Он всегда добавлял необходимо нужную информацию ко дню, на который она приходилась. Например: «Среда, хе-хе, аванс». Или: «Вторник, хе-хе , зарплата». Если из-за праздничных дней неделя была сокращённой, Серёга говорил: «Снова понедельник, хе-хе. Короткая неделя, хе-хе».
В этот раз улыбка Серёги была шире самой широкой ширины.
–Пятница, хе-хе. Короткий день хе-хе. Зарплата, хе-хе. Старый Новый Год, хе-хе.
– Да уж- ответил я. И про себя подумал: «Действительно, как же много совпало».
В понедельник я, не очень бодрый пришёл на работу. Но мне и не надо было знать, что это понедельник.
– Снова понедельник,– услышал я в раздевалке.
– Ага, как-будто и не уходили.
Гильотина (18+)
Однажды у меня на работе вышла из строя гильотина – один из двух моих рабочих станков. Нельзя сказать, что она поломалась внезапно. Это было ожидаемо. Моё рабочее место перемещалось в другой корпус. Туда же должны были переехать станки- гильотина и штамп.
–Боюсь, не выдержит старушка переезда,– сказал Серёга- электрик со стажем. Станок был действительно старый, изготовленный ещё в Советском Союзе. Всё в нём дышало на ладан.
–Да, уж…– грустно выдохнул Фёдорыч- мастер бригады ремонтников.
Дело в том, что в этом станке очень важно не нарушить саму геометрию станка. А при его почтенном возрасте и уже неоднократном переезде сделать это было практически невозможно. Необходимость покупки нового оборудования была понятна уже давно. Но пока «старушка» тянет, руководство тоже оттягивает. С покупкой. Так же не смогли убедить директора доводы о возможной преждевременной кончине аппарата, при транспортировке. Решили перевозить- значит надо перевозить. Перевезли, установили, подключили.
–Ну, всё, работай,– сказали ремонтники и ушли. Я начал рубить картон. Недолго я наслаждался процессом. Гильотина начала картон заминать, «жевать» и рвать. Ни о каком качестве не могло быть и речи. Осмотрел. Понял, что между ножом и станиной есть зазор. Маленький, но этого хватает для плохой работы. Это всё – равно, что разболтанные ножницы. Как устранить- не знаю. Вызываю ремонтников. Пришли, лица грустные- всё понимают.
– Всё,– говорю,– отработала. Не рубит, а рвёт, видимо зазор появился после переезда.
Начали осматривать. Тут посмотрят, там заглянут. Стучат, ковыряют, дёргают, светят фонариками на телефонах. Заглядывают снизу, прищуриваясь и оскаливая жёлтые, прокуренные зубы. На коллективный ремонт начал сходиться любопытный народ. Подошёл мой начальник, подошёл Фёдорыч. И снова все осматривают, светят фонариками и прищуриваются. По- тихоньку стали предлагаться версии и варианты исправления ситуации. При чём всякие разные, иногда даже довольно оригинальные.
–Смотрите, здесь датчик, скорее всего оптический,– сказал мой начальник. И когда эта фиговина срабатывает, он видит её так,– он куда-то показывал пальцем. А нам надо как-то его обмануть.
–А тут втулка вышла, может из-за этого?
– А вот этот болт может быть настроечный? Покрутить его и всё встанет на место.
–А мне, кажется, что с зазором всё в порядке,– сказал Костя, закрыв один глаз и другим, сощурившись смотрел на нож.
Включаю, вставляю картон.
–Бу-бум, бу-бум!!! Показываю, что рвёт, а не режет. Смотрят дальше, молчат.
Тут как раз мимо проходит директор. Подошёл. Посмотрел. Погрустнел. Понял, что то, о чём предупреждали, сбылось. Посмотрел на лица ремонтников. Те стоят, молчат. Ещё больше погрустнел. Уголки рта опустились вниз. Было видно, как у него из глаз, осознавая грядущие расходы, текут слёзы. Но не снаружи по лицу, а внутрь, прямо в директорскую душу. Он провёл трясущимся пальцем по ножу.
–Может, нож затупился?– сказал он с тусклой искоркой надежды в голосе.– Надо посмотреть, если он тупой, то снять и отдать Гене- пусть шлифанёт. Костя посмотрел на директора и, выдохнув, ответил: « Может, тупой». После этой фразы руководитель удалился, печально заложив руки за спину и, обречённо свесив голову на грудь.
Над гильотиной повисла плотная тишина. Все версии, домыслы, догадки и возможные причины поломки закончились. Мужики продолжали молча осматривать станок и косились друг на друга. Я уже думал, что сейчас будет озвучено что-то из теории заговора. Даже не исключал, что во всём обвинят глобалистов. Но тут, как майский гром, в воздух выстрелила фраза. Это была такая фраза… . Ну, в общем, без неё не обходится, практически ни один коллективный ремонт. Эта фраза вдохнула жизнь ни в один, насмерть заглохший двигатель. Благодаря ей оживали, не подававшие признаков жизни, механизмы. С этой фразой на крыльях, взлетали самолёты, уходили в море корабли и ракеты поднимались в космос.
–БЛЯДЬ, ДА ХУЛИ МЫ МОЗГ- ТО ЕБЁМ?– громко сказал слесарь Саня.-ДАВАЙ НА ЮТУБЕ ПОСМОТРИМ! Он достал телефон и начал водить пальцем по экрану.
Я не сторонник использования нецензурной лексики в литературе. Но из этой фразы я не могу убрать ни одного слова. И заменить любое слово другим не могу. Она должна быть написана именно так, как была произнесена.
–Вот оно,– через пару минут Саня нашёл то, что надо.– Не эта модель, но похожая. Минуты четыре они втроём внимательно, хмуря брови, смотрели в смартфон.
–Ну, понятно,– сказал Костя, окончив просмотр,– нужно вот эту штуку (тут я заменил) ослабить, немного провернуть по часовой стрелке и обратно затянуь. Пару минут звякали ключи и слышалось пыхтение.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: