Фу, Ральф! Фу!

Любочке Хрулёвой

посвящается.

Ко мне, Ральф! Стоять! Стоять! Кому сказала?!

Карабин не попадает в кольцо ошейника непослушной собаки, остальные мешают, дёргая руки за удерживающие их поводки, а тут ещё, оп-па! — то ноги в чёрных тупоносых туфлях на толстой подошве. Видно не просто прохожий, а конкретно подошедший, и похоже — уполномоченное лицо. Этого только не хватало! Сейчас начнётся:

"Почему без намордника?! Без поводка?!" И в довершение всего добрейший глупый пёс рвётся к этому типу со всей собачьей сердечностью — пообщаться.

— Фу, Ральф! Фу! — испуганно последовала команда.

Карабин наконец пристёгивается. Ноги выжидающе стоят...

Напрягшись внутренне и придав

голосу холодной официозности, она выпрямилась.

— Чем обязана?.. — и после напряженной паузы, — Вам что-то нужно?

Подошедший с интересом её разглядывает. Перед ним оказалась не просто странного вида дамочка в длинной и слишком громоздкой для выгула собак шубе, а весьма миловидная молодая особа.

— Вы подозвали меня и приказали стоять... Жду следующую команду! – ответил он с простоватой покорностью, не вязавшейся с его весьма солидным видом.

— Вы?.. Вас?! — она. Но, чувствуя подвох, приняла вызов и скривила в усмешке губы.

Вы что — Ральф?

— Вот именно! Он самый!

Это был явный прикол. Отметив шик нежданного визави — шапка из мутона, добротное пальто вне моды и времени, она немного растерялась. Нельзя сказать, что внимание «благородного селезня», как мысленно она его окрестила, не льстило её самолюбию, но за

пережитые минуты волнения решила отыграться.

— Ну и имечко!

— Нормальное...

— Собачье.

— Человеческое, — мягко возразил тот, — мудрый волк. Редкое у нас, но за рубежом — знаменитостей его носит! — без гордости заключил он.

— И собаки, — повторила она упрямо.

— Ральф Кронин - нидерландский физик, Ральф Кедворт, — Ральф Зигер, — Ральф Маччио — американский актер — тот, пропустив без внимания ядовитую реплику.

— Тоже не наш?.. — улучила она момент, — Грета Гарбо!

— Что? — не понял тот.

— Грета — имя той собаки, —пояснила она, кивнув на игривого черного пуделя, который на секунду замер, поведя лохматыми ушами.

— А-а! — мужчины приподнялись, но, сообразив, улыбнулся. Снял перчатку и протянул руку.

— Будем знакомиться?

Она в замешательстве перебирала в руках поводки. Наконец, собрав их в одной руке, подала свободную.

— Элиза… Бэлла, - проговорила не уверенно.

— Бэлла?

Глаза его недоверчиво улыбались.

— Можно просто — Анита, — позволила она и свернула на дорожку, выводящую из сквера.

— Элиза, Бэлла, Анита… — каким — называть вас? — допытывался незнакомец. Он шёл рядом, подстраиваясь под её шаг.

— Выбирайте любое!

— И какое из них ваше? —

настаивал тот.

Помявшись, она вдруг тихо и с чувством заговорила:

Что в имени тебе моём?

Оно умрёт, как шум печальный

Волны плеснувшей в берег

дальний…

— "O-о!, — только и вымолвил он.

— Школьная программа, —бросила она небрежно…

— Вы — школьница? — в голосе его была заинтересованность и удивление.

— Из чего это следует? — вспыхнула она, полоснув его взглядом.

— Сейчас, в век акселератов — трудно определить кто есть кто, —начал оправдываться тот, — Без наводящих вопросов, — несколько озадаченно.

— Ну-ну!.. И какие последуют вопросы?

— А и правда, сколько Вам лет, милая леди?

— Это наводящий вопрос? —

залилась она смехом и, отметив про себя весьма лестный конец его, не без манерности выдала:

— Даме всегда лет столько, сколько уже невозможно скрыть!

