами. Если мальчик собирал марки – обещал подарить ценные экземпляры из своей коллекции. Кого-то заманивал перспективой посмотреть видеофильм. У него были готовы уловки на все случаи. Однажды предложил парню показать место, где растут лесные орехи. Но никого насильно он не уводил; если чувствовал, что не получается, – поворачивался и начинал поиски нового объекта. Этим, вероятно, объясняется отсутствие свидетелей.
Было два случая, когда люди видели его с будущей жертвой. Но все казалось таким естественным, что никому и в голову не приходило запомнить приметы «серого чудовища». И создаваемые по отрывочным и расплывчатым воспоминаниям случайных прохожих фотороботы мало походили на оригинал. Чикатило действовал спокойно и осмотрительно. Добродушной внешностью и рассудительностью он завораживал жертву. В это трудно поверить, но были случаи, когда дети добровольно шли с ним несколько километров до подходящего места.
…В 1978 году в Шахтах было совершено жестокое убийство девочки. По подозрению задержали некоего Кравченко. Почему? За несколько лет до этого он совершил аналогичное преступление – изнасиловал и убил ребенка. Тогда, учитывая возраст Кравченко (на момент первого убийства он был несовершеннолетним), суд счел возможным смягчить приговор. Отсидев несколько лет, он освободился условно, работал на «химии». Преступление в Шахтах было совершено недалеко от места его жительства.
Задним числом можно говорить и о вопиющих промахах следствия, и о предвзятости суда. Теперь мы знаем, кто был настоящим убийцей. А тогда, в 1978 году, сам Кравченко признавался в преступлении, давал «полный расклад». Были основания сомневаться в его признаниях? Были. Тем более что сам подозреваемый не раз менял показания. Трижды дело возвращалось на доследование, трижды работники прокуратуры и суда изучали материалы. И все-таки приговорили Кравченко к исключительной мере наказания. Когда стало ясно, что произошла страшная ошибка? Двенадцать лет спустя, когда Чикатило подробно изложил детали эпизода, ставшего первым в веренице изнасилований и кровавых убийств.
Серия стала просматриваться в 1982 году. Днем 12 июня родители послали тринадцатилетнюю Любу Б. в магазин в соседний поселок Донской. Труп ребенка нашли через 16 дней в лесополосе.
Через месяц сразу два убийства – шестнадцатилетней К. и двадцатилетней Н. Обе девушки найдены в районе лесополосы. 11 декабря уже упоминавшаяся десятилетняя Оля С. после занятий в музыкальной школе Новошахтинска отправилась домой. С тех пор живой ее никто не видел. Труп девочки нашли в поле только через четыре месяца. Рядом – все та же лесополоса.
По Ростовской области разнеслись страшные слухи. Но и они не могли отразить весь ужас происходящего. На теле жертв, как правило, было до семидесяти ножевых ран, почти у всех повреждены глаза. Первая версия – действует работник морга. Иначе чем объяснить, что преступник потрошил убитых, как опытный патологоанатом? Причем на месте преступления вырезанные органы найти не удавалось. Зачем Чикатило производил чудовищные операции? В показаниях его жены как-то мелькнуло: «Он всегда брал с собой кастрюльку. Говорил, что кипятит в ней на работе чай…»
Дело было поставлено на контроль в МВД Союза и получило условное обозначение «Лесополоса». Отрабатывались люди, осужденные за похожие преступления, ранее судимые, склонные к насилию, состоящие на учете у психиатра. Проверялись водители автотранспорта, так как появилось сомнение, что жертвы могли самостоятельно проходить с убийцей такие расстояния. Проверялись любой сигнал или свидетельство, которые касались бы совершенных убийств.
И вдруг на главпочтамт Новошахтинска поступила зловещая открытка. В тот же день она легла на стол сотрудникам уголовного розыска, занимающихся «Лесополосой». Вот ее текст:
«Родителям пропавшей девочки. Здравствуйте, родители. Не огорчайтесь. Не ваша первая – не ваша последняя. Нам нужно к Новому году 10 таких. Желаете похоронить – ищите в листьях Даровской посадки. Садист Черный Кот».
Оперативники попытались извлечь из текста максимум информации. Было ясно, что открытку писал человек, знающий местность, – название «Даровская посадка» употребляют только жители близлежащих поселков. Сыщики выехали на место, опросили людей, по нескольку раз беседовали с работниками почты: кто писал текст, как выглядел человек, не брал ли карандаш? К сожалению, опросы ничего существенного не дали, а время шло. Поиску «Черного Кота» было уделено особое внимание еще и потому, что убийца, который и без того всегда действовал с особой жестокостью, на этот раз превзошел самого себя. Он вырезал сердце ребенка…
Открытка, адресованная родителям жертвы
Большие надежды возлагались на анализ почерка автора открытки. Специалисты оперативно-технического отдела КГБ СССР по Ростовской области тщательно изучили манеру письма, выделили основные характерные детали. Была составлена специальная таблица, в которой помечены «ключи» для идентификации почерка на открытке с другими рукописными текстами.
В отделах кадров ростовских предприятий, учреждений, колхозов, совхозов проверялись десятки тысяч заявлений. Сличались почерки нанимавшихся на работу в Новочеркасске, Шахтах, Новошахтинске, Ростове. Изучались анонимки, письма «доброжелателей», неустановленных корреспондентов. Ни по одному из них выйти на след «Кота» так и не удалось.
Тело девочки искали в районе посадки – перекопали всю землю в округе, пока не убедились, что ее там нет. В итоге труп ребенка нашли в противоположной стороне. Случайность? Забегая вперед, скажу: и позже, через четыре года, не установив авторство открытки, с ее текстом вновь работали, пытались определить личность писавшего. Сделать это так и не сумели.
Отрицал свою причастность к «Черному Коту» и сам Чикатило. До сих пор неизвестно, кто автор циничной и безжалостной «шутки». Признаться, я скептически воспринял эту историю. Зачем было уголовному розыску заниматься малоперспективной работой, отвлекать мощные силы? Тогда мне рассказали, что именно сличение почерка помогло найти витебского убийцу Михасевича, жертвами которого стали 36 женщин. Значит, «Кот» отрабатывался не зря. Тем более что его предсказание о десяти жертвах трагически сбылось. В 1983 году в Ростовской области было найдено именно десять трупов. По всем признакам преступления относились к серии «Лесополоса».
События 1984 года и сегодня, много лет спустя, заставляют мрачнеть сотрудников, занимавшихся ростовской серией. Двенадцать человек. Резал, насиловал, убивал без разбору: мать с дочкой, школьника, поехавшего на шахматную олимпиаду, бродяжку, решившую выпить за чужой счет. Один и тот же способ. Ежемесячно. А в июле и августе – по три человека сразу.
Возглавлявший тогда специальную оперативную группу Виктор Бураков (позже в звании генерала он руководил криминальной милицией Ростовского ГУВД) обратился к психиатрам и сексопатологам: нужно понять мотивацию поведения преступника – откуда такой садизм? Есть ли способ предугадать его действия? Нельзя ли по имеющимся скудным данным воссоздать особенности его характера?