Серебрятся с неба рожки.
Над горой сухой и твердой,
Над ручьем, журчащим звонко,
Ищет, тычась в землю мордой,
Убежавшего теленка.
Он ведь слабый, он ведь малый,
где без мамы ходит, милый?
Языком бы зализала,
Молоком бы напоила.
Скрылся след за дальней далью,
И, наполнено любовью
Перемешанной с печалью
Вымя теплое коровье.
А теленок, – словно не был,
Затерялся в мире жестком…
На подол пушистый неба
Молока слетают блестки.
Предрассветные покровы
На траву ложатся ватой
И плетется прочь корова,
Словно в чем-то виновата.
Но лишь схлынет марь пустая
Растворяясь понемножку,
Как теленок заблистает
На небесной на дорожке.
Крутолобый, с рыжим боком,
Жизнерадостный и ловкий,
Он беспечным легким скоком
Вдаль бежит без остановки.
Ось качается земная,
Мчит теленок рыжебровый
Лишь под вечер вспоминая
Маму черную корову.
И пурпурным покрывалом
Мир укроет тьма-царица…
Все что было вновь сначала
Повторится, повторится.
Рок слепого
Я ни дня, ни ночи
никогда не вижу
Мир для меня как склеп.
Мне плевать что солнце
выше или ниже
потому, что я слеп.
Трагик, шут и клоун
белый или рыжий,
Я так смешон и нелеп.
А конец мученьям
с каждым днем все ближе
потому что я слеп.