Исцеляющая тьмой. Новый мир

Глава 3

Старый целитель понятливо протянул мне ладонь, помогая подняться.

Тьма почти полностью перетекла в удовлетворено урчащего Тьмока, а жадно плескавшаяся внутри часть богини обиженно хлюпнула и затихла.

Подкармливать я ее опасалась. Что, если Мараям планирует превратить меня в свое воплощение? Существуют легенды, что когда-то богини снисходили до смертных и занимали их тела. Из такого союза рождались невероятные подвиги, истинные пророчества и великие чудеса.

Плохо одно. Принявшие в себя высшее существо обычно долго не жили.

Убивали ли их свои, из страха, или же присутствие потусторонней сущности истощало слабую бренную плоть – неизвестно. Подробностей в летописях не сохранилось, а подобных явлений не случалось уже несколько тысяч лет.

На заре веков общение с людьми у богинь было более тесным и непосредственным. Со временем они почти перестали отвечать на молитвы напрямую, хотя тот же случай на острове Равиньян в эпоху завоевания архипелага говорил об обратном.

Я нахмурилась, вспомнив, что именно там мы обнаружили первый алтарь.

Какая здесь связь?

Есть же наверняка, просто я не могу ее сформулировать.

Могла бы подсказать Мараям, но поди с ней побеседуй, не организовав конец света…

– А что насчет остальных? – спохватившись, уточнила я. – С нами был еще как минимум один некромант, йор Хельст. Как он себя чувствует?

– С ним все в относительном порядке, – отмахнулся было йор Берг, но ответственно задумался. – Пожалуй, проверить бы не помешало.

Раскланявшись с воспрявшим духом Тео, мы двинулись к следующему пострадавшему.

Практически весь гостевой флигель теперь занимали раненые разной степени тяжести. Тех, кто приехал первым, до нападения, оставили в прежних комнатах, но коридор стал куда оживленнее, чем прежде. Помимо таскавшихся за нами хвостом целителей, из ближайших городов подтянулись все лекари и их ассистенты. Мало подлатать больного – его еще надо наблюдать, на ноги поставить, менять повязки и все такое.

Йорун переселили поближе к хозяевам, от греха – то есть от меня – подальше.

На этом, в принципе, перестановки закончились. Усадьба Делл готовилась к подобным катаклизмам с момента основания и не подвела владельца.

У комнаты Райли мы притормозили. Внутри слышались голоса – велся нешуточный спор.

Дверь распахнулась мне в лицо, я едва успела отшатнуться.

– Йоруна Холл! – выдала я приветственный полуприсед.

Выпорхнувшая из комнаты раскрасневшаяся девушка вспыхнула еще сильнее и благочинно потупилась.

– Не имею чести вас знать. Йор Берг, йор Фьол, йор Уртер, простите, что побеспокоила вашего пациента. Я уже ухожу.

– Йоруна Вальд? – раздался за ее спиной хрипловатый голос Райли.

Эйлин резко развернулась в мою сторону и уже не столь благовоспитанно всмотрелась в мое лицо.

– Да быть того не может! Что с тобой случилось? – выпалила она на одном дыхании. – Ты же… постарела!

– Я бы предпочла термин «повзрослела», – с коротким смешком отрезала я. – На худой конец – «выросла».

– Но седина…

Взгляд девицы метнулся к моим волосам, пробежал по лицу и нецензурно окинул декольте.

Да, есть некая польза от пропущенных лет. Фигура у меня оформилась как надо без промежуточных подростковых страданий.

– Считаю малой платой за возвращенные жизни, – еще холоднее заметила я.

До йоруны наконец дошло, что так пялиться, да еще и практически оскорблять спасительницу целого отряда не слишком прилично. Пусть меня ждет суд, а за спиной караулит стража, наследника спасла именно я. И он мне явно благодарен, раз везде сопровождает тенью.

– Да, разумеется, – вяло пробормотала Эйлин, неохотно отступая в сторону и пропуская нас.

По сравнению с йором Мортеном Райли выглядел неплохо. Но не отлично.

Йор Берг описал круг, как стервятник над жертвой, вокруг сидевшего за столом некроманта, поводил руками, даже принюхался.

– Позволите йоруне вас осмотреть? – деловито предложил целитель.

Остальные выразительно вздохнули, но промолчали.

Йор Берг и принц Аксель пообещали взять на себя всю ответственность. Потому лекари лишь наблюдали, запоминая и мысленно фиксируя показания для будущего допроса. Понятно, что самоуправство нынешнее нам с рук не спустят. Никто обратно спасенных не прикопает, конечно, но за вмешательство постороннего во врачебный процесс, без лицензии и разрешения сверху по головке не погладят.

В первую очередь меня.

Райли не отрывал от меня глаз с тех пор, как мы оккупировали его комнату. Казалось, он не замечал ни мельтешения целителя над головой, ни группы поддержки у дверей.

До него и вопрос дошел не сразу.

Некромант заторможенно моргнул и запоздало отозвался:

– Да, разумеется. Что-то не так?

– Мало ли, – туманно прокомментировал йор Берг и поманил меня ближе.

– Мы просто проверим, – неловко улыбнулась я.

Того месива, что творилось внутри Тео, не видно, но, судя по эманациям тьмы, кое-что успело зацепиться.

Недолго думая я опустилась на колени и уже привычно взяла Райли за запястья.

– Ты изменилась, – негромко и некстати заметил он, уставившись мне в лицо.

Ниже его взгляд принципиально не сползал, хотя заметно было, что некромант прилагал для того немало усилий.

Платье, что я выкопала в гардеробе как единственное подошедшее, все равно оказалось тесновато в груди. И декольте получилось внушительнее натурального.

– Сильно? – помимо воли вышло излишне кокетливо.

Пусть Райли сейчас моложе того, кого я помню, лет на десять, но загрубевшая кожа ладоней, длинные темные волосы и упрямый подбородок – все те же. С возрастом он заматереет, нарастит мышцы и ширину плеч, но в целом останется таким же.

Уверенным в себе, непробиваемым и спокойным практически в любой ситуации.

Вывести его из себя могла, пожалуй, только я.

На той почве и сблизились.

– Не очень, – Райли помолчал и наконец выдавил: – Это была жертва, да?

– Что именно? – прикинулась я непонимающей, внутренне похолодев.

Все встреченные сегодня знакомые словно сговорились не поднимать тему моего резкого взросления. Ну, кроме особо тактичной Эйлин.

И вот теперь – йора Хельста.

– Твои волосы. И твое лицо… Ты отдала Мараям жизненную силу, чтобы спасти меня?

– Не только тебя, – увильнула я. – Нам всем нужна была помощь. И мы ее получили.

– Ценой твоей жизни.

– Лучше я отдам часть, чем мы все сдохнем на изнанке. Разве нет? А теперь помолчи, дай сосредоточиться. И сотвори небольшой светлячок, чтобы магия пришла в движение.

Резковато, но не надо было ковыряться в наболевшем.

Я еще сама не определилась, что чувствую по поводу произошедших изменений.

Годы не вернуть. Я могла бы прожить их иначе, а теперь просто умру на десять лет раньше.

С другой стороны, без моего вмешательства очень много людей погибло бы, не получив шанса состариться. И речь не только об отряде на изнанке, но и обо всех остальных – тех, кого мы теперь сумеем спасти от прорывов.

Надеюсь, сумеем.

Райли недовольно засопел, но смолк. Видно было, что к этой теме он еще вернется, и не раз. Но слово дамы для него по-прежнему закон.

Вот и славно.

Прикрыв глаза, я сосредоточилась на течении силы внутри его тела. После йора Мортена дело пошло веселее. Я примерно представляла, на что обращать внимание.

Тьмы в Райли оказалось не слишком много. Как и ощущалось с самого начала – небольшой островок в дальнем уголке резерва. Но и его необходимо выкорчевать, как потенциально опасную заразу.

