Кириллу очень хотелось сказать, что он спешит, что он жуть как хочет домой, но почему-то отказать вурдалаку не получилось.
– Да нет, – грустно вздохнув, ответил он.
– Вот и хорошо. Давай посидим, поговорим, – упырь махнул рукой в сторону поваленного дерева, через которое переступил Кирилл несколько минут назад.
Расположившись на дереве, вурдалак посмотрел на сжавшегося Кирилла.
– Есть хочешь?
– Да, то есть… Нет, – растерялся тот.
– А я хочу. Очень хочу, – облизнулся упырь. – Вот и думаю – куда все люди-то подевались, а?
Сотни мыслей пролетели в голове Кирилла за секунду: «Видимо, он думает, что я не человек. Наверное, он меня за своего принял. Это радует, надо ему подыграть».
– Да я сам не знаю, – пожал плечами он. – Сегодня ни одного в лесу не встретил.
– Эх… – вздохнул лесной житель. – Вот раньше время было… Напугаешь кого-нибудь до смерти. Ну не до смерти, конечно, так… До потери сознания. Наешься на неделю вперед и спишь себе спокойно. Да?
– Угу, – кивнул Кирилл.
– А какие эмоции были! Жирные, чистые, сильные. Не то что сейчас. Я в последний раз любовь ел лет тридцать назад.
«Ага! – сообразил Кирилл. – Видимо, он не мясом питается, а эмоциями. Это уже лучше… Впрочем, куда ему мясо? Все из ребер повываливается обратно».
– Страх – он же не питательный совсем, – продолжил жаловаться вурдалак, – да и не вкусный. Горький, противный, жесткий. Вот радость, нежность – это да! И вкусно, и полезно. Но чтобы их добыть, это постараться нужно. Знаешь, как я раньше делал?
– Как?
– Я обычно за парочками охотился, – вурдалак уселся поудобнее, – идут они, значит, по лесу, я из-под земли – раз! Схвачу, к примеру, девушку за ногу, чтоб упала. Кавалер ее поднимает, отряхивает, а сам-то переживает, волнуется… А мне хорошо. Я ем. Когда нежность, когда сочувствие, а когда и любовь перепадет. Ты ел любовь?
Кирилл поперхнулся и закашлялся.
– Честно говоря, нет, – отдышавшись, проговорил он.
– Полжизни загробной потерял, – кивнул вурдалак. – Она, знаешь, какая? Она сочная такая, чуть сладковатая. Но не перепутай со страстью. Вот она прям приторная. От нее потом живот болит, хоть и быстро проходит. Любовью за один присест надолго наедаешься.
Упырь ненадолго замолчал, затем, еще раз облизнувшись, продолжил монолог.
– В общем, пропали куда-то все люди. Бродят по лесу какие-то комбикорма двуногие.
– Да ладно тебе! – осмелел человек. – Никуда они не делись. Кто ж в лес будет тащить с собой все это? Сюда обычно, наоборот, приходят, чтобы отдохнуть, сбросить все плохое, что накопилось.
– Да я-то это знаю, – кивнул вурдалак, – я этим и питаюсь в последнее время. Тем, что они с собой принесли. Только вот я тоже не дурак. Я же чувствую, когда есть внутри у человека что-то вкусное, а когда он весь только из всяких страхов и состоит. Добрый человек зайдет сюда, покормит меня своими плохими чувствами да и уйдет чистым. А если в человеке нет ничего доброго? Плетется домой, как мешок пустой – внутри-то ничего не осталось… Вот такие дела.
Кирилл посмотрел на нового знакомого.
– Так ты только чувствами питаешься? Людей не ешь?
– Нет, конечно, – усмехнулся вурдалак, – мне их некуда есть. Желудок уже сгнил. Это молодые еще могут перебиться иногда мясцом, а я уже все…
– Так, может, тогда… – Кирилл ненадолго задумался. – Ладно. Скажу тебе по-честному. Я – человек. Бери, ешь что найдешь.
С этими словами Кирилл поднялся с бревна и раскинул руки. Вурдалак посмотрел на него и покачал головой.
– Серьезно? Человек? Прям человечище? Спасибо, конечно, но все, что можно было с тебя взять, я уже взял. Остальное себе оставь, оно несъедобное. А за грибами через пару дней приходи. Будут.
Упырь поднялся с бревна и побрел вглубь леса, махнул на прощание рукой, оставив растерянного человека в темноте и одиночестве.
* * *
– Ну что, грибник, насобирал? Опять вымазался весь… Ты, что ли, стираешь ее потом? Я за тобой убираю, стираю, жрать готовлю, а ты что делаешь? – Супруга Кирилла уперла руки в бока и зло посмотрела на него. – Только и делаешь, что бродишь по своим лесам. Да хоть бы толк был, а то… Принес грибов?
– Да что-то не было сегодня, – виновато промямлил Кирилл.
– Не было… Просто нужно зенки пошире открывать. Тоже мне, добытчик.
– Да закрой ты рот! Что ты орешь постоянно?
– Да потому что! Достал уже!
Жена махнула рукой и скрылась на кухне. Кирилл хотел что-то возразить, но вдруг понял, что ему уже давно все равно. Ругнувшись про себя, он принялся снимать грязную обувь.
* * *
А где-то в лесу старый вурдалак заботливо укрывал осенней листвой свою жену.
– Не было сегодня людей, милая, – вот, немного страха принес. Поешь.
– Ну, ничего, ничего, – устало улыбнулась она в ответ, – говорят, что они еще остались. Может, и встретим еще, да?
– Обязательно встретим. Обязательно, – отводя взгляд в сторону, ответил вурдалак.
Евгений ЧеширКо
Призраки Темного Леса
– А ты веришь в потусторонние силы? – мальчик высунул голову из-под одеяла и посмотрел на кровать сестры.
– Ты опять хочешь меня напугать своими рассказами? – поежилась девочка. – Я же просила, чтобы ты не рассказывал их на ночь. Мне потом снятся страшные сны.
– Так веришь или нет?
– Не знаю.
На несколько минут в комнате повисла тишина.
– А что? – все же не вытерпела девочка.