Вивьен Нуар

Можно ли полюбить человека, которого почти не знаешь? Можно ли тосковать по тому, кто, может быть, уже забыл твоё имя? Тамара не задаёт себе этих вопросов. Она просто едет в Петербург, находит кн…

В 60 она впервые променяла детей и внуков на мужчину. И ей впервые было не стыдно. Они встречаются осторожно, чтобы никто не заметил. Всегда по вторникам, в 17:00. Но одного вторника становится м…

Шестьдесят лет, пенсия, Париж. Молчаливый незнакомец с чужим шарфом. Восемь дней, которые меняют всё. И синий флакон с запахом, который невозможно забыть.

Шестьдесят лет, пенсия, Париж. Молчаливый незнакомец с чужим шарфом. Восемь дней, которые меняют всё. И синий флакон с запахом, который невозможно забыть.

Чего вы хотите? Не для детей. Не для внуков. Не «чтобы все были здоровы». Для себя. Если вы задумались дольше, чем на секунду, эта книга про вас. Марине пятьдесят восемь. Её компания кормит полст…

Чего вы хотите? Не для детей. Не для внуков. Не «чтобы все были здоровы». Для себя. Если вы задумались дольше, чем на секунду, эта книга про вас. Марине пятьдесят восемь. Её компания кормит полст…

Сто сорок тысяч, которые она копила на собственные похороны, ушли за операцию чужой собаке. Всё, до копейки. Сын кричит, что она сошла с ума. Хозяин собаки приходит с участковым. Соседи пишут жал…

В 60 она впервые променяла детей и внуков на мужчину. И ей впервые было не стыдно. Они встречаются осторожно, чтобы никто не заметил. Всегда по вторникам, в 17:00. Но одного вторника становится м…

Можно ли полюбить человека, которого почти не знаешь? Можно ли тосковать по тому, кто, может быть, уже забыл твоё имя? Тамара не задаёт себе этих вопросов. Она просто едет в Петербург, находит кн…

Сто сорок тысяч, которые она копила на собственные похороны, ушли за операцию чужой собаке. Всё, до копейки. Сын кричит, что она сошла с ума. Хозяин собаки приходит с участковым. Соседи пишут жал…