На сороковой день, активизировались все и ждут, ночи ждут.
Мать дитя укладывает, да плачет,
– Сын, мой! Дорогой, родной, мой. Погибель ждёт нас у дверей, нет папки, спасти некому.
Максимка сидел у матери на руках, да смотрел, так жалобно на мать, она зарыдала пуще прежнего. Заскрипели двери и окна, застучали, заскреблись когтями ведьмы болотные. Вурдалаки завыли, собаки залаяли по всей деревне раздавались истошные крики испуганных, до смерти людей. Слышен был хруст ломающихся костей.
В какой-то момент Василиса вспомнила про песню.
– Сыночек, миленький, я тебе колыбельную спою, ложись дитятко спать-
Она очень надеялась, что сработает, а коли нет, так и сгинет всё село. Положила сына в колыбель, укрыла одеялом, да запела, в душе надеясь, что муж немного рядом, да поможет.
Пока мать пела колыбельную, снаружи всё бушевали страсти, уже немного чудищ проникло и ловили жителей, там ужас был, но с каждым спетым словом, погибали вурдалаки, гнили заживо ведьмы, рассыпались черти да твари болотные, а те что снаружи были пробиться сквозь защиту не могли уже.
Мать пела и пела песнь, а с боем часов, что отменили ночь, за окном утихло всё. Только утром Василиса узнала, что было во дворе. Ей и сыну заботливый отец и муж оставил очень ценный подарок и теперь они должны охранять покой местных жителей.
Жители Иот
Поезд мчал, набирая обороты, до ближайшей станции было ещё далеко, два часа пути. Что успеет натворить за это время эта тварь. Мне даже страшно представить. С каждой минутой становилось ясно, что этот состав едет в бездну.
Ни один из пассажиров и работников поезда не сможет доехать до конечной станции. «Она» или «он» жрёт всех с потрохами. И костей не оставляет. Когда я это впервые увидел, однажды, попытался до людей донести. А мне никто не верит. Я подошел к машинисту и сказал, что в восьмой вагон заходит иноземец и в его намерениях плотно пообедать нами…
Жители планеты Иот, они так себя называют. С соседнего измерения. Раньше они нас не трогали, мы очень похожи внешне, приходят к нам, живут рядом. Однажды, один из них, всего разок, во время драки укусил человека и понял, что лучше пищи не найти.
Предводитель Тирр, строго-настрого запретил уничтожать нас. Питаться землянами можно, но лишь не заметно.
Иотинцы, за время проживания на нашей планете, расселились по всем странам, маленьких городов и поселков переехали жить. Заняли все сферы наших социально значимых постов и высоких должностей.
Все кланы, живущие здесь с планеты Иот, подписали пакт о не нападении на жителей земли. Разрешено питаться лишь бездомными, смертельно больными, душевно больными и пожилыми. Я уже говорил, что иотинцы есть во всех сферах нашей жизни? У этих иноземцев есть еще и провидцы, которые видят предстоящие катастрофы и несчастные случаи, где «мясо» пропадает почем зря.
– А мясо жаль – Генвард третий, советник клана Гротт- пусть наши проведы смотрят в будущее и нам сообщают о наступающих человеческих бедах, а мы будем устраивать пир на их костях, все равно погибнут. Самолеты, поезда, личные междуусобные войны.
– Советник Генвард, разрешите доложить? – обратился к советнику пришедший на совет парень. Иуту занимается доставкой сведений своему принцу с планеты Иот, а здесь Генворд занимал не менее важный пост.
– Докладывай, Иуту, мы все слушаем тебя – человек сидящий в центре овального стола развел руками в разные стороны, давая понять, что новости касаются всех сидящих за этим столом, на совете, что проходит здесь каждые полгода – новые посты вновь стали нами заняты- растянул свою улыбку во весь свой огромный рот.
