Но с годами изменились и потребности Брайана, и мои. И нам стало ясно: чтобы каждый из нас смог получить желаемое, следует завершить наши отношения и каждому пойти своим путем, начав с чистого листа.
Когда мы сохраняем отношения и противимся переменам из чувства долга и вины, страшась неизвестности в будущем или гнетущего чувства потери, то духи близких и наставники зачастую не остаются в стороне и вмешиваются. Как это проявляется? Например, они начинают влиять на ваши мысли, вдохновлять вас, подталкивая к переменам и помогая набраться решимости. Они могут посылать «знаки», указывающие вам новое направление, куда следует двигаться. Если вы упустите или проигнорируете их сигналы или же будете уклоняться от их наставлений, духи ушедших начнут подавать знаки с удвоенной силой, но другим способом. Например, у вас могут возникать дискомфортные ощущения, да так упорно и настойчиво, что вы не сможете их проигнорировать.
Когда мы сохраняем отношения и противимся переменам из чувства долга и вины, страшась неизвестности в будущем или гнетущего чувства потери, то духи близких и наставники зачастую не остаются в стороне и вмешиваются. Сначала они действуют мягко, а затем, если мы не внемлем, пытаются достучаться до нас более настойчиво, порой вызывая дискомфортные ощущения.
Например, когда наш брак с Брайаном клонился к закату, я сопротивлялась голосу собственной интуиции и наставлениям духов. Сердцем и всей душой я чувствовала, что браку следует положить конец, но противилась этой мысли, потому что боялась остаться одна. Я знаю, что и Брайан переживал нечто подобное, но в конечном итоге мы оба признали: нам надо преодолеть страх и взглянуть в лицо истине. Следовать велению сердца непросто, страшно, порой очень трудно, но только это дает нам подлинную свободу. А я глубоко убеждена, что свобода очень важна и за нее стоит платить даже очень высокую цену.
Как уравновесить работу и жизнь
Некоторое время я медлила, любуясь, как Джейкоб и Сэм возятся на игровой площадке. Потом я собралась сесть в машину, но тут один из мальчишек отчетливо выкрикнул, дразня другого: «Не догонишь, не поймаешь, девчонка!» Я замерла. Слово «девчонка» – не было ли оно сигналом из Иного мира? А если это тот загадочный дух девочки, который являлся мне утром, вновь пытается связаться со мной и привлечь мое внимание? Можно принять случившееся за простое совпадение. Но я-то знала, что это не случайность. Тут у меня зазвонил мобильник и отвлек от раздумий. Звонил Брайан.
– Привет, я хотел узнать, не сможешь ли ты поменяться со мной на этой неделе и опять взять мальчишек к себе, сегодня и на субботу? А я бы забрал их в воскресенье?
Мы с Брайаном развелись, а детей воспитываем по очереди: одну неделю – он, одну – я.
– Конечно, – ответила я. – Сегодня пусть остаются у меня, но завтра мне нужно работать.
– Как, ты снова работаешь в выходные? – спросил Брайан.
Вопрос был по делу. Как правило, суббота у меня выходной, и я провожу его с сыновьями. И хотя я изо всех сил стараюсь не занимать этот день делами, иногда приходится работать. Я делаю этот выбор сознательно. Многие желающие получить с моей помощью наставления от духов или исцеление могут найти время для этого только в выходные. А иногда клиентов очень много в принципе – и в будни всех не принять, поэтому я иду им навстречу и провожу сеансы в выходные. Почему? Потому что глубоко сочувствую этим людям, глубоко понимаю их желание спросить совета и просто поговорить с ушедшей матерью, отцом, братом или сестрой, лучшим другом или ребенком, которого они потеряли. Я чувствую их жажду поддержки, истины, мудрости и тепла как свою и хочу помочь им. Поэтому у меня бывают рабочие часы и в выходные дни.
Однако, посвящая часть выходных клиентам и их общению с Иным миром, я жертвую временем, которое обычно провожу с близкими. Поэтому я пытаюсь уравновесить работу и частную жизнь. Безусловно, я считаю свой необычный дар медиума благословением свыше и полагаю, что небо послало его мне, чтобы я помогала людям и несла им духовное исцеление. Но бывают дни, когда меня мучает вопрос: все ли я делаю правильно? Не разладилось ли у меня равновесие между работой и личной жизнью? Равномерно ли я распределяю свое время и душевные силы? Одинаково ли отдаюсь семье и работе? Мне кажется, что я все время бегу и спешу от одного дела к другому, мечусь от одной сферы к другой. Найти равновесие и золотую середину – сложнейшая задача.
