– Да, Таара, ты можешь летать. Только будь осторожна. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
– Спасибо! – Я бросаюсь на шею Кросту, а в следующий миг уже взмываю в воздух.
Поднимаюсь над долиной все выше и выше, пока замок не становится игрушечным, пока взору не открывается бескрайнее пространство Штормхолда. На миг меня охватывает страстное желание устремиться вперед, навсегда покинуть родной дом и попробовать на вкус свободу. Но что-то заставляет остановиться и просто смотреть.
Может, здравый смысл, а может, магия бога стихий, против которой у меня нет никаких шансов.
Глава 4
К выходным я имела в активе: ноющие мышцы после первых тренировок по боям, ворох заданий, «неуд» от Ясперы, грядущий сбор команды Бастиана, огромное желание все выходные пролежать под кроватью и вылезать лишь ради чего-нибудь вкусненького и…
– Шторм! – Кейман поймал меня в саду, когда я бродила по тропинкам в ожидании Аннабет и Брины – мы вместе должны были пойти на ужин. – Есть разговор.
– Мм-м?
Мы несколько дней не виделись, и, если честно, я к этому успела привыкнуть. Учеба, учеба и ничего кроме учебы – разве не этого хотел Крост? Я, как прилежная девочка, хожу на пары, выполняю задания, пью сонное зелье, не гуляю ночами по саду и даже ни с кем не подралась, если не считать первокурсника с факультета Земли, которого мне поставили в пару на практике по боям. Но с ним мы даже в конце посмеялись, правда, немного неловко.
– Я должен нервничать из-за того, что твой проект по артефакторике гуляет по рукам?
– Э-э-э… – Я малость опешила. Сколько экземпляров Габриэл сделал и продал?
– Как минимум пять девиц из числа огневиков притащили твои штормграмы на пару.
– И что они с ними делали?
– Ничего. Поэтому я и спрашиваю у тебя. Ты, когда тащишь в наш мир изобретения своего, последствия немного просчитываешь? Очень надеюсь, что да, потому что я как-то не успел изучить влияние таких штук на общество.
– Ну-у-у… я не думаю, что он приживется. В вашем мире столько крутых игрушек, что пластинка с картинками – не более чем забавный аксессуар на недельку-другую.
– И много удалось заработать?
– Их продает Габриэл. Я ему разрешила и показала, как делать штормграмы. А сама учусь и не отвлекаюсь на глупости.
– Вытираю скупую слезу умиления, – фыркнул Кейман. – Тогда переходим ко второму вопросу. Ты помнишь, что я назначил тебе занятия по контролю за снами?
– Да…
– Сегодня вечером в моем кабинете. Не опаздывай, пожалуйста, будь ровно к одиннадцати.
– Я не могу!
Лицо Кеймана приобрело такое выражение, словно я сказала что-то очень глупое и сейчас он ждал, когда же я это осознаю.
– Бастиан собирает нас, чтобы обсудить испытания… не смотри так! Ты сам на это согласился, если я пропущу сбор, то мне жить не дадут спокойно!
– Приходи после собрания.
– А если оно закончится позже одиннадцати?
– Это как это оно может закончиться позже одиннадцати, если отбой в десять? – ласково поинтересовался директор.
– Хорошо. А если оно закончится в десять, а продлится до одиннадцати, что делать?
– Все равно придешь. У меня не будет другой ночи для занятий, надо начать как можно скорее, если не хочешь снова развлекаться во снах. Кстати, теперь мы плавно подошли к последнему вопросу. Вот. Это прислали на твое имя.
Он извлек из кармана пиджака небольшую коробочку, заботливо обернутую черной бумагой.
– Акорион? – упавшим голосом поинтересовалась я.
– Да. Я проверил. Никакой магии. Если хочешь, могу выбросить.
– Нет уж. Дай сюда. Посмотрим, чем на этот раз порадует. Вот бы начал высылать деньгами, а то хранить все его… Ого. Ни фига себе. А я думала, такое запрещено приносить в ваш мир…
Хотя Акориону все равно плевать на все запреты.
– Плеер?
Кейман – бог тактичности, сделал вид, будто понятия не имел, что внутри коробки. Я же настолько не ждала увидеть вещь из своего мира, что долго не решалась взять в руки крохотный серебристый айпод.
– Разве в этом мире работает техника?
– Иногда. Только ее негде заряжать, здесь нет аккумуляторов, розеток и всего, что нужно для работы ваших технологий.
Я сунула наушники в уши и включила плеер. Экран приветливо загорелся, и сердце дрогнуло, когда я услышала знакомые ноты. На ум пришла дикая догадка, и я тут же ее проверила, пролистав плейлист до конца.
– Ну и что? Надиктовал тебе признание в стихах?
– Это мой плейлист. Музыка, которую я слушала перед тем, как ты забрал меня. Он следил за мной все время. И хорошо изучил.
– Давай. Я выброшу. – Кейман протянул руку.
Я вцепилась в плеер так, словно он был спасательным кругом в море с бушующими волнами. Неожиданно для самой себя мысль о том, чтобы отдать его, вызвала внутри протест.
– Извини… я просто соскучилась по музыке. Можно мне оставить его на пару дней?
Несколько долгих секунд Кейман всматривался в мое лицо, потом равнодушно пожал плечами.
– Как знаешь. Только ты сейчас возвела опору для моста, Деллин. Осторожнее с Акорионом. Он умнее и беспринципнее.
– Если я возьму плеер, случится что-то плохое?
– Нет. Но если плеер станет первым кусочком мозаики доверия к Акориону – тогда ты проиграла.
– О каком доверии может идти речь по отношению к человеку… существу, который убил моих друзей?
– Ты мыслишь с высоты своего положения. У тебя есть друзья, ты неплохо учишься, есть работа, достаток, необходимые для комфортного существования эмоции. Акорион сделает все, чтобы подвести тебя к мысли, что только рядом с ним будет хорошо. Просто будь осторожна. И чуть умнее, чем ждет Акорион.
– Я постараюсь, – вздохнула я, убирая плеер в сумку.