Противник ухмыльнулся. Через три минуты он получил «детский мат»!
– Повторим! – сказал он.
– Не против!
Я опять помолилась:
– Господи! Помоги обыграть его и в этот раз!
Он проиграл опять посредством детского мата!
– Хочу отыграться!
– Пожалуйста!
Я уже не боялась поверженного оба раза противника. И вспомнила, как ходить конём.
– Господи! Он опять хочет проиграть мне! Давай поможем ему получить ожидаемое!
Он проиграл ещё четыре раза. И, наконец, до него дошло, в чем причина его поражения! Озарение сошло на него. Он вдруг заорал прежде меня:
– Господи! Помоги мне обыграть её! Пожалуйста! Прошу!
Надо же, в этот раз я не смогла его обыграть! И сдалась на сорок пятом ходу. Бог нелицеприятен[3 - Деяния апостолов10:34]!
– — —
Пенсионеры периодически играют с инвалидами «Владимирского психоневрологического интерната». Меня пригласили впервые. И наш ведущий шахматист из Пенсионного Фонда не поверил, что я играю в шахматы. По его мнению, все женщины играют только в шашки. Он расставил фигуры и предложил мне сыграть прежде, чем соберутся инвалиды. Я не хотела проиграть ему и помолилась про себя: «Господи! Помоги выиграть!» Партнер долго думал над каждым ходом. И всё-таки сдался.
Вторым противником была женщина из интерната. Она была истощена и постоянно дёргалась. Я помолилась опять: «Господи! Помоги проиграть!» Через несколько ходов партнерша подняла глаза от доски и сказала:
– Ты поддаёшься!
– Не может быть! – как могла возмущенно воскликнула я, – Просто я прозевала фигуру.
Конечно же, я проиграла. Слава Господу!
Победителям вручили большие шоколадки. Некоторые из победителей радовались как дети этим призам. Моя соперница подошла ко мне и, разломив шоколад, отдала мне большую часть.
На отдыхе
Оверкиль
Я впервые села в каяк. Маленькая узкая лодочка, управляемая двухлопастным веслом. Инструктор кратко информировал, как вести себя при оверкиле[4 - Оверкиль (англ. overkeel) – опрокидывание судна вверх килем (днищем).]. Ни разу до этого я не «килялась». Я была асом гребли на байдарке и не слушала инструктора. Мне хотелось поскорее блеснуть техникой гребли.
И вот я уже на воде. Не успела я взмахнуть веслом пару раз, как вёрткое судёнышко внезапно перевернулось. Я не успела понять, как это произошло. Просто почувствовала себя в непривычном положении – вниз головой. Попыталась освободиться от «юбки». Не тут-то было. Я вспомнила, что инструктор обращал моё внимание на трудности освобождения от «юбки» в каяке. Если не знать приёма освобождения от юбки, то можно остаться в воде навсегда.
Не было страха. Просто сожаление о своей торопливости и невнимательности, самоуверенности в том, что со мной такое никогда не произойдет. Возник вопрос: «Что делать?» В ответ на мой вопрос неожиданно в моём сознании прозвучала «запись» инструктажа. Я напрягла «извилины» и сообразила, на что нужно воздействовать в юбке. Юбка легко отстегнулась. Я пробкой выскочила из воды, хватая воздух ртом. Сколько я пробыла под водой? Бог знает!
Отдышавшись, я увидела моих друзей, которые собрались вокруг меня, озадаченные тем, что я так долго была под водой.
Оказывается, они были уверены, что я способна выполнить «Эскимосский переворот»[5 - Эскимосский переворот – это постановка перевернутого каяка на ровный киль.]. Вот чудаки. Если бы не подсказка свыше, могла бы и утонуть.
Показательный оверкиль
Однажды в майские праздники на быстрой уральской речке мы на днёвке «веселились» – отрабатывали поведение экипажа байдарки при оверкиле. И практиковались в спасательных работах. Для этого мы по очереди переворачивались экипажами, а оставшиеся на берегу, должны были «спасать» нас, используя все имеющиеся спасательные средства.
И вот, наш ведущий экипаж выходит первым на показательный оверкиль. Место довольно широкое, течения почти не было. Мы договариваемся с капитаном, что сделаем широкий круг, подойдём как можно ближе к берегу и кильнёмся. В «ледяной» воде нам купаться не хотелось. Юрий, опытный яхтсмен, поделился со мной, что не знает, как перевернуть байдарку. Я ему на повороте у противоположного от базового берега коротко пояснила: «Одновременно наклоняемся через борт в одну сторону и макаем головы в воду». Не успела я закончить фразу, как оказалась в обжигающе холодной воде. Ни одна «морковка»[6 - Морковка – это сленговое название спасательного конца, который страхующий с берега подает выпавшему из байдарки.] не долетела до нас. Пришлось спасаться самостоятельно. Оказывается, Юра решил потренироваться заранее. Я же, не видя спиной его действий, не смогла удержать байдарку в плавучем состоянии. Вот и «повеселились».
Ещё один капитан «порадовал» всех нас. Мы приготовились к спасательным работам при оверкиле очередного экипажа: Олега и Лены. Олег – пятнадцатилетний капитан, смелый и сильный не по годам. Его порекомендовал нам один альпинист, как надёжного и верного товарища. Лена – опытная туристка.
В середине реки, совсем не близко от берега, лодка переворачивается и отважный капитан, забыв о своём экипаже, саженками в момент достигает берега, откуда ведутся спасработы и летят «морковки». Елена, отловив спасательное средство, блестяще справляется с задачей: удерживает байду от переворота и буксирует её к берегу. Капитан получает «незачёт» и через полчаса, после обогрева у костра, экипаж повторяет учебный оверкиль. В этот раз отважный капитан не рискнул бросить судно, так как жюри было непреклонно в своих требованиях к показательным выступлениям.
Это у нас называлось «крещением в водники».
На озере
Стояла жара. Пока я ехала из Владимира в Подмосковье к сестре, погода испортилась. Моросил дождь. А я только на день прикатила пообщаться и на озере искупаться и позагорать. Хочу! Значит, так и будет. Говорю сестре:
– Пойдём! Сейчас дождь прекратится!
– Не может быть!
Какие-то приметы она усмотрела, да и прогноз не утешительный на неделю. Мне терять было нечего. Молюсь: «Господи! По слову Твоему запрещаю дождю! Загорать хотим!»[7 - Евангелие от Матфея 18:18—20] Сестра поддакивает.
После молитвы быстро собрались. Надели купальники, взяли коврики. Вышли на улицу. Там сыро и пасмурно. Соседка удивленно спрашивает сестру:
– Далеко ль собрались с ковриками?
– Сестра загорать приехала, – отвечает сестрёнка.
Соседка посмеялась над нами.
– Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним, – сказала я.
И мы пошли к озеру. Хорошо, что идти недалеко. Пришли. Там, естественно, никого. Места много. Выбрали местечко у воды. Я сняла халат и постелила коврик. Смотрю на сестру. Она как-то быстро стелет коврик и уже стоя на коленях говорит:
– Не может быть!
Оказывается, все тучи мгновенно ушли к горизонту. А мы под жарким солнцем пролежали часа полтора. Набежали люди, стало шумно, весело и тесно на пляже.
Моржи
Мы с мамой приехали в выходной к сестре погостить. Она приготовила угощение. Пируем. Общаемся. Я говорю:
– Если будет ясная погода, – пойду купаться с местными моржами. Кто со мной?
– Я, – говорит мама, – поддержу твою компанию, но купаться не буду.