Повелитель дронов – 5
Я почесал затылок.
– В принципе, ты прав, железяка. Идеальная система – это полностью автоматизированная система. Но есть проблема, – я обвёл рукой территорию. – Изначально это был просто схрон в лесу. А сейчас посмотри вокруг. Мы тут развернули нормальную инфраструктуру. Это место можно масштабировать, превратить в настоящий завод. Но… про это место знают слишком многие. Такой себе секрет Полишинеля. Плюс, если мы начнём увеличивать масштабы, строить новые ангары и цеха, простая воздушная разведка – даже не спутник, а обычный самолёт – увидит всё это великолепие посреди тайги. Само собой, это вызовет ненужные вопросы, и когда-нибудь сюда прилетят уже не с проверкой документов, а с бомбами.
– Значит, нужно уходить под землю?
– Или искать новое место. Ладно, давай послушаем мнение остальных.
Через пять минут Эльвира и Мария Нефедова стояли передо мной.
– По «Подорожнику» всё отлично, – начала старшая сестра. – Поставки сыворотки налажены, график соблюдается секунда в секунду. Отзывы клиентов лучше некуда. Люди реально выздоравливают, Феликс.
– Медицинские дроны для «Филина» заряжены и укомплектованы, – подхватила Мария Владимировна. – Мы создали запас ампул на неделю вперёд. Реанимационные наборы, антидоты, стимуляторы – всё готово. Но, Феликс Эдуардович… Если вы планируете дальнейшее масштабирование, о котором говорили… Это же просто немыслимые объёмы! Нам нужно в десять раз больше людей! Нужно профессиональное оборудование, а не эти самоделки! Нужны стерильные боксы и биореакторы, а это просто астрономические деньги!
Я посмотрел на Эльвиру. Сестра улыбнулась.
– Насчёт людей я согласна, нам нужны специалисты. А насчёт денег… – она кивнула в мою сторону. – Мария Владимировна, не переживайте. Феликс порешает. У него, кажется, где-то есть печатный станок. Или он грабит банки по ночам. Я уже перестала спрашивать.
– Ладно, скажите мне другое. Как вам вообще это место? Ну, чисто по ощущениям.
– Мне нравится, – тут же ответила Эльвира. – Здесь спокойно. Лес, речка… И земля хорошая, живая.
– Да, здесь отличная энергетика, – подтвердила Мария. – Растения чувствуют себя прекрасно. Рост ускоренный, мутаций минимум. Для старта просто идеально.
К нам подошла Мей Дон.
– Я согласна с коллегами, – добавила она. – От имени профессора и от себя лично могу сказать: условия для панд здесь близкие к идеальным. Климат мягче, чем мы ожидали, воздух чистый, да и стресс-факторов минимум. Мы бы хотели остаться здесь. Переезд – это новый риск для животных.
Я хмыкнул. Смотри-ка, освоилась. Уже вещает от имени профессора, пока тот с медведями возится.
– Сириус, записывай всё. Потребности, списки оборудования, пожелания… Пока что мы остаёмся. Переедем прямо сейчас и потеряем темп и время. Но охрану нужно усилить.
– Почему? – удивился дрон. – Периметр чист, угроз не обнаружено.
– Есть такая чуйка, – я постучал пальцем по виску. – Когда всё идёт слишком хорошо, жди подлянки. И подготовь план эвакуации, просто на всякий случай.
В этот момент кусты затрещали, и на поляну выбежал взъерошенный профессор Дин Дон.
– Смотрите! – закричал он, тыча пальцем в сторону вольера. – Скорее! Вы должны это видеть!
Мы переглянулись и поспешили за ним. У ограды вольера мы застыли. Внутри, на свежей траве, сидела Лянь-Лянь, новая панда. Она кокетливо (насколько это слово применимо к стокилограммовому медведю) жевала веточку.
А вокруг неё нарезал круги наш старик Гу-Гу. Но он не просто ходил, а… ухаживал. Он подобрал самый сочный стебель бамбука и, смешно переваливаясь, подошёл к самке, положив подношение к её лапам. Потом отошёл, сел и принялся издавать странные звуки – что-то среднее между пыхтением и песней.
Лянь-Лянь благосклонно приняла бамбук и начала жевать, поглядывая на кавалера.
– Херасе! – вырвалось у меня. – Это то, что я думаю? Дед панда ещё вчера собирался копыта откидывать, еле ноги волочил, а тут в женихи метит?
Профессор схватил меня за рукав.
