Приди, мой чуткий Идеал!
Отныне Звёздный час настал,
Открой непринуждённо взгляды!
Я пред тобой склонюсь, мой Бог,
И у твоих прекрасных ног
Не попрошу другой награды.
Весна 1986 года
Сонет № 10
Юноше
Когда друзей не выбрал ты
В среде сомнительного счастья,
Поверь мне, друг, найдутся братья,
Чьи возрождённые мечты
Возвысят Мир. И жадной тенью
Пойдут за истинным творцом,
Отвергнув тех, кто с шумной ленью
Влачит лета пустым слепцом;
Кто ослепительной гордыне
Подвержен вечно и к вершине
Не тянет верною рукой.
Кто в таине, презрев Законы,
Хранит безделия каноны
И зла торжественный покой.
Апрель 1990 года
Солдатам войн
О солдате
Посвящаю деду – солдату, участнику Сталинградской битвы
Единственной своей рукою
Он днём работал. Ночь сидел
И незатейливой строкою
Писал. Порою тихо пел.
И всё оправдывал терпенье
За сочиняемый им сказ,
Но горе века – невезенье
Его ждало и в этот раз.
Вертяся на скрипучем стуле,
Он, одинокий ветеран,
Не бывший у войны в отгуле,
В рассказе чувствовал обман.
И за столом своим горбатым,
Волнуясь, страшно уставал,
Но, засыпая бородатым,
К утру младенцем вновь вставал.
Весна 1980 года
Лицом к лицу
Реальный случай на Афганской войне с однокурсником – другом поэта
Давно то было. И сейчас
Я вспоминаю те мгновенья,
Когда я пережил волненье
В значимый, небывалый час.
Передо мною враг стоял.
Дыханье наших душ стеснялось,
Граница зла обозначалась…
Тогда кто боле трепетал,
Не в силах я сказать правдиво…
Лишь он и я в тот миг тоскливый
Сжимали гневных чувств кинжал.
О наши взоры! Верх войны…
Они пронзали откровенно:
Один из нас глядел смиренно,
Другой, не чувствуя вины,
Лишь нёс коварное терпенье —
Итог пустого размышленья
И нрав жестокий сатаны.
Так мы стояли… Ветер знойный
Всё нёс ещё свои пары.
Лишь он один тогда достойный
Хотел нас примирить. «Смотри! —
Твердил он каждому раздельно. —
К чему безумные дары
Нести друг другу и смертельный
Исход пророчить? В Мире том
Для вас единый будет дом
И вечности покой постельный».
Земля и Небо! Свет и мгла