Сократ-мл. Безусловно.
Чужеземец. Остаются рабы и другие слуги, среди которых, я полагаю, найдутся такие, что станут оспаривать у царя его мастерство, как оспаривают его у ткача, согласно тому, что сказали мы раньше, прядильщики, чесальщики и прочие подобного рода умельцы. А все остальные, названные нами вспомогательными причинами, вместе с их перечисленными сейчас занятиями отделены нами и устранены от царского занятия – искусства государственного правления.
Сократ-мл. Похоже, что так.
Чужеземец. Давай же приступим ближе и рассмотрим прочие роды, чтоб основательнее их узнать.
Сократ-мл. Да, это необходимо.
Чужеземец. Главные слуги, если смотреть с такой точки зрения, оказывается, имеют занятия и качества противоположные тем, которые мы за ними предполагали.
Сократ-мл. Какие же?
Чужеземец. Слуг, приобретаемых путем купли-продажи, можно, бесспорно, назвать рабами: они менее всего причастны царскому искусству.
Сократ-мл. Конечно.
Чужеземец. Далее. Свободные люди, добровольно примыкающие к сословию слуг, поставляющие друг другу плоды земледелия и других ремесел и распределяющие их между собой, одни на рынках, другие переезжая из города в город по суше и по воде, а также обменивающие деньги на товар и на другие деньги, – иначе говоря, люди, которых мы называем менялами, купцами, владельцами судов и мелочными торговцами, станут ли считать себя причастными искусству государственного правления?
Сократ-мл. Скорее уж, может быть, искусству купли-продажи.
Чужеземец. И тех, кто, как мы видим, весьма охотно служит по найму и всем услужает, мы ведь не сочтем причастными царскому искусству?
Сократ-мл. Как можно!
Чужеземец. А что сказать о тех, кто оказывает нам всякий раз вот какие услуги…
Сократ-мл. Какие? О чем ты говоришь?
Чужеземец. Я говорю об услугах рода глашатаев, а также о тех, кто искушен в искусстве письмен и часто оказывает нам помощь, и обо многих других весьма искусных в деле оказания услуг властям. Что мы о них скажем?
Сократ-мл. Что они, как ты и сказал, слуги, а не правители государств.
Чужеземец. Однако не во сне же я молвил, что таким путем обнаружатся люди, особо притязающие на причастность к государственному искусству. Но весьма странно было бы искать государственных людей в сословии слуг.
Сократ-мл. Несомненно.
Чужеземец. Приблизимся, однако, к тем, кто пока еще не испытан. И в тех, кто занимается прорицаниями, есть какая-то частица служебного знания: ведь они считаются меж людьми толкователями воли богов.
Сократ-мл. Да.
Чужеземец. Точно так же и род жрецов, как считают обычно, сведущ в том, чтобы путем жертвоприношения делать наши дары угодными богам, а у них, с помощью молитв, испрашивать для нас различные блага. То и другое – части служебного искусства.
Сократ-мл. Это очевидно.
Чужеземец. Что ж, мне кажется, мы напали уже на след, по которому можем идти вперед. Ведь положение жрецов и прорицателей таково, что они исполнены высочайших помыслов и пользуются великим почетом благодаря важности их начинаний. В Египте царь не может без жреческого сана осуществлять правление, и если даже кто-нибудь из другого сословия путем насилия восходит там на престол, то в дальнейшем он все равно должен быть посвящен в жреческий сан. Так же и у эллинов повсеместно поручается высочайшим властям приносить самые важные жертвоприношения. Ведь и у вас – это совершенно очевидно – дело обстоит так, как я говорю: тому из вас, кому выпадет жребий царствовать, поручаются самые торжественные и древние жертвоприношения.
Сократ-мл. Да, несомненно.
Чужеземец. Итак, нам надо рассмотреть этих избранных жеребьевкой царей и жрецов, а также их слуг и еще некую многочисленную толпу, недавно представившуюся нашему взору после того, как мы отделили всех остальных.
Сократ-мл. О ком ты говоришь?
Чужеземец. О людях весьма странных.
Сократ-мл. А именно?
Чужеземец. На первый взгляд этот род кажется очень многообразным. Многие из этих мужей походят на львов, некоторые – на кентавров и на другие подобные создания, большинство же – на сатирови на сходные с ними существа, слабые и изменчивые: они быстро меняют свой облик и свои свойства на другие. Да, наконец-то, Сократ, мне кажется, я понял, что это за люди.
Сократ-мл. Ну так скажи. Ведь похоже, что ты усмотрел что-то несообразное.
Чужеземец. Да, это кажется всем несообразным по неведению. Я и сам испытал вот лишь сейчас недоумение, узрев сборище, занятое делами города.
Сократ-мл. Что за сборище?
Чужеземец. Это величайшие шарлатаны из софистов, искуснейшие в этом деле. Нам необходимо отделить их, хоть это и очень трудно, от действительных политиков и царей, если только мы хотим хорошо уяснить себе то, что мы ищем.
Сократ-мл. Да, этого ни в коем случае нельзя упустить.
Чужеземец. Я тоже так считаю. Скажи же мне вот что…
Сократ-мл. Что?
Чужеземец. У нас монархия – это один из видов государственного правления?
Сократ-мл. Да.
Чужеземец. А после монархии, я думаю, надо назвать правление немногих.
Сократ-мл. Как же иначе?
Чужеземец. Третий же вид государственного устройства не есть ли правление большинства и не носит ли оно имя демократии?
Сократ-мл. Да, несомненно.
Чужеземец. А не образуется ли из этих трех видов пять, если два [первых] вида порождают для себя из самих себя другие названия?
Сократ-мл. Какие же это названия?
Чужеземец. Если принять во внимание имеющиеся в этих двух видах государственного устройства насилие и добрую волю, бедность и богатство, законность и беззаконие, то каждый из них можно разделить надвое, причем монархия будет носить два имени: тирании и царской власти.
Сократ-мл. Да, конечно.
Чужеземец. А государство, управляемое немногими, будет носить название аристократии или же олигархии.
Сократ-мл. Несомненно.
Чужеземец. Что касается демократии, то правит ли большинство насильственно или согласно с доброй волей теми, кто обладает имуществом, точно ли оно соблюдает законы или же нет, никто ей, как правило, не даст иного имени.