— Да ну! — улыбнулся тот, отметив в свою очередь её свежее личико, округлость которого предполагало такие же округлые формы под объёмной шубой, — Вам ещё не скоро понадобиться это скрывать!

Его вдруг охватил веселый задор.

— А я тоже ещё что-то помню. Вот, в тему, — приосанился и театральным жестом протянул в сторону горизонта руку:

— Мороз и солнце - день чудесный!"

— Браво!!! — засмеялась она над комичностью этой сцены.

Захлопать в ладоши ей не давали натянутые веером поводки.

— Чуют дорогу к дому, — заметил он, осторожно обходя скользкое место.

— Да! — согласилась она.

—До сих пор помню кое-что из школы. Тогда образование было посерьезней нынешнего.

— Ну коне-ечно! - с едкой значительностью протянула она, — «Были люди в наше время. Не то,

что нынешнее племя!»… А не скажете написал это?

"Серебро, огни и блёстки, —

Целый мир из серебра!

В жемчугах горят берёзки,

Чёрно-голые вчера."

— Тоже классик…

— Базаров нет! — значимо растягивая слова, подтвердила она снисходительно.

Он задумался.

— Подскажите хоть первую букву! — взмолился наконец.

— Бэ-э!

— Блок?

— Мимо!

— Бальмонт?

— Нет... Брюсов!

Он посмотрел на неё долгим уважительным взглядом. А она заговорила вдруг глубоким грудным голосом:

Кристаллы неба трепетно и бело

Мерцают, опускаясь с высоты…

И дальние сближаются миры,

Когда переплетая ткань

вселенной,

Метель молочно-снежным белым

мелом

Рисует невесомые мосты…

— Красиво! И тоже классик.

— Мимо!

— Тогда… тогда… теряюсь в догадках!

— Наша современница —

Инна Винель.

— Надо же!

— А это?..

"На белых пастбищах страниц,

Средь запятых и многоточий

Бредут, не ведая границ,

Стада задумчивые строчек."

— Боюсь не угадаю и на сей раз, — он поднял руки в знак полной капитуляции.

— не пытайтесь!

— Кто?

— Автор — тот же! — просияла она, довольная произведенным ею эффектом.

— Вы так эмоционально и выразительно читаете! Я заслушался... И восхищён вашим старанием и терпением выучить столько стихов. Специально их учите?

— А я и не учу! Мне достаточно внимательно прочитать два-три раза.

— Небось, в театральном учитесь?

Не торопясь с ответом, она скосила на него чёрные миндалевидные глаза.

— Девушка со взглядом лани, — отметил он вслух, на что она вдруг застенчиво улыбнулась.

— Вы считаете, из меня получился бы хороший чтец? — спросила она почти задумчиво.

—Талант и отличная память для заучивания ролей... Вас ждёт успех!

— продолжал он.

Голос его понизился и приобрёл бархатистость.

— Да что вы говорите, сэр! - сказала она в прононс, вторя ему, и сделала манерный жест, словно прикрывая лицо венецианской маской. И резко её отвела: — Светлое будущее... скрытое за грозовыми тучами!

— О?! — он поднял брови, но продолжил менторским тоном: — упускайте свои возможности. Время идёт быстро! Слышали поговорку: «Если б молодость знала, если б старость могла»?

Ему определённо нравилось общаться с этой необычной, немного вздорной молодой интеллектуалкой.

— А знаете, кто автор этого крылатого выражения? — в свою очередь спросила она. — Народная, — пожал он плечами, — Так ещё мой дед говорил.

— У всего гениального - есть автор!

— И вы знаете — кто?

— Анри Этьен. Шестнадцатый век.

— Француз…

— На этот раз — в точку! — одобрила она его насмешливо.

— Откуда в этой маленькой головке — столько информации?

— Энциклопедию почитываю. Для работы. А головка моя — вполне вместительная! — добавила не без обиды.

— Для работы? — переспросил он.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.