– Это невероятно! Это просто фантастика! Гу-Гу молодеет на глазах! Анализы крови, тонус мышц, гормональный фон… Он вернулся в состояние десятилетней давности! Это невероятное открытие! А ещё… Гу-Гу в своё время был лучшим производителем панд в истории! У него идеальная генетика! Мы очень расстроились, когда он постарел и вышел в тираж. Его семя было на вес золота! А эта самочка… Лянь-Лянь… она же из элитной линии. Самая лучшая и здоровая самка поколения. А это значит… что теоретически… с вашей медициной и условиями… у нас может получиться лучшее и самое здоровое потомство панд в мире! Абсолютно новая, сильная линия!
Он в ужасе прижал ладони ко рту, будто произнёс страшное богохульство. Я не выдержал и засмеялся.
– Ну то есть, Китай как бы теряет монополию на панд? Теперь лучшие медведи будут делаться в России, в лесу под Уссурийском?
Мей Дон, стоявшая рядом, не смеялась.
– Это конец, господин Бездушный, – холодно заявила она. – Если Республика об этом узнает… Ладно воровство… то есть, извините, покупка. Это они ещё могли проглотить, скрипя зубами. Но воспроизведение, создание своей линии? Да они на вас ядерную бомбу сбросят! Это же удар по самому святому!
Я отсмеялся и вытер выступившие слёзы.
– Ядерную бомбу, говоришь? Ну-ну. Пусть попробуют. Переживём как-нибудь.
Где-то в Многомерной Вселенной
Мир Абырвалг
На троне, собранном из костей гигантских ящеров, восседал Верховный вождь Гхркал – огромный старый орк, чья кожа напоминала дублёную шкуру носорога, всю покрытую белыми рубцами шрамов. Единственный уцелевший глаз внимательно смотрел на собравшихся вождей кланов.
Сегодня был день отчёта.
– Клан Рваной Ноздри! – прорычал Гхркал. – Докладывай!
Вперёд вышел коренастый орк в доспехах, украшенных человеческими ушами.
– Великий вождь! Мы совершили набег на мир Трёх Солнц! Принесли три сотни рабов! Крепкие, жилистые! Будут рыть шахты до самой смерти! А ещё взяли золото и сталь!
– Хорошо, – кивнул Гхркал. – Клан Чёрного Топора?
– Мы ходили в мир Вечных Льдов! – выступил другой вождь. – Пригнали стадо мохнатых бивней! Мяса хватит на всю зиму! А шкуры пойдут на шатры!
Один за другим вожди выходили в круг света, хвастались добычей, рабами и славными битвами. Гхркал слушал, кивал, иногда довольно хмыкал. За счёт завоеваний орда процветала.
Но один из вождей молчал. Молодой Архык, вожак клана Железного Черепа, сидел в тени, мрачно уставившись в земляной пол. Он старался слиться с каменной колонной, чтобы оставаться незаметным. Жаловаться на Совете – признак слабости. А слабость – это смерть. Другие вожди только и ждут момента, чтобы вцепиться в глотку и разорвать.
– Эй, Архык! – окликнул его Верховный. – Ты что, язык проглотил? Или твой клан разучился держать оружие?
Архык медленно поднялся.
– Великий вождь… У нас… есть добыча. Но…
Тут поднялся и старый шаман Грибх – сухонький, сгорбленный, увешанный амулетами из птичьих костей, что сидел у правой ноги Гхркала. Шаман был правой рукой вождя, его глазами и ушами. А ещё он был грамотным и умел считать – редкое и опасное качество для орка. Грибх развернул свиток из выделанной человеческой кожи и поводил по нему кривым пальцем.
– А я скажу, почему он молчит, о Великий! – ехидно проскрипел Грибх. – Цифры не врут. Клан Железного Черепа теряет бойцов быстрее, чем рождаются новые. Архык – пастух, который ведёт стадо на убой! План по рабам не выполнен. План по железу и золоту провален. Зато смерти зашкаливают!
По залу пронёсся ропот. Вожди злорадно заухмылялись. Сам же Архык покраснел (ещё одно редкое качество для зеленокожего орка). Делать было нечего, всё равно придётся говорить.
– У меня проблемы, Великий вождь, – признал он. – Мир под названием Земля… Восточная часть большого континента. Там… там творится страшное.
– Страшное? – Гхркал подался вперёд. – Ты орк или пугливая девка? Что может быть страшнее моего гнева?
– Те группы, что уходят туда… они не возвращаются. Почти никто. А единичные выжившие, которые смогли доползти до портала… они рассказывают вещи, от которых в жилах стынет кровь.
– Говори! – приказал Гхркал.
– Один выживший клялся, что ими стреляли из катапульты. Прямо в небо! Они шли за женщинами, а попали в ловушку. Земля под ногами подпрыгнула, и весь отряд улетел через реку, на другую территорию.
Все тут же перестали лыбиться и переглянулись. Летающие орки… это звучало как полный бред!
– Второй, – продолжил Архык, – рассказывал о механических птицах. Железные твари, маленькие и злые. Они клюют, бьют молниями и стреляют железом. От них не спрятаться. Они видят в темноте, слышат шёпот и находят нас везде. А третий… Третий сказал самое главное. Там появился странный человек. Он чувствует нас. Он знает, где мы, ещё до того, как мы выйдем из леса. Это он управляет этими железными птицами. Он – хозяин той земли.
Верховный вождь медленно откинулся на спинку трона. Его единственный глаз сузился, а на губах заиграла недоброжелательная улыбка.
– Ты знаешь закон, Архык? – тихо спросил он.
– Да, Великий, – вздрогнул молодой вождь. Конечно, он знал.
– Если охота не удалась, виноват охотник. Если война проиграна, виноват вождь.
Старый шаман Грибх захихикал, потирая морщинистые ладошки.
– Слишком мягко они живут, Великий! – прошамкал он. – Посмотри на него! Сытая морда, брюхо висит. Они привыкли сидеть в своих гаремах, лапать самок и жрать мясо, которое добыли другие. Они забыли, что такое настоящая драка! Младшие вожди превратились в жирных котов. Они посылают воинов на смерть, а сами греют задницы у костра!
– Ты лжёшь, старик! – рыкнул Архык, хватаясь за рукоять топора. – Я воин!
– Молчать! – рявкнул Гхркал и поднялся с трона, возвышаясь над всеми. – Шаман прав. Вы стали мягкими, как гнилая груша. Вы забыли вкус крови. Вы не помните азарт битвы с сильным врагом. Мы грабим слабых, убиваем беззащитных. Это разлагает дух Орды! Пора меняться. Если вождь не может справиться с врагом, он должен умереть в бою или победить. Третьего не дано.
Никто не осмелился возразить.
– И вообще… – Гхркал мечтательно прищурился. – Давно не было Большого Похода. Настоящей войны. Такой, чтобы земля дрожала, а небо почернело от дыма, – он резко указал пальцем на Архыка. – Ты! Идёшь туда! Лично! Собери лучших бойцов, возьми своих шаманов. Найди этого Человека. Разберись с его железными птицами. Если он так силён, как ты говоришь… Если он может швырять орков в небо и управлять железом… Значит, это достойный враг. Проверь его на прочность. И если он выдержит… – Гхркал оскалился, обнажив жёлтые клыки. – …то мы все придём туда. Мы разомнём кости! Мы устроим Великую Охоту!
– Смерть людишкам! – Грибх вскинул сухой кулачок вверх.
– СМЕРТЬ! СМЕРТЬ! СМЕРТЬ! – подхватили сотни глоток.
Всё пространство наполнилось криками, топотом и звоном оружия. Орки впали в экстаз, предвкушая большую резню. Все радовались, орали и били себя в грудь.
Все, кроме Архыка. Он стоял посреди этого безумия, бледный и мрачный. Он понимал: его только что отправили на убой, но выбора у него не было.
Он покрепче перехватил топор и пошёл навстречу своей судьбе. И навстречу странному человеку с железными птицами.
Администрация Приморской губернии
Кабинет губернатора
Вячеслав Игоревич Барышников сверлил взглядом ночной город за окном. Где-то там, в темноте, горели огни ненавистного санатория «Подорожник», хотя по его приказу этот район должны были полностью обесточить.
Дверь за спиной скрипнула.
– Ваше Высокопревосходительство, разрешите доложить… Наша операция полностью провалена…
Барышников медленно развернулся и посмотрел на своего подчинённого. Первым желанием было затряхнуть этого слизняка до смерти. Но губернатор быстро взял себя в руки, не позволяя гневу вырваться наружу.
– Подробности?
– Кажется, они были готовы. Мы перерубили магистральный кабель, перекрыли воду, заблокировали газовую трубу. Но свет там даже не моргнул. У них полная автономия. Свои скважины, свои генераторы, какие-то новейшие солнечные панели… Откуда они берут газ мы ещё не разобрались, но вот-вот выясним!
