Падший Ангел

Каморра – моя жизнь, которой я полностью посвятил себя, став Капо в довольно юном возрасте. До появления моей прекрасной невесты я буквально жил на работе, проводя в своём кабинете куда больше времени, чем в собственной спальне.

Каморра – итальянская преступная организация, берущая своё начало в Кампании, в Неаполе. Когда-то давно всё зародилось именно там. Теперь же Каморра представляет собой крупнейший мафиозный синдикат, пустивший длинные корни глубоко в США. Семья Конте руководит этой организацией уже сотню лет, и именно я являюсь её прямым продолжением.

За эти годы Каморра значительно расширяет свои территории. Изначально итальянцы заняли штат Невада, затем с годами присоединили к себе такие штаты, как Аризона, Орегон, Вашингтон, Айдахо, Вайоминг, Монтана, Колорадо и другие. Сейчас мой прицел направлен на Калифорнию, принадлежащую японской Якудзе и наполовину заросшую русской Братвой.

Центром Каморры остаётся штат Невада, а конкретно его главный город – город грехов Лас-Вегас. Но у меня есть лидеры клана, младшие боссы, которые руководят от моего имени в тех штатах, куда назначаю их лично.

Например: в Аризоне, в Финиксе, младшим боссом выступает Анджело Карузо, чья семья годами остаётся предана моей. В Колорадо, в Денвере, за всё отвечает Мартино Ринальди. В Вашингтоне, в Сиэтле, – Орландо Джилья. И это лишь часть списка. Младших боссов у меня много из-за огромных размеров территорий, которые принадлежат мне, но в людях, которым передаю власть, я уверен.

Каморра могущественна, сильна, огромна и чертовски богата. Наш бизнес строится в основном на «чёрном» рынке и нелегальной продукции. Основные направления – наркобизнес, контрабанда, коррупция, отмывание денег, казино и прочее. При этом в моём распоряжении и вполне легальный бизнес: недвижимость разного рода, рестораны, клубы и многое другое.

Что касается власти? Они боятся меня и предпочитают делать вид, что ничего не знают о моей организации. Более того, охотно закрывают глаза на преступления, которые совершаю я и члены моей группировки. Власть куплена настолько хорошо, что они готовы заметать за мной любые следы, лишь бы не стать моим главным врагом.

Сейчас сижу в своём кабинете в одном из клубов Вегаса и стучу ручкой по массивному тёмному столу. Все мысли заняты только моим ангелом. Как ни стараюсь, вытолкнуть её из головы не выходит. Чёрт, должен заниматься новыми поставками оружия и драгоценных бриллиантов, а вместо этого думаю о том, поела ли моя жена сегодня или нет, удобная ли у неё подушка в комнате или всё-таки нет, понравилось ли ей помолвочное кольцо, одобрила ли она все те вещи, которые для неё подобрали лучшие стилисты США. Или она хотела что-то своё? Если да – не проблема, могу купить всё, что только пожелает… ей нужно лишь сказать.

– Брат, ты вообще слышал, что я тебе говорил? – вдруг спрашивает Калисто, развалившись в кожаном кресле в углу кабинета.

Поднимаю голову и смотрю прямо на него. Нет, ни хрена не слышал. В голове только моя невеста.

– Нет, – честно признаюсь, переставая стучать ручкой по столу.

– Мы не можем найти Мясника, он просто пропал, – тяжело вздыхает Калисто. – Думаю, что он всё-таки у Бенедетти.

Чёрт. Худшее, что могло случиться в последнее время.

Полтора месяца назад наш человек был отправлен в Нью-Йорк, чтобы стать там нашими глазами и ушами. Мясник был лучшим, и в своём выборе я не сомневался. Единственный из моих солдат знал этот город как собственный дом, потому что буквально там родился. Но уже целую неделю он не выходит на связь. Естественно, такая тишина напрягает. Логично предположить, что с ним что-то случилось. По крайней мере, всем озвучиваем именно эту версию. На самом деле всё куда хуже.

Другие мои люди продолжают искать Мясника в Нью-Йорке, прочёсывая город с ног до головы, но пока всё тщетно.

Для меня и моих братьев Мясник был не просто верным и лучшим головорезом, а ещё и близким другом. За несколько лет он стал частью нашей семьи. Жил вместе с нами в моём доме, служил мне и защищал моё имя. Для меня он стал чем-то вроде брата.

– Делайте что хотите, но вы должны его найти. Если для этого нужно кого-то убить – убивайте нахрен, – твёрдо заявляю Калисто.

– Ты же понимаешь, что Бенедетти только этого и ждёт? – спокойным голосом отвечает брат. – Если мы тронем кого-то из его людей, начнётся кровопролитная война.

Резко поднимаюсь из-за стола, опираюсь ладонями о столешницу и сверлю Калисто убийственным взглядом.

– Мне плевать. Война – так война, – усмехаюсь. – Будет очень весело.

Покидаю кабинет и направляюсь в свою личную закрытую VIP-зону с балконом, полностью огороженным односторонним стеклом. Люди внизу, безудержно танцующие на танцполе, не могут меня видеть. Никто не может.

Слышу, как и Калисто заходит следом. Пока наблюдаю за толпой внизу, почти сразу замечаю среди них своего младшего брата Алесса.

– Что он тут, чёрт возьми, делает? – довольно грубо спрашиваю, глядя через стекло на движущуюся в танце массу.

– Я разрешил ему пойти сегодня в клуб, – спокойно заявляет Калисто.

Резко оборачиваюсь и смотрю на него недовольным взглядом.

– Он не заслуживает никаких клубов.

– Он ещё слишком молод, дай ему немного развеяться. Тем более это наш клуб, он тут в безопасности, – отвечает Калисто. – Будто бы ты сам не был таким в его возрасте.

Снова разворачиваюсь к стеклу, отыскивая глазами Алессандро.

– С кем это он? – девушка рядом с ним двигается слишком быстро, чтобы сразу разглядеть её.

– О, это Эмилия Карузо. Ты что, не узнал девочку? – заключает Калисто, подходя ближе к стеклу.

Чёрт. Действительно не сразу её узнаю.

Трудно вспомнить, когда в последний раз видел эту девчонку, но тогда она явно была младше и выглядела совсем иначе. Эмилия – дочь моего верного младшего босса Анджело Карузо. Кроме неё у него есть ещё старшая дочь – Адель.

Обе девочки довольно симпатичные, но точно не в моём вкусе. Зато прекрасно известно, что Эмилия с детства влюблена в Алессандро, а Адель, к сожалению, – в меня. Их отец до дрожи в костях мечтает, чтобы его дочери стали нашими жёнами, и делает для этого всё возможное.

Проблема в том, что ни та, ни другая никогда не интересовали меня как женщины – так же, впрочем, как и Алесса. Ему просто весело проводить время с Эмилией, которая и правда та ещё штучка. А вот Адель – полная противоположность сестры: сдержанная, спокойная, холодная, порой до странности.

– Сколько ей лет? – интересуюсь, имея в виду Эмилию.

– Шестнадцать, – отвечает Калисто.

Шестнадцать.

– Что она тут делает? Она слишком мала для таких мест, – осознаю вслух, а потом понимаю, что на самом деле мне плевать. – Можешь не отвечать, – не даю брату и слова сказать, перебивая. – Уже поздно, поеду домой.

Разворачиваюсь, направляясь к выходу, но голос Калисто мгновенно останавливает:

– Смотри! Это… это Виктория?

Внутри всё напрягается. Молниеносно разворачиваюсь и начинаю сканировать взглядом танцпол, выискивая среди людского потока белокурую голову моего ангела.

Она стоит не так уж далеко от Алесса и танцует с каким-то грёбаным ублюдком, который нагло прижимается к ней всем своим телом.

Даже не помню, как оказываюсь уже внизу, пробираясь сквозь толпу прямо к ней, грубо расталкивая каждого, кто встаёт на пути.

Заметив свою цель – белокурого ангела – на пару секунд замираю, заглядываясь на её непревзойдённую, уникальную красоту. Выглядит она просто восхитительно в этом чертовски коротком платье. Плавные движения буквально гипнотизируют, заставляя на мгновение забыть даже о том, что рядом всё ещё крутится какой-то идиот. Но гнев, который поднимается внутри, оказывается сильнее всего остального.

Подхожу к этому мудаку и со всей силы отталкиваю его рукой от неё. Парня отшвыривает на приличное расстояние, он падает на пол с грохотом. Медленным шагом двигаюсь к этому куску дерьма, который валяется на полу, держась за голову и жалобно скуля что-то себе под нос.

– Что ты творишь, придурок?! – вдруг выкрикивает он.

Срываюсь, в одно мгновение оказываюсь рядом, хватаю его за шиворот рубашки и резко поднимаю на ноги. Ступни едва касаются пола кончиками пальцев – болтается в воздухе, как деревянная игрушка на ниточках.

– Брат. Потом, – слышится сбоку голос Калисто, который каким-то образом уже оказался рядом.

Только сейчас осознаю, что все люди, оставшиеся в клубе, смотрят на меня испуганными глазами.

– Забери его и отведи в подвал. Позже разберусь, – твёрдо произношу.

Брат лишь кивает, перехватывает парня и уводит.

Разворачиваюсь к своему ангелу, забывая обо всех вокруг. В этот момент она выглядит слишком порочно, словно моё лучшее и самое желанное искушение.

На ней всё чёрное: слишком короткое платье восхитительно обтягивает фигуру, подчёркивая каждый изгиб, упругую грудь и сочную задницу. А губы… алые губы, которые до боли хочется вкусить прямо здесь и сейчас.

Она стоит совершенно спокойно, наблюдая за всем этим представлением, облокотившись о стену и сложив руки на груди. Судя по выражению лица, происходящее её только забавляет, что делает мой член не только чертовски твёрдым, но и меня самого – до предела раздражённым.

Недолго думая, резко и, возможно, немного грубовато хватаю её руками за тонкую талию и перекидываю через плечо, ладонью прикрывая её задницу от посторонних любопытных глаз. Да, сейчас веду себя как чёртов пещерный человек. И абсолютно плевать, кто и что подумает или скажет о своём Капо.

Неся Викторию в кабинет на втором этаже, захлопываю за собой дверь и ставлю её на ноги прямо перед собой, не обращая внимания ни на её возмущённые вскрики, ни на визг, ни на грубые оскорбления в свой «дьявольский» адрес.

– Как ты смеешь так со мной себя вести, чёрт возьми?! – продолжает кричать она, выглядя при этом как грёбаная сексуальная богиня.

Ирония в том, что злиться должен именно я, а выглядит так, будто это она имеет право обвинять меня. Как эта девушка умудряется снова переворачивать всё в свою сторону?

– Что ты тут делаешь, ангел? – рычу ей в лицо, перебивая поток возмущений. – Как ты здесь оказалась?

– Твой брат любезно позвал меня с собой в клуб, – отвечает с довольной ухмылкой.

Думает, что победила в очередной нашей мини-игре. Но это далеко не так.

– Ты больше никогда и никуда не пойдёшь без моего ведома, – нависаю над ней своим телом, не оставляя пространства.

– Буду делать всё, что захочу. И я ещё не твоя жена, Армандо, – вскидывает голову вверх.

Сейчас больше всего напоминает дикую львицу. И, чёрт, безумно нравится, как она продолжает сопротивляться.

Но и играть в игры я умею не хуже.

– Хорошо. Раз так, мы это исправим, ангел, – произношу, чувствуя, как на лице появляется дерзкая и загадочная ухмылка.

По глазам видно: Виктории становится интересно, о чём речь, но из гордости и принципа, конечно, не задаёт ни одного вопроса. Завтра её ждёт сюрприз.

– Ах да, – добавляю, – каждый грёбаный мужчина, который ещё хоть раз дотронется до тебя хотя бы одним пальцем, автоматически станет трупом. Поэтому, если не хочешь, чтобы пострадали невинные люди, больше такого не допускай. Понятно?

Снова ухмыляюсь, наблюдая, как крепко сжимаются её кулаки.

Она делает шаг ближе, заглядывает мне прямо в лицо своими прекрасными голубыми глазами.

– Видишь ли, Армандо, но мне плевать, если кто-то пострадает. Мне плевать, если ты убьёшь того парня, который приставал ко мне сегодня. И мне будет так же плевать, если ты убьёшь всех мужчин в этом городе, – неожиданно заявляет она. – Это твои проблемы, не мои.

Не могу понять, говорит ли она правду или просто давит на больные точки. Сказано это настолько уверенно, что начинаю подозревать: внутри она гораздо сильнее, чем показывает. Возможно, просто пытается разозлить меня ещё сильнее. И да, у неё получается.

– Будет ли тебе так же плевать, если я убью твоего дружка? – задаю следующий вопрос.

На лице – явное недоумение, она не понимает, о ком речь.

– Кажется… – делаю паузу на пару секунд, растягивая удовольствие. – Кажется, его зовут Рид. Рид Браун.

Тело напрягается, лицо заметно бледнеет, теряя прежний розовый оттенок.

Мой ангел явно даже не предполагала, что я знаю о существовании этого парня и о том, что всё это время она жила не только с Майком, как утверждала семья Соколовых изначально, но и с семьёй Браунов.

Прекрасно знаю, что у неё были близкие отношения с этим маленьким сосунком. Единственное, чего пока не знаю, – насколько близкими были эти отношения и какого именно характера. Одна мысль об этом заставляет злость подниматься ещё выше.

Замечаю, как она сглатывает, но уже через секунду на лице появляется гневная маска. Смотрит на меня с откровенным отвращением. И плевать, пусть думает, что я чудовище, пусть верит, что причиню вред этому ублюдку Брауну.

– Так что веди себя хорошо, ангел, – снова ухмыляюсь и обхожу стол, присаживаясь в кресло и откидываясь на мягкую спинку.

Виктория следит за каждым движением, быстро подходит ближе и облокачивается руками о стол, сверля меня взглядом, из которого буквально вылетают гневные искры.

– Если ты хоть пальцем его тронешь, потеряешь всё, что у тебя есть сейчас, Армандо, – бросает она.

Не выдерживаю и, услышав столь откровенную угрозу, начинаю смеяться. Она серьёзно только что угрожала мне? У моей русской невесты явно есть стальные яйца. Жаль, что природа обделила ими её грёбаного дядю.

– Смейся дальше, Армандо. Но не только у меня есть слабые места, на которые можно нажать. Кажется, у тебя пропал друг? —

После этих слов напрягаюсь и моментально перестаю смеяться.

Откуда она, чёрт возьми, знает об этом?

– Ты подслушала наш разговор, не так ли?

– Может, да, а может, и нет, – она отходит от стола, пожимая плечами. – Будет грустно, если он уже мёртв, не так ли?

Теперь усмехается уже она.

В одно мгновение поднимаюсь с кресла и оказываюсь прямо перед ней, заглядывая в завораживающие бездонные голубые глаза.

– Не играй со мной, ангел. До сих пор ты не видела, каким я бываю на самом деле. Не зря меня называют Дьяволом, – твёрдо заявляю. – Не советую шутить со мной.

– И ты не играй со мной, Армандо. До сих пор ты видел только довольно скромную и побитую жизнью девочку. Но так ли это? – её слова застревают где-то глубоко в голове.

Кем она, чёрт возьми, была на самом деле?

– Ещё один такой проступок – и я не ручаюсь за себя. Моего контроля становится всё меньше, а желаний – всё больше, – предупреждаю и, неожиданно даже для себя, быстро целую её в лоб. – Спокойной ночи, ангел.

Подхожу к двери, намереваясь позвать Калисто, но