Мне прежде не приходилось сталкиваться с таким феноменом. Способен ли некромант послужить маяком для нового портала и не превратится ли в своеобразный ходячий алтарь – неизвестно. Лучше не рисковать.

Пока вытягивала чужеродную энергию, поймала себя на том, что расцениваю тьму и Мараям как отдельные сущности. Хотя богиня управляла изнанкой и даже позволила нам ее покинуть, видно было, что это стоит ей немалых усилий.

Слова темнейшей о том, что она потеряла контроль над собственным домом, подтвердились. Мараям более не приказывала тьме – она боролась с ней, как и мы все.

И в то же время сохранились дружественные осколки стихии вроде Тьмока.

Мог ли кто-то захватить власть над изнанкой без ведома богини? Некая третья сущность? А то и сама Лаандара?

Обязательно наведаюсь в архив при академии. Там хранятся древнейшие легенды и хроники, должны уцелеть и упоминания о тех временах, когда богини бродили среди смертных.

Насколько сильно они враждовали? Было ли изгнание Мараям организовано светлейшей, или люди сами придумали себе врага и постарались на свою голову?

Никогда не испытывала потребности побывать в храме. Особенно – Лаандары. А тут внезапно потянуло.

Посидеть, подумать в тишине.

Слишком уж противоречива поступающая информация. Не знаю, чему верить.

И кому.

Тьмок вспрыгнул мне на колени и заурчал, усваивая чужеродную энергию. На этот раз ее было не так уж много – пара ниточек.

Как и я, Райли старался использовать в заклинаниях ту силу, что насильно вливалась в него с изнанки, а потому свою почти не израсходовал. Значит, и места в резерве под тьму почти не осталось.

– Что со мной случилось? – прохрипел некромант севшим голосом.

Он не вскрикнул ни разу, но по закаменевшему лицу видно было, что молчание далось ему нелегко.

– Небольшое заражение тьмой. Если можно так выразиться, – хмыкнула я, отряхивая занемевшие пальцы. После двух исцелений подряд по ним стадами бегали мелкие противные иголочки, будто я их отморозила или отлежала. – Энергия изнанки просачивается в родственные магические резервы. В огневике ей делать нечего, а наша темная сила ей отчасти родственная. Вот и прицепилась.

– Отчасти? – ухватился йор Берг за мое замечание. – То есть некромантия не того же происхождения, что и твари? Разве вы все – не создания Мараям… прошу прощения.

Целитель примолк, осознавая, что сморозил лишнее, сравнив нас с монстрами изнанки.

Но обижаться на него бессмысленно.

Он произнес вслух то, что думали все остальные.

– Не совсем, – поморщилась я. – То место, куда мы попали… оно изменилось. Или всегда таким было, не знаю. Там дышать невозможно. Мы бы долго не продержались, не окажись в отряде маги воздуха.

– И не сумей ты позвать на помощь богиню, – добавил Райли, не подозревая, что подливает масла в огонь.

Ему что, не сказали, что жрецы планируют отдать меня под суд за связь с темнейшей? Вот уж друзья – врагов не надо! Если весь отряд даст аналогичные показания, меня никакие политические интриги Акселя не спасут.

– Мараям сама решает, кому помогать, – тактично вывернулась я и поднялась. – Кстати, ваше высочество, я бы хотела осмотреть полигон. Точнее, то, что от него осталось. Возможно, там тоже необходимо провести зачистку. Как бы дрянь не расползлась и не спровоцировала очередной прорыв.

Но тут мне даже принц не сумел помочь.

– Никак нельзя. – Страж смотрел на меня умоляюще, но рука на рукояти меча не дрожала. – По особняку бродить еще куда ни шло, но на место особого происшествия без письменного разрешения его величества – не пустим.

– А я вам что, хвост собачий? – рыкнул Аксель, но я успокаивающе положила руку на его плечо.

– Не нужно. Ребята просто выполняют свой долг. Подожду, пока получу разрешение. Там же все опечатано, верно?

– И в стазисе, – мрачно кивнул принц, буравя несгибаемых охранников взглядом. Те ежились, но стояли молча и непоколебимо. – Расследование еще не завершено.

– Вот и славно. Потом взгляну, – жизнерадостно постановила я.

Все мы понимали, что для меня этого самого «потом» может и не наступить. Если жрецы выиграют спор, я сгину в подвалах ближайшего храма и вряд ли вновь увижу солнечный свет. Разве что сама Лаандара вступится – но это маловероятно. С тех пор как она явила мне свое благословение, я больше не получала никаких вестей от светлой богини.

Других пострадавших, нуждающихся в моих специфических услугах, не нашлось, так что меня под конвоем вернули в комнату – дожидаться исхода переговоров. Пообещали прислать еще еды – два подноса, что служанки притащили за время моего отсутствия, выглядели внушительно, но этого едва хватит восстановить силы после ритуала исцеления. А я еще от путешествия по изнанке толком не оправилась…

Впрочем, йор Берг все прекрасно понимал и пообещал проследить за питательностью рациона.

Я благодарно кивнула. Значит, не отравят хоть.

Время в заточении тянулось неимоверно долго.

За окном успело стемнеть, на небе зажглись непривычно яркие, холодные звезды.

Я доедала последнюю куриную ножку пополам с Тьмоком, когда со стороны распахнутой ставни послышался тихий свист.

Перевесившись через подоконник, я чуть не столкнулась лбом с Акселем.

Он притащил откуда-то высоченную лестницу, длины которой самую малость не хватило, чтобы дотянуться до третьего этажа. Сейчас его высочество застыл, опасаясь чихнуть и намертво вцепившись в отполированные залпами заклинаний камни.

– Ты что здесь делаешь? С ума сошел? Убиться решил? – поинтересовалась я с нескрываемым любопытством.

Кот тоже высунулся посмотреть, попутно уронив обглоданную косточку прямо на голову принцу.

Аксель скривился, но не шелохнулся.

– Ты хотела взглянуть на полигон, – прошипел ночной гость. – Спускайся. Сейчас самое время, все спят.

А я что?

Я согласилась.

Глава 4

Лезть по стене в платье было бы чистейшем безумием.

Да и вся наша авантюра попахивала им – начиная от рискующего шеей принца, заканчивая преступницей под следствием, нагло сбегающей из заточения под покровом ночи.

Но хотя бы один фактор риска я убрала сразу: переоделась в штаны для верховой езды, что любезно принесла мне йоруна Делл.

Нужно отдать должное догадливости девушки – пышных бальных нарядов она мне не предложила. Все сугубо практичное, немаркое и удобное. Я бы сама лучше не выбрала. Мы теперь схожи фигурами, только я чуть выше, и все отлично подошло.

– Слезь ниже! – прошипела я, когда Аксель растопырил руки и не сделал попытки убраться с дороги.

Ловить меня в объятия собрался, что ли?

И свалиться вдвоем в покореженные колючие кусты.

Нет, спасибо!

– Быстрее давай, патруль скоро пойдет, – буркнул в ответ принц, послушно спускаясь по лестнице на несколько ступенек.

Благодаря про себя свою предусмотрительность и разумность, я перевалилась через подоконник, повисла на руках и, взмолившись по привычке Мараям, разжала пальцы.

Ступни ударились о верхнюю ступеньку, колени спружинили и больно приложились о камни.

Я влипла в стену щекой, обнимая башню, переводя сбитое дыхание и мысленно костеря на все корки выдумщика-принца и назойливых жрецов, по очереди.

– А обувь? – удивился его высочество.

Мои босые пятки оказались точно перед его лицом.

– Уже внизу, – махнула я рукой. – Двигайся!

Мы сползли на землю как раз вовремя – на дорожке шуршали гравием двое стражников, регулярно обходящих территорию. Эти охраняли не меня, а мирных жителей от возможного нападения тварей. Но на подозрительный шорох в зарослях среагировали однозначно:

– Стой, кто здесь?

– Я. Гуляю. Нельзя? – невозмутимо отозвался принц, выпрямляясь и отряхивая плащ. Несмотря на теплую ночь, ткани он на себя намотал щедро. Хватило и меня прикрыть, и валяющиеся в траве женские сапоги.

– Простите, ваше высочество. Не смеем мешать, – успокоившиеся гвардейцы затопали дальше без задних мыслей.

Ну, бродит Аксель по саду после полуночи. Не монстр же какой! Людей не ест. А что околачивается у женского крыла – чистая случайность.

– Ты им заплатил? – уточнила я, натягивая обувь в лучших традициях сборов во время тревоги – за рекордные три секунды.

– И не думал, – хмыкнул принц. – Ребята все за тебя. Напрямую, при свидетелях нарушать приказ не станут. Но если чего не заметили – это они не виноваты. Тем более ты же не сбегаешь, обратно вернешься!

– Ну да, – растерянно протянула я, то ли соглашаясь, то ли удивляясь человеческой природе.

Получается, парни из отряда меня не возненавидели за принадлежность к тьме? И поклонение Мараям их не смутило?

То, что Аксель встал на мою сторону, я восприняла как должное. Но все остальные…

Приятно. И немного успокаивает. Есть шансы, что даже если жрецы выиграют, мне позволят сбежать.

Совершенно случайно, разумеется.

У самого полигона принц стянул с себя плащ и накинул на меня, укрыв с головой.

При виде Акселя гвардейцы вытянулись по струнке, пожирая глазами и демонстративно не замечая тени за спиной принца.

– Осторожнее там, ваше высочество. Вот вам фонарь. Магией пользоваться запрещено. – Вот и все напутствие.

– Знаю, спасибо, – кивнул мой спутник, принимая старомодную газовую лампу на длинной палке.

Тяжесть немалая, но, учитывая запрет на использование дара, – неизбежная.

Насколько мне известно, с огненной или водной магией резонанса у тьмы не возникнет. Но я и про целительную не подозревала, так что пусть лучше перестрахуются. Одобряю.

Купол, едва слышно гудевший от обилия защитных артефактов, моргнул и покрылся рябью. В нем образовался небольшой проем, в который мы с трудом протиснулись и который почти сразу же сомкнулся за нашими спинами.

В наступившей тишине хруст обломков под подошвами сапог звучал оглушающе громко.

Открывшийся прорыв разметал строение в клочья. Кое-где виднелись пятна крови – защитники не щадили себя.

А вот тьмой не фонило вообще.

Если закрыть глаза, можно было представить, что мы находимся в глухом лесу или в пещере. Ни малейших признаков недавней бурной активности. Точно такое же изрытое взрывами заклинаний пространство, как и любой другой полигон. После тренировок в армии и испытаний нового оружия остаются примерно похожие разрушения.

То есть в том будущем-прошлом, что я знаю, алтари тоже вполне могли существовать. Просто мы их не обнаруживали до тех пор, пока из них не рождались прорывы.

А после было уже поздно.

Медленно, вглядываясь в рытвины и воронки, я обошла руины по кругу. Назвать это место строением не повернулся бы язык.

– Спасибо тебе, – негромко, но четко заявил Аксель. – Если бы не твои уроки, мы бы не выстояли.

Принц замер у куска стены и задумчиво поглаживал опаленные камни. Судя по характерным отметинам, тут постарался коллега-огневик.

– Я никогда не видел подобных чудовищ, но узнавал по описаниям. Ты так живо их изображала, что мы с ребятами сразу определили, где натвиги, где оттинусы и чем их взять. Без тех занятий на привалах мы бы просто сдохли на изнанке, не пройдя и шага.

– Вы большие молодцы, – искренне похвалила я.

И правда – слушались беспрекословно, приняли мое командование, будто каждый день отряд возглавляет девчонка-недоучка.

Аксель мотнул головой, показывая, что не договорил. Я притихла.

– Не только мы. Те, кто оборонял полигон. Кто добивал прорвавшихся наружу и выискивал их в лесах. Они знали, что делать, только потому, что у тебя учились – или подчинялись тому, кто у тебя учился. Ты спасла сотни, если не тысячи жизней теми короткими лекциями в походе. Скажи, ты ведь уже тогда знала, что произойдет?

– Как? Я понятия не имела, что алтарь превратится в прорыв, – притворилась я дурочкой.

Принц скривился.

– Не строй из себя идиотку. Тебе не идет, – неожиданно жестко отрезал он. – Ты недавно перед Советом министров предсказала, что начнутся нападения и к нам хлынут твари. И все это время осознанно готовилась.

– Да, – коротко призналась я, усаживаясь на обломок балки.

Молодец принц, отличное место для обсуждения сомнительных тем выбрал. Точно никто не подслушает.

– Откуда узнала, что нужно делать? Все эти модифицированные заклинания, щиты, хитрости – кого бить исключительно холодным оружием, кого не трогать, как защищаться… Ты не могла одна все придумать. Значит, тебе кто-то помогал. Кто?

– Это сложно объяснить.

– А ты все же попытайся. – Тоном Акселя можно было морозить реки.

Не ожидала, что молодой разгильдяй так умеет.

– Я уже говорила, мне было видение, – полуправда вылетела легко и привычно. – Или вещий сон. Называй, как хочешь.

– Допустим, – согласился принц. – И ты все эти подробности запомнила с одного раза? Или видений было несколько?

– Мы уже на допросе?

Сохранять хладнокровие становилось все сложнее.

– Нет, конечно! – Аксель запустил пальцы в густую шевелюру, взлохмачивая ее пуще обычного. – Мне нужно понимать, что говорить отцу. Его величество скоро сюда прибудет, начнется разбирательство, суд. Мы —королевская семья – уже взяли на себя ответственность, попытавшись перевести твое дело в светскую плоскость. Если ты действительно поклоняешься Мараям и затеяла это все, чтобы погубить человечество, лучше сразу признайся.

– И что тогда?

Мне стало интересно. Насколько Аксель мне доверяет и как далеко простирается его желание меня защитить?

– Тогда ты исчезнешь, – просто ответил принц. – Нет тела – нет дела, так, кажется, говорят стражи порядка. В конце концов, чтобы спасать жизни, необязательно скакать на передовой. Советы можно давать и из тени…

– То есть вы готовы помочь мне сбежать? – Хорошо, что я сидела.

– Не сбежать, а временно скрыться, – педантично поправил принц, но глаза его сияли привычным хулиганством. Лед пропал, как не бывало. – До тех пор, пока жрецы не осознают своей ошибки.

– Думаешь, они ее осознают? – скептически фыркнула я. – В прошлый раз до них не дошло, пока не пал Эскармон…

Тут я прикусила язык, но сказанного не воротишь.

– Прошлый раз? – переспросил Аксель очень серьезно.

Я закрыла лицо руками и рвано выдохнула.

– В прошлой жизни. В видении. Называй как хочешь. Я уже не уверена, что прожитые годы были настоящими. Все зыбко, иллюзорно и изменилось до неузнаваемости.

– То есть ты прожила во сне целую жизнь? Видела падение Эскармона… А Скайгард? Он устоял? – жадно уточнил принц.

– С трудом, – покачала я головой. – Отдельные города-крепости, между которыми пролегают опасные зоны, где постоянно открываются все новые и новые прорывы. Бесконечные походы, закрытие порталов, уничтожение тварей, и снова, и снова…

– Почему не рассказала все это раньше?

– А ты бы мне поверил? – выпалила с надрывом. Наболело. – Тем более мне – прежней? Малолетке с архипелага, без особого образования или боевого опыта? Меня даже там, на Сомираве, не сразу послушали, а я их принцесса как-никак. Начни я с истории о видении, меня бы осмеяли и выставили вон, не разбираясь.

– Потому ты решила сначала показать нам прорывы. Продемонстрировать угрозу лицом, – понимающе кивнул Аксель.

– Не специально! Так совпало. Что во дворце, что сейчас…