Жизнь постоянно требует усилий и преподносит мне новые трудности. Я знаю, множество женщин сталкиваются с теми же задачами и проблемами, что и я, – и те, кто работает полный день, и мамы-домохозяйки, воспитывающие детей, – словом, все женщины. Клиенты часто признаются мне, что переутомляются, изнемогают от нагрузок, что запас сил у них истощился и уже не хватает душевных ресурсов на семью – супругов, детей, друзей, а уж на самих себя тем более. Духи близких зачастую подтверждают во время сеанса, что клиент переутомлен: они посылают мне ощущения и образы, связанные с усталостью и изнеможением, с нехваткой сил и душевным истощением. Ощущения эти порой похожи на удушье. И я часто вижу мысленным взором образ перекошенных весов, одна чаша которых значительно перевешивает. Этот образ нарушенного равновесия неизменно указывает на то, что духи обеспокоены тем, справляется ли их здравствующий близкий человек с жизненными задачами, удается ли ему создать баланс между работой и семьей?
Когда я разрываюсь на части, стараясь успеть везде, мне часто снится, будто я в машине со спущенным колесом или заглохшим двигателем. Этот сон повторяется много лет, и я научилась толковать его: духи из Иного мира таким образом подают мне сигнал, напоминая, как важно вовремя притормозить, подзарядиться, сбавить скорость, чтобы вовремя вернуться на безопасную золотую середину. Когда мы с Брайаном только начинали говорить о разводе и обсуждали, как при этом поделить и утрясти домашние и семейные обязанности, финансы, заботу о детях, учебное и рабочее расписание, – сон про спущенное колесо и заглохшую машину приснился мне дважды за месяц. В одном из них у меня даже спустило два колеса вместо одного. Совпадение? Не думаю! Послание Иного мира было предельно четким: если не остановиться и не подумать, как сберечь свои силы в случае развода, не взваливая все обязанности на себя, меня ждет катастрофа. И я прислушалась к этому предупреждению.
Теперь в голове у меня крутились слова Брайана: «Как, ты опять будешь работать в выходные?» Я вспомнила случаи, когда мое рабочее расписание шло вразрез с родительскими обязанностями. Например, была история, когда я заканчивала съемки в телевизионной передаче «Последний привет»[2 - «Последний привет» (The Last Goodbye) – американская телевизионная передача, которая выходит с 2015 г. по настоящее время и представляет собой спиритические сеансы Ребекки Розен, заснятые на дому у ее клиентов. – Прим. пер.] и меня вызвали в Лос-Анджелес на выходные. Если бы я согласилась, это означало бы, что мне придется просить Брайана изменить расписание и забрать к себе сыновей.
Может, лучше не ехать? Я была в растерянности и спросила у Иного мира, как мне поступить. Перед моим мысленным взором тотчас вспыхнул зеленый свет, то есть знак «Да, вперед!». Одновременно с этим у меня возникло отчетливое чувство, что мальчиков пора оставить на отца. В сознании вдруг возник образ мальчика, который недавно скончался и теперь отчаянно хотел через меня связаться со своей матерью. Я очень переживала за обоих, поэтому тотчас приняла решение. На следующий день я упаковала чемодан и полетела в Лос-Анджелес. Сэм, мой сын, умолял меня остаться, и под эти мольбы мне нелегко было укладывать вещи и отправляться в аэропорт. Я обняла его и пообещала, что буду каждый день ему звонить. Еще я добавила: «Послушай, моя работа для меня не важнее, чем ты, но в эти выходные я должна помочь другой маме, которая тоскует по сыну. Ей нужна моя помощь, никто другой ей не поможет».
На следующий день я уже приступала к сеансу с Кристин, матерью ушедшего ребенка. Едва мы начали сеанс, я ощутила ее тяжелую энергию, которая повисла на мне свинцовым грузом. Наши взгляды встретились, и я почувствовала, что мы словно поменялись телами. Меня затопила глубокая печаль и тоска. Я прижала руку к сердцу, будто там зияла дыра, которую я пыталась заделать.
– Все в порядке, – сказала я. – Он здесь.
Кристин немного расслабилась.
Я вновь ощутила присутствие духа ее сына, и на этот раз он явился мне в образе моего старшего сына Джейкоба, очень сильного и целеустремленного мальчика.
– Я чувствую, что ваш сын в жизни был очень сильным, – сказала я. – И он показывает мне черные пятна по всему телу, а этот образ говорит мне о раке.
– Да, верно, – ответила Кристин, и глаза ее наполнились слезами. – Он умер от рака год назад.
– Он знает, что его смерть опустошила вас, но он гладит вас по спине. И показывает мне большую светящуюся книгу, а для меня это знак книги жизни.
Дальше я объяснила Кристин, что имею в виду. У каждого из нас есть своя книга жизни, которую ведут духи в Ином мире. В ней они записывают наш духовный рост и уроки, которые мы усвоили за всю жизнь.
– Сын показывает на вашу книгу и говорит, что гордится вами и тем, какую работу вы проделали от его имени. Вы знаете, о чем он?
– Кажется, да.
Затем Кристин объяснила: когда сына не стало, она основала фонд в его честь – фонд профилактики и лечения раковых заболеваний.
– Он подпрыгивает, словно говорит: «Да, да, это и есть дело всей твоей жизни, мама», – передала я.
Кристин уставилась на меня, озадаченная.