– Да, советник, два наших иотиканца, по осенним выборам стали мерами двух областей, а трое заняли посты заведующих больниц: психоневрологической, онкологического отделения и поликлиники города Т, с численностью населения более четырех ста тысяч населения – и тоже растянул свой рот, обнажая корявые, но белые зубы, изображая на своем лице улыбку.
– Друзья мои, не будем забывать, что люди нам нужны, и мы не должны сеять панику и развязывать с ними бессмысленную войну. Не стоит обнаруживать себя и свои намерения. Не будем злоупотреблять их доверием и неведением – Генвард облизнулся и продолжил – ну, в общем, вы поняли – он встал со своего стула, с грохотом откинув стул в стену – совет окончен. Все свободны —
Как всегда, выходившие, шепотом роптали на своего правителя, и внемля его разумным речам качали головами, соглашаясь.
Не все жители планеты Иот смогли переселиться к нам. Многие, кто свято чтит свои традиции, остались дома. Многие погибли добираясь до млечного пути. Поэтому здесь стал править, по праву наследования, принц Генвард, единственный сын правителя Иот.
Сам правитель, Тирр тринадцатый, как и его предшественники, так и оставшиеся с ним на родной планете, остались верны старым писаниям. В них говорится о древних, что видели жителей планеты Земля и других планет, в других созвездиях, воочию, сильно похожих на них самих. И что, вкусивши их крови завещали « не упасть самоедством». Читая рукописи оставленные предками, иотинцы стали вегетарианцами навсегда, отказались даже от своих животных. Многие века они больше не вкушали животной пищи.
Отряд исследователей, под предводительством командира Отротту, который всегда возмущался по поводу отказа от употребления в пищу животных. Он собрал отряд для исследований других земель и миров, отобрав из многих, таких же энтузиастов как он сам.
Когда на земле вновь вкусили кровь человека, по приказу командира Отротту, была доставлена на Иот весть. И ринулись на Землю жаждущие плоти. А чтобы регулировать потребления человеческого населения и избежать их истребления, был отправлен сын Тирра, принц Генвард, которому все были безоговорочно преданны. Слово его, как и его отца было всегда для всех жителей Иот, закон.
Сам Генвард, как и его отец, был заядлым вегетарианцем, но здесь ему пришлось смириться с мясоедством своих однополчан.
Вои и во время одной из таких их встреч я и попал под двери губернатора нашего города.
Пришел я, конечно, за необходимостью поставить подписи на моих документах, но в этот момент за дверями был очередной совет.
Мне секретарь предложила подождать в приемной, но я остался ждать под дверью совещательного зала.
Не красиво подслушивать, но услышанное перевернуло мою жизнь. Как смог заставил себя остаться дослушать, ведь они молились своим богам. Представьте! У них есть своя вера! Я молитвы не смог понять, но они еще вспоминали свою жизнь на своей планете, как они долго до нас добирались, чего им это стоило. Как была война, которая разделила всех на два лагеря, одни из которых прилетели к нам. Вспоминали беззаботную жизнь дома, в отличии от жизни здесь, где все важно: и твое социальное положение и статус, и наличие работы и много чего еще. Чтобы не просто выжить здесь, но и не быть раскрытым. И услышав, что время совета окончено, решил поскорее ретироваться. Я вылетел пулей из здания администрации, уже забыв, зачем приходил, не думая возвращаться сюда вновь. Побоялся посмотреть им в лицо.
Они чуют страх.
Я никогда не слыл безумцем, но когда пытался открыть людям глаза, чудом избежал психиатрической лечебницы, которой, как стало мне теперь известно, управляет «их» человек.
Вот и сегодня просто повезло мне с этим поездом. Мама попросила приехать к ней, она тяжело больна и боится умереть, не увидев меня.
Вот я раньше не задумывался, а почему её не съели? С тех пор, как они у нас поселились, резко сократилось число лежачих больных. Лишь онкобольные оставались доживать свои оставшиеся дни или месяцы. С тех пор, как мне стало известно о настоящей цели их пребывания, я заметил не утешительную тенденцию пропажи людей, которая с каждым годом растет. Все больные пропадали, из лечебниц, затихли крики душевно больных, за белыми стенами психиатрических больниц. А в недавней аварии, когда междугородний автобус упал в реку и все тридцать пассажиров, водитель и кондуктор пропали. И останков не оставили. Перестали функционировать все морги. Но никого это не удивляет.
Моя мама больна давно. Уже почти пять месяцев. Она скрывала это от меня и когда я был, у нее в гостях, она молчала, говорила, что простудилась. И вот только недавно позвонила и рассказала, что умирает от рака печени. К сожалению, прогноз не утешительный и пару недель мама сама мне позвонила и попросила приехать проститься. До нее мне ехать ночь поездом и купил билет, оформил внеочередной отпуск и собрался к маме. Я плакал, конечно, но если врачи ничего сделать не смогли, то мне придется смириться. Но возвращаясь к проблеме исчезновения людей, я понял, что эти твари не едят онкобольных. Поэтому мы с моей мамой еще успеем увидится.
Кажется, они с нами знакомы не один век, но потреблять нас в пищу стали совсем недавно, около сотни лет назад. Я даже по библиотекам прошёлся, не поленился и подсчитал количество. Статистика нашего сокращения весьма не утешительна. Но мне всё равно никто не верит.
Попытаюсь смириться и убедить своих родных и тем, кто всё же мне доверяет.
Паша и Ирина двойняшки, мои лучшие друзья совсем недавно не дождались свою мать с магазина. Их квартира прямо над универмагом с продуктами, но она умудрилась заблудиться. Пытался я им сообщить о жителях Иот, но они угрожали сообщить «куда следует». Знал бы я, где это – «куда следует», сам бы туда пришёл и рассказал бы, что знаю.
Они высоки, весьма высоки, около двух метров и худощавого телосложения. Им приходиться очень редко питаться и много двигаться, они как наши акулы не могут даже спать, сердце остановиться.
Движение для них в прямом смысле жизнь. У себя эти странные, не питались своими животными, а лишь употребляли растительную пищу. Но вкусив однажды нашей алой крови..
Настал день моего отправления. Поезд дальнего следования. Тринадцать вагонов, мой под номером восемь, девятое купе и двадцать минут на посадку. Мое внимание привлекли два пассажира вошедших в поезд после меня. Я их увидел в коридоре, когда уже заходил в свое купе. Они выделялись среди других пассажиров своим высоким ростом и субтильным телосложением, и совсем без багажа.
– Девушка, можно вас? Это очень важно – попробовал я обратиться к проводнице. Девушка еще очень молодая, возможно пришла работать на железной дороге сразу после института. На вид лет девятнадцать, двадцать. Блондиночка с миленьким кругленьким личиком и вздернутым к верху носиком.
– Я вас слушаю – ответила мне девушка, смотря мне прямо в глаза своими карими, пытаясь разглядеть серьезность моих намерений и темы нашего разговора. Не раз, наверное, пытались с ней познакомиться пассажиры или просто пошутить. Но в моиз глазах была тревога. На лице этой милой проводнице сразу отразилась моя тревожность, и появились мимические морщинки возле глаз.
Я не стал говорить об инопланетянине, но схитрил.
– В наш поезд зашли преступники. Они намереваются убить всех в нашем вагоне. Я услышал, как они перешептываются. Хотят, массовой резней попасть в СМИ, чтобы о них говорили в новостях. Может сообщить это работникам железнодорожной полиции.
Как можно убедительнее пытался рассказать. Она с таким удивлением и вниманием меня слушала, сдвинув брови и стиснув не накрашенные, слегка пухленькие губки.
– Спасибо, я сообщу дежурному поезда. А как они выглядели? —
– Два самых высоких пассажира —
– И мне они показались странными, билеты куплены до конца маршрута, а это целые сутки в пути, но они оба без багажа. Эти пассажиры из первого купе-