Эфирники

— Вот, возьми. Это оправа для твоего агния, — сказала Алатейя, передавая мне украшение. — Это не простая вещица, помести туда свой Сномулет, и его сможешь видеть только ты или другая аилла. Больше не будет надобности прятать свой агний. Его никто не увидит и даже не сможет найти на ощупь.

— Здорово, — протянула я, любуясь подарком. — Спасибо.

— Носи на здоровье, — улыбаясь своей потрясающей улыбкой, сказала Алатейя. — Что ж, тебе пора. Я вижу, ты уже слишком задержалась.

На улице действительно уже были сумерки. Небо осыпали бесчётные звёзды. Обернувшись, я увидела, что сад светился в темноте. Среди деревьев летали стайки разноцветных светлячков. Стрекотали сверчки и ещё какие-то неведомые букашки.

— Обычно перед пробуждением что-то происходит необычное. А порой очень забавное, — хихикнула я. — Даже интересно, что сейчас произойдет.

— Видимо, на магию твоего весёлого друга наложилось его чувство юмора, — сказала Алатейя. — На этот раз ничего необычного не будет. Приходи ко мне, как появится желание и возможность. Я очень рада, что познакомилась с тобой, сестрёнка.

Я было хотела что-то ответить, но Алатейя просто взяла и легонько щёлкнула меня пальцем по носу.

Вздрогнув от неожиданности, я открыла глаза. Надо мной стояла мама и улыбалась.

— Вставай, лежебока. Никак докричаться не могу. Как же ты в последнее время крепко спишь.

Я резко села на кровати и в недоумении уставилась на маму. Нос после щелчка ужасно чесался.

— Ты что, меня по носу щёлкнула? — хохотнула я, потирая нос. — Ты никогда так не делала…

— А как ещё, прикажешь, тебя будить? — лукаво усмехнулась мама. — Заряженной пушки у меня нет. Так что я нашла новый, действенный способ. Давай, соня, завтрак на столе. Я и так тебе слишком много позволила поспать, уж очень жалко будить было.

Мама подмигнула мне и вышла из комнаты, прикрыв дверь.

Я уже привычно посмотрела на руку и разжала кулак. На ладони лежала золотая оправа с красивой цепочкой витиеватого плетения. Я невольно залюбовалась невероятной красотой украшения. Оправа была в виде овала, из переплетённых ветвей какого-то вьющегося растения с листьями и красивыми цветками. Диковина была столь искусно выполнена, что растения выглядели как живые. Это было настоящее произведение искусства, которое могло бы занять достойное место среди экспонатов Эрмитажа.

Немного полюбовавшись чудом илларийских мастеров, я ловким движением вынула Сномулет из-под подушки. Держа рядом амулет и оправу, я заметила проблему. Оправа была намного больше камня. Он не будет в ней держаться.

— Странно. И как же мне тебя тут закрепить? — спросила я Сномулет. — Скотчем примотать, что ли?

Пока я размышляла, я поместила камень внутрь оправы, примеряя размер, и вдруг камень резко вздрогнул и вспыхнул ярким зелёным светом. От испуга я отдёрнула руку, а Сномулет остался висеть в воздухе внутри оправы. Украшение пришло в движение. Стебли переплетённых растений поползли на встречу друг другу, ещё больше сплетаясь между собой. Кольцо оправы стало сжиматься, затягиваясь вокруг камня, пока не охватило его по кругу. Всё туже и туже затягиваясь, стебли плотным кольцом оплели Сномулет, обнимая его, и последним движением к камню прижались листья золотого вьюна, и оправа замерла, а свечение камня медленно погасло.

— О-бал-деть! — пролепетала я, реально обалдев от увиденного.

Не каждый день становишься свидетелем самого настоящего волшебства, творящегося прямо у тебя в руках. Я повесила кулон на шею и подбежала к зеркалу.

— О-о-ох, — только и смогла выдохнуть я. На моей шее висело невероятно красивое украшение: изумрудного цвета камень в потрясающей золотой оправе.

— Ну и как тебе, Сномулет? Удобно? — спросила я, вовсю любуясь сокровищем.

«Угу», — отчётливо провибрировал к