– Надо же, и такое здесь бывает, – удивилась я, отведя взгляд в лесную пущу.
Викториан засмеялся и подошёл ко мне ближе. Он обнял меня и прижал к себе. Я даже не сразу сообразила что происходит, от такого неожиданного поступка. Попыталась выбраться из его объятий, но он прижал меня ещё крепче.
– Постой так со мной, Розалина, – сказал мне этот высокий блондин. Слышно было, как его сердце сильно стучит в груди. Через его светлую рубаху с серебристыми вкраплениями я почувствовала все мышцы на его теле. – Я очень за тебя испугался, – стал серьезным Викториан и посмотрел мне в глаза.
Я же стояла как вкопанная, ничего не понимая. Да меня и парень никогда не обнимал. Где-то в области лодыжки начало немного щекотать.
– Ты нравишься мне, Розалина, – сказал он мне. – Ещё с того дня, как ты оказалась в нашем доме, – признавался он. – Как ты уже знаешь, я не родной внук твоего двоюродного дедушки, – продолжал парень, а мое сердце начало биться чуть сильнее от услышанного. – Согласишься ли ты остаться со мной навсегда? – задал он мне вопрос.
Я сглотнула ком, который у меня образовался в горле от такого поворота событий, и стояла в замешательстве, не зная, что сказать. Я никогда не рассматривала Викториана в качестве моего спутника жизни. Все это время считала его своим братом, даже зная, что он мне не по родству.
– Ну вот, – улыбнулся мне молодой человек. – Кажется, я забил глупостью эту маленькую темную головку, – и потрепал меня по волосам, как ребёнка, отойдя на шаг назад.
– Вовсе не маленькую, – обиженно сказала я, поправляя выбившиеся волосы.
– Ну что, пойдём домой? – призвал меня Викториан. – Хватит на сегодня приключений.
Молодой человек повернулся ко мне спиной, и пошёл в сторону дома по неширокой тропинке вдоль леса. Мы каждый день ходили здесь на нашу опушку, чтобы упражняться в управлении стихиями. Но никогда не чувствовала такого холода, который пробежал сейчас между нами.
Я прекрасно видела, что Викториан расстроен. И думаю, он надеялся на положительный ответ. К тому же мне через неделю придётся уезжать в Академию.
– Викториан, – окликнула я его, уже подходя к дому.
– Я слушаю тебя, Розалина, – не поворачиваясь ко мне, сказал он.
– Я обещаю подумать над твоим предложением, – сказала я.
Викториан остановился и повернулся ко мне лицом. Я же притормозила, чуть не врезавшись в него, потому что смотрела в это время себе под ноги. Расстояние снова между нами сократилось, а сердце начало биться чуть сильнее от волнительных ощущений.
– Не забивай голову, милое создание, – проговорил он, – Я не требую от тебя взаимности. И прекрасно понимаю, что тебе сейчас вовсе не до меня, учитывая, какая ответственность лежит на твоих хрупких плечах. Я просто хотел, чтобы ты знала, что мне не безразлична, – сказал он и снова повернулся ко мне спиной, продолжая идти в сторону дома.
Я же не могла заставить себя идти дальше. Благородство, которое исходило от Викториана, зацепило меня. Но я все ещё не могла понять, что чувствую к нему. Он мне бесспорно нравился. Его ум, решительность, доброта и заразительный смех. Но я пока не могла представить себя в роли его девушки. Он все же для меня оставался братом.
– Ты долго там будешь теперь стоять? – окликнул меня он.
– Да иду я, иду – отвечала я.
Глава 10. Ну, здравствуй, Академия магов!
Близился Сентябрь, а значит, наступила пора отправляться в Академию магов. Всю неделю между мной и Викторианом возникали неловкие ситуации. Я видела, как он делал попытки за мной ухаживать и пытался привлечь внимание. То стул подвинет, то вилку подаст, то дотронется, невзначай. Чувствовала себя маленькой девочкой. Мне было ужасно неуютно от этого, особенно перед тетушкой Мадленой и дедушкой Андрэ. Они явно замечали перемены со стороны Викториана. А я постоянно начинала краснеть и смущаться в его присутствии. Хотя между нами ничего и не было, кроме дружбы.
Но, думаю, мои старшие родственники так не считали и еще как радовались, что мы с Викторианом стали ближе. Даже дедушка невзначай начал говорить, что «было бы хорошо, если бы мы все остались вместе». Естественно намекая на наши с Викторианом отношения. Я же лишь снова краснела и смущалась.
За эти почти два месяца, что провела в этой семье, я узнала многое о мире магов. Как ни странно, здесь все говорили на русском языке. Наверное, поэтому моя бабушка основалась на Земле в российской глубинке.
Как оказалось, после войны эта деревушка осталась последней, где поселились лишь белые маги. И все, кто жил здесь – это семьи бывших членов Гильдии белых магов. Самые сильные представители Странсбурга. Остальной народ пребывал в плену у темных, оказавшись в подчинении и рабстве. Они готовили, убирали и делали все, что нужно темному магу. Конечно, не все темные могли себе позволить раба. И только самые богатые имели такую роскошь.
Деревушка же образовалась после признания поражения Белого Королевства. Позже, жители деревни назвали ее в честь старой столицы Белого Королевства – маленький Странсбург. Возникла же она во время войны. В тот момент Гильдия пряталась в этом лесу, дрессируя балкозавров. Оказалось, что эти звери очень даже способны к дрессировке и готовы защищать своего хозяина. Во время войны Гильдия стала обучать их различным командам и социализировать. Но белые маги пали быстрее, чем выстроилась защита. А темные, узнав, о дрессированных зверях, побоялись входить в этот лес. Те, кто все же пытался пробраться, назад уже не возвращались, будучи растерзанными этими «милыми» созданиями. Так и образовалась независимая деревня. Сейчас балкозавры живут своей жизнью и не трогают жителей. Но к чужакам это не относится. Поэтому я всегда ходила в сопровождении Викториана.
Все жители маленького Странсбурга познакомились со мной и называли «Ваше Светлейшее Высочество». Мне становилось некомфортно от такого ко мне обращения. Дети деревни часто украдкой подглядывали за мной, и стоило мне на них взглянуть, весело убегали. В последнее время стало даже забавлять их поведение.
В деревне имелся и небольшой рынок. Здесь можно было по бартеру поменять муку на сахар, хлеб на масло и ещё много чего. Все жители оказались очень улыбчивыми и добрыми. И я видела, что в их глазах появлялась надежда всякий раз, когда они смотрели на меня.
Так вышло, что дедушка Андрэ был назначен главой деревни. Его выбрали не только потому, что он родной брат Королевы. Он очень сильный и мудрый маг. К нему прислушивался весь небольшой народ. Когда-то он возглавлял Гильдию, поэтому его решениям много кто доверял.
Также я узнала, что все эти семнадцать послевоенных лет белые маги искали способы отвоевать свою независимость. Но все оказалось тщетно, поскольку силы все же были неравны, а маги, что рождались и жили среди темных, плохо владели своими стихиями, потому что обучаться негде, а старшее поколение, что знало много секретов, в основном убито на войне. Сотня воинов против тысячи – это ничто. Поэтому я – это единственная зацепка в борьбе за независимость. Только я смогу заявить права на Трон, причем сразу двух Королевств.
В сегодняшнее утро оставалось два дня, до первого Сентября. Сегодня мне предстояло отправиться в Велтавию – столицу темного Королевства. Я надела темные линзы на глаза. Своей магией воды научилась увлажнять радужку, что позволяло мне носить их, не снимая. И как же долго училась их надевать на глаза! Да, и привыкала несколько дней к их присутствию. Но сейчас все нормализовалось, и я уже не чувствовала, что в глазах что-то есть. Лишь изредка увлажняла, когда создавалось ощущение сухости.
Дедушка Андрэ подготовил для меня форму, которую носили в Академии и чёрную мантию с капюшоном. Формой оказалось чёрное платье в пол с красной шнуровкой спереди. С глубоким вырезом на груди, и длинными расклешенными рукавами. Края рукавов и подола обрамляла красная лента. А юбка была с глубоким вырезом сбоку, что при ходьбе слегка оголяло ногу. Обязательным атрибутом стали сапоги, чуть ниже колен на низком широком каблуке, тоже на красной шнуровке, как и платье. Я посмотрела на форменную одежду и подумала, что покажись я в таком виде в Шарке, меня бы отправили в психбольницу. Ну да ладно. Форма есть форма.
Кроме нее дедушка приготовил мне несколько платьев. Одно из них годилась для дороги, а два я собиралась сложить с собой. Темные маги ходили исключительно в чёрном и красном одеяниях. А белые в серебристом и белом. Национальные одеяния стали ещё одним отличием двух народов.
Я надела то, в котором хотела поехать. Черное платье в пол, слегка открывало грудь. Рукава были кружевными и узкими. Закрывали плечи. А низ рукавов одевался на один средний палец. Черную непышную юбку сверху покрывала ажурная ткань, как на рукавах. На ногах у меня красовались мягкие остроносые балетки все того же черного цвета.
Я собрала все вещи в дорожный сундук, накинула сверху чёрную мантию, и спустилась вниз. До сих пор не могла привыкнуть к сундукам и отсутствию электричества. Здесь было все, как в старинные времена. Для освещения помещений использовались свечи. Хорошо, хоть ванная походила на ту, что я привыкла в мире простых людей.
Тётушка Мадлена подошла ко мне и крепко обняла.
– Дитя мое, – начала она. – Не забывай, для чего ты едешь учиться. Мы верим тебе. Ты будущее белого народа, – в ее словах чувствовалось беспокойство.
Я должна была отправиться в путь на лошадиной повозке с дедушкой Андрэ. Он знал те места, и там его не трогали. Война прошла уже много лет назад, и никто не хотел больше доказывать свою силу. Старик он и старик, пусть и белый маг.
– Розалина, – продолжала Мадлена, – возьми эти украшения, – протянула она мне маленькую шкатулку с драгоценностями. – Это все, что осталось от моей дочери, – сказала она мне.
Я открыла коробочку, там находились несколько золотых колец с разноцветными кристаллами, золотое колье и серьги.
– Спасибо, тётушка, я буду беречь, – поблагодарила я ее и обняла.
Викториан же стоял в стороне, скрестив руки на груди, опираясь на дверной косяк кухни, и наблюдал за нами. Теперь, попрощавшись с тетушкой, он подошёл ко мне и тоже обнял.
– Береги себя, Розалина, – сказал он мне. – И не забывай, ты обещала подумать, – прошептал он на ухо.
Отойдя, он улыбнулся, и я улыбнулась ему в ответ. После его слов я немного смутилась, но не придала никакого вида.
После прощаний, мы с дедушкой Андрэ вышли, а Викториан принёс все мои вещи, и уложил их в повозку. Я тоже уселась на мягкую дорожную подушку. Дедушка же взял поводья, и мы тронулись.
Ехали в основном вдоль леса. Создалось такое впечатление, что мы его огибали. Горы, что стояли позади маленького Странсбурга, оказались впереди нас. Через час или полтора мы подъехали к небольшой речке, которая протекала в самом лесу. Видимо это та же речушка, к которой ходили с Викторианом. Неширокая, но длинная. Приятные воспоминания нахлынули на меня, и начала одолевать странная тоска. Что меня ждет впереди – это неизвестность. А среди этих, уже родных людей, мне стало спокойно. Я наконец-то обрела полноценную семью, и прощаться с ними оказалось сложно и тоскливо.
Решили с дедушкой Андрэ сделать небольшой привал. Лошадь утолила жажду, а мы перекусили бутербродами, которые собрала нам в дорогу тётушка Мадлена.
– Сколько нам ещё ехать? – спросила я у дедушки Андрэ, сидя на мягкой траве.
– Примерно столько же, и уже пора отправляться, – сказал он, поднимаясь. – Пока не стало совсем жарко.
Мы отправились снова в путь. Через некоторое время приблизились к горам. И меж двух голых скал показался узкий проход. По ширине помещалась только наша повозка. Поэтому ехали медленно, чтобы края повозки не дотрагивались до скалистой стены. Коридор меж каменных по бокам природных стен был небольшой, но становилось действительно страшно, потому что камни могли упасть сверху в любой момент. И если бы ехала одна, то в случае камнепада не смогла бы удержать их магией. С дедушкой Андрэ чувствовала себя намного спокойнее, потому как он в совершенстве управлял стихией земли. Выехав из каменного коридора, открылся вид на город.
По эту сторону гор оказалось мало растительности. Каменистая почва с почти сухой травой, окружала территорию словно оковы. С холма, по которому мы сейчас спускались, стала виднеться городская крепость. Большие толстые стены ограждали от не прошеных гостей. Сверху был виден Дворец с высокими башнями-пиками посередине этого города.