Духи детей, даже младенцев, нередко передают мне, что воплотились на земле совсем ненадолго, потому что в земной жизни их единственной миссией было помочь живущим получить какой-то важный урок или подтолкнуть к работе, которая станет главным делом их жизни. Я сказала Кристин:
– Получается, его смерть дала вам обоим возможность помочь множеству больных детей и поддержать их родителей. Да, сын и сейчас продолжает вам помогать: он ваш незримый партнер в Ином мире. Просто вы делаете земную часть работы, а он – ваш дух-покровитель, который подбадривает вас. Можно сказать, он ваш потусторонний болельщик и группа поддержки. – Я улыбнулась, в голове у меня мелькнула картинка. – Мальчик сообщает мне, что он ваш личный тренер, который следит за вашими тренировками.
Кристин тоже улыбнулась в ответ:
– Знаете, а я ведь очень увлекаюсь тренировками в спортзале.
– Ну, вот видите! – рассмеялась я. – Поэтому он и сравнил себя с тренером. – Я помолчала немного, впитывая следующую порцию информации от ушедшего. – А еще он посылает мне сообщение, что вы очень устали. Я ощущаю вашу изможденность и сонливость.
Кристин глубоко вздохнула и с шумом выдохнула:
– Да, год был длинный и трудный. Я очень измоталась.
– Сын говорит, что вы должны сбавить темп, – передала я. – Он не хочет, чтобы скорбь и огромный труд на благо фонда помешали вашей способности радоваться жизни. Он хочет, чтобы вы обрели равновесие и душевный покой.
Кристин снова вздохнула.
– Достичь равновесия непросто, но я попытаюсь.
Я напомнила ей о том, что дух сына всегда рядом.
– Вы не одна. Он поддерживает вас, слышит ваши мысли и молитвы, так что обращайтесь к нему и верьте – он откликнется.
Я подумала о своих сынишках, оставшихся в Денвере. Даже когда физически мы в разлуке, душой я с ними. Точно так же и ушедшие близкие физически в разлуке с нами, но душой остаются рядом.
По дороге в свой офис в центре города я вспоминала историю о воссоединении Кристин с сыном, а потом включила радио, где как раз играла песня под названием «Перегрузка». «Как кстати», – подумала я. Не случится ли и у меня перегрузка, если я проработаю еще и выходные? Правда, на сей раз мне не придется покидать город, я просто проведу сеансы у себя на рабочем месте. И все же вопрос снова лишил меня покоя: хорошо ли, что чаша работы у меня перевешивает чашу семьи? Может, было бы лучше сделать выбор в пользу мужа и детей? Едва я задумалась об этом, как рядом со мной остановилась машина с номером «777». Знайте, что наши ушедшие близкие и духи-наставники очень часто связываются с нами посредством цифр, повторяя какие-то особенные комбинации. Так вот, я сразу поняла, что «777» означает сигнал: «Ты на верном пути».
Я засмеялась и вздохнула с облегчением: мне стало ясно, что духовная группа поддержки со мной и одобряет мое решение. Выбрать работу на благо людей, а не пребывание с семьей в эти выходные было правильно.
Однако через несколько минут я остановилась на заправке. На табло бензоколонки светилась сумма «42 доллара 23 цента». Это тоже был сигнал из Иного мира: 4223 – это номер дома, который мы недавно осматривали с Крисом в поисках нового жилья. Теперь я пришла в замешательство. Что духи хотят мне сообщить?
Мы с Крисом недавно решили, что пора перебраться в новый дом. Ведь в нашей семье семеро человек, а мы до сих пор живем там же, где я когда-то жила с Брайаном. До недавнего времени нас это устраивало, но потом мы пришли к выводу, что хотим начать жизнь на новом месте – с чистого листа, в нейтральном пространстве, не обремененном воспоминаниями. В доме, который будет нашим, и только нашим. Я старательно медитировала и внимательно анализировала свои сны. Духи снова и снова посылали мне сигналы: повторялись таблички агентств по недвижимости и другие знаки, что пора переезжать. Затем у нас в доме прорвало трубу и затопило весь подвал – и уж тут я твердо поняла: это точно знак – нам необходим новый дом!
Но куда ехать? Выбор доступного жилья в Денвере невелик, и выставленная на продажу недвижимость раскупается очень быстро. Мы с Крисом лихорадочно искали дом, который вместил бы наше многочисленное семейство и при этом был доступным по цене. И вот мы нашли дом с номером 4223 на Эш-стрит. А уж когда при осмотре выяснилось, что в спальне есть подиум с каркасом кровати, я поняла: этот дом предназначен для меня!
Почему? Сейчас объясню.
Последний год мы с мужем спали на матрасе прямо на полу, потому что старая кровать ужасно скрипела и этот скрип будил Криса по ночам. Однажды он героически разобрал каркас, пытаясь починить кровать, но ничего не вышло, так что мы просто отправили каркас на свалку. С тех пор, как мы ни старались, нам так и не удалось найти подходящую кровать – а как хотелось! Когда у нас пошли разговоры о переезде, мы с мужем решили, что, пока не въедем в новый дом, новую кровать покупать не будем. Что ж, теперь мы нашли дом, где нас уже поджидала подходящая кровать.
«Думаю, это и есть наш дом», – сказала я тогда.