Канцлер так сильно стиснул зубы, что почувствовал боль во всей челюсти. Этот щенок предусмотрел абсолютно всё. Бездушный не просто отбивался, а играл на опережение, превращая каждый коварный удар Барышникова в нелепый фарс. И это бесило больше всего.
Раньше одно имя бывшего Канцлера вызывало трепет. А сейчас?
Троицкий… Этот старый провинциальный лис позволил себе публично унизить его. Выгнал с приёма, как выбрасывают за дверь нашкодившего котёнка. Ещё полгода назад Троицкий ползал бы на коленях, умоляя о встрече. А теперь он смотрит свысока, ухмыляется и поддерживает Бездушного.
Почему? Да потому что акулы почуяли кровь. Все видят, что великий Канцлер не может справиться с одним-единственным наглецом. А если хищник промахнулся, значит, он стар и слаб, и его можно кусать.
Помощник переминался с ноги на ногу, боясь прервать размышления шефа. На столе зажужжал телефон спецсвязи – красный аппарат, линия с информаторами из Петербурга.
Барышников снял трубку. Слушал долго, не перебивая. Его лицо мрачнело с каждой секунду.
– Понял. Продолжайте наблюдение, – сказал он и опустил трубку на рычаг.
– Что там, Ваше Высокопревосходительство? – рискнул спросить помощник.
– Новости из столицы. Император собрал экстренное совещание. Полетели головы. Арестованы министры, чиновники высшего ранга… Началась тотальная чистка.
– А… мы? – побледнел помощник.
– А по нам пришёл отдельный запрос. Император лично затребовал полную справку обо всём, что творится в регионе. Особенно его интересует род Бездушных.
– Это конец… – прошептал помощник. – Если Государь узнает всю правду, что их травили и пытались убить… Нас всех публично казнят.
Помощник уже мысленно примерял кандалы и прощался с жизнью. И тут раздался тихий смех, перерастающий в хохот. Это смеялся Барышников. Он откинулся в кресле, глядя на перепуганного подчинённого, и громко ржал.
– Ты дурак, Петенька, – сказал он, вытирая выступившие слёзы. – Какой же ты дурак.
– Но… Император… Справка…
– Именно! Император хочет справку? О, я подготовлю ему справку! Самую лучшую справку в мире! Ведь кто пишет историю, Петя? Победители? Нет! Историю пишет тот, обладает властью! Император сидит в Петербурге. Он понятия не имеет, что здесь творится. Он видит ситуацию нашими глазами, через наши отчеты.
Барышников схватил ручку и начал быстро писать, проговаривая слова вслух:
– Феликс Бездушный… Главарь террористической ячейки… Использует запрещённые технологии неизвестного происхождения… Подозревается в связях с радикальными группировками Китая… Представляет угрозу национальной безопасности высшего уровня… Обладает оружием массового поражения… Практикует чёрную магию и человеческие жертвоприношения… – он поднял взгляд на помощника. – Ничего не забыл? Давай, подсказывай. Чего ты вылупился, как баран на новые ворота?
Помощник лишь растерянно пожал плечами.
– Мы не будем оправдываться, – пояснил Барышников. – Я распишу этого щенка так, что Император увидит в нём угрозу самому Трону! За работу, Петя! Составь подробное досье. Прикрепи все сфабрикованные доказательства. Видео с его дронами, показания «свидетелей», результаты экспертиз… Сделаем так, чтобы Феликс Бездушный выглядел опаснее, чем вторжение всей китайской армии!
Глава 4
«Подорожник» выпил из меня все соки, пока мы налаживали всякие мелкие процессы и разбирались с логистикой, а тут ещё и Станислав Башатов со своими проблемами. Я, конечно, живу у него, и мы союзники, но иногда мне кажется, что я работаю его личным решалой.
Суть проблемы заключалась в следующем. Станислав достроил шикарное шестиэтажное здание в центре города. Такой идеальный бизнес-центр, который он решил продать, чтобы пополнить казну рода, изрядно похудевшую из-за войны. Нашёлся покупатель из другого города, готовый выложить реальную рыночную стоимость.
Но местные стервятники в лице мелких и средних аристократов тут же почуяли добычу. Они приходили к Башатову и предлагали сущие копейки, пользуясь тем, что его род сейчас в тяжёлом положении. А когда узнали, что объект уходит к чужаку за нормальные деньги, у них, видимо, взыграла классовая ненависть.
«Не доставайся же ты никому!» – решили они и попытались спалить здание.
И вот я, вместо того чтобы заниматься своими делами, был вынужден полночи играть в пожарного. Палиться мне было нельзя. Ситуация в городе и так натянутая, как струна, лишнее внимание к моей персоне сейчас ни к чему, поэтому действовали тихо и крайне осторожно.
– Повелитель, фиксация возгорания на третьем этаже, восточное крыло, – монотонно докладывал Сириус.
– Ну так тушите, чего ждёте, – устало командовал я.
Мои дроны, скрытые полями невидимости, летали вокруг здания и заливали очаги возгорания специальной пеной. А внизу бегали наёмники этих обиженных аристократов. Они швыряли в окна коктейли Молотова и какие-то зажигательные гранаты. Один «гений», слабый Одарённый огня, пытался закинуть файербол на крышу, но мой дрон перехватил сгусток пламени на подлёте и развеял его.
Они поджигали, мы тушили. Они опять поджигали, мы опять тушили. Эта игра в кошки-мышки продолжалась часа три. В итоге наёмники, видимо, решив, что здание заговорённое или проклятое (потому что бутылки влетали в окна, а пожар не начинался), плюнули и разбежались.
Я, злой и вымотанный, поплёлся спать. Казалось, я только закрыл глаза, как над ухом раздался противный писк.
– Повелитель! Во Владивостоке ЧП! – Сириус бесцеремонно ворвался в мой сон.
Я открыл глаза, уставившись в потолок. Глубоко вздохнул и медленно сел на кровати. Никакой суеты. Я – Феликс Бездушный, и я выше этой мирской суеты. Встал, потихоньку переоделся в повседневную одежду и пригладил волосы.
– Ну, – сказал я, поворачиваясь к дрону. – Теперь рассказывай. Насколько большое ЧП? Мы все умрём через пять минут или через десять?
– У губернатора проблемы, – доложил Сириус. – Резиденцию князя Барышникова атакуют. Прямо сейчас идёт бой.
– Да ладно? – я аж на секунду завис. – Кто-то рискнул наехать на целого бывшего главу Тайной Канцелярии? Покажи мне это шоу.
Сириус развернул передо мной голограмму. Камера одного из городских наблюдателей показывала периметр губернаторского дворца, в котором творился хаос. Вспышки выстрелов, магические техники, крики…
Я присмотрелся. Нападавшие действовали хаотично, без единой тактики. Кто в лес, кто по дрова.
– Наёмники, – догадался я. – Причём разные группы, даже не скоординированные толком. Ну, вот и началось. Увидишь, Сириус, это только начало. Когда у такого человека, как Барышников, падает рейтинг и репутация, все обиженные им люди поднимаются и начинают мстить. Это закон джунглей.
– Повелитель, – прервал мои философские размышления Сириус. – Я взял на себя смелость усилить мониторинг города, пока вы спали. Есть нехорошие звоночки. Это не просто месть одиночек, а хорошо спланированная акция. Явно какая-то большая группа аристократов решила наехать на Барышникова. И проблема в том, что они вряд ли сейчас пытаются его всерьёз убить. Скорее, это отвлекающий маневр.
– Поясни.
– В городе что-то затевается. Фиксирую аномальную активность в других районах. Например, здание городского архива полностью обесточено, связи с охраной нет. И ещё один объект… Административное здание в деловом квартале захвачено.
– Захвачено? Кем?
– Неизвестными вооружёнными людьми, которые забаррикадировались внутри.
– Ну и пусть сидят, – пожал я плечами. – Нам-то что с этого? Пусть Барышников со своими проблемами сам разбирается. Нам бы с Уссурийском разобраться, на Владивосток у нас ресурсов нет.
– Но есть одна проблема, Повелитель. Там есть заложники. Случайные люди, которые оказались не в то время не в том месте. И среди них трое наших клиентов.
– Клиентов «Филина»?
– Так точно. У них активна подписка на личную безопасность.
– Освободить.
– Повелитель, тут ситуация… странная. Вроде бы эти люди воюют против вашего врага, против Барышникова. Мы, по логике, на одной стороне баррикад. Непонятно, стоит ли мешать их операции…
– Мне плевать на врагов и на политику, – отрезал я. – Но у меня заключён договор, между моей компанией и этими людьми есть соглашение. Они заплатили деньги за безопасность, и мы обязаны их защищать. Это вопрос репутации и принципов. Подобное больше не должно повторяться, Сириус. Если наш клиент в беде, мы вмешиваемся. Точка.
– Слушаюсь, Повелитель. Запускаю протокол экстренного реагирования.
– Действуй. А я пойду будить нашу спящую красавицу. Мне нужны имена.
Я вышел из комнаты и пошёл к Фурии.
Ольга спала прямо на своём рабочем месте, положив голову на сложенные руки рядом с клавиатурой. Она даже не переоделась, так и вырубилась в джинсах и толстовке. На экране монитора мерцали какие-то графики.
Я подошёл и легонько потряс её за плечо.
– Подъём, страна зовёт.
Фурия завозилась, что-то пробурчала и с трудом подняла голову. Один глаз у неё так и не открылся, а вторым она посмотрела на меня с непередаваемым выражением.
– Ты нормальный? – хрипло спросила она. – Три часа ночи…
– Вообще нормальный, – кивнул я. – Вставай, дело есть. Хочу знать, кто это всё устроил. Кто кукловоды, а кто исполнители. Узнай мне всю информацию.
Она простонала и снова уронила голову на руки.
– Не хочу… Я спать хочу…
– А утром пойдём мороженку кушать, – применил я запрещённый приём. – А ещё…
Она снова подняла голову, приоткрыв второй глаз.
– И платье?
– Что?
– Платье мне красивое купишь? На тот приём я ходила в старье, а Эля с Марго такие красивые были…
Я вздохнул.
– И платье тебе красивое куплю. И туфли. И сумочку. Только работай.
– Договорились.
Она встала, потянулась так, что хрустнули кости, и плюхнулась обратно в кресло. Пальцы забегали по клавишам.
– Так… Что тут у нас… Ага… Перехват сообщений… Биллинг… Странные транзакции…
Через полчаса картина начала проясняться.
– Нашла, – сказала она, зевая. – Четверо основных игроков. Но их явно больше, это только верхушка. И все они не местные, из других регионов Империи, – она вывела досье на экран. – Граф Зубов. У него брата казнили по приказу Барышникова полгода назад. Обвинили в измене, но доказательства были мутные.
– Месть, – кивнул я. – Понятно. Что дальше?
– Барон Губанов. Владел сетью логистических центров. Барышников их отжал в пользу короны, а по факту – под себя. Барон оказался разорён.
– Деньги… Классика.
– Ещё двое таких же. У одного бизнес отняли, у другого сына в тюрьму упекли. Короче, клуб обиженных и оскорблённых имени Вячеслава Барышникова.
– Хреново.
– Почему? – удивилась Ольга. – Для нас же это неплохо. Враг моего врага и всё такое. Пусть грызут друг друга.
– С одной стороны, да. А с другой… ситуация хреновенькая. У этих ребят репутация не очень. Им терять нечего, и они могут начать воевать так, что камня на камне не останется. Город рушить начнут, мирных зацепят. А я этого, как минимум, не хочу. А мне в этом регионе ещё жить и бизнес строить. Ладно, продолжай копать, ищи всех причастных. А я пойду подготовлюсь.
Остаток ночи я провёл в мастерской. Спать не хотелось. Я клепал специализированных дронов – штурмовиков малого радиуса действия, заточенных под городские бои и освобождение заложников.
Под утро удалось подремать пару часов прямо в кресле. Разбудил меня голос Ольги.
– Феликс, вставай! Там уже вовсю полный пипец творится!
Я открыл глаза. Фурия и Сириус стояли рядом.
– Докладывайте…
– Во Владивостоке ад, – сказала Ольга. – Захвачено ещё пять зданий. Одно здание, старый архив, вообще подорвали.
– Потери?
– Пока неизвестно. Но это ещё не всё, – она заглянула в планшет. – Шестнадцать заправок взлетели на воздух за последний час синхронными взрывами.
– Шестнадцать?! – я присвистнул. – Нормально они постарались!
– И вишенка на торте, – вмешался Сириус, выводя проекцию карты. – Железнодорожный мост через реку, основной транспортный путь в губернию из Империи взорван! Пролёты в воде. Железнодорожное сообщение прервано.
– Твою мать… – прошептал я. – Они решили устроить блокаду.
– Повелитель, я уже слетал туда, – доложил Сириус. – Провёл экспресс-анализ на месте взрывов. Использовали специфическую взрывчатку. Маркировка и химический состав указывают на производство Китайской Технократической Республики. А на заправках найдены следы детонаторов, которые используют диверсанты Северного Королевства.
– То есть, они хотят всех заставить поверить, что это китайцы и северяне нам тут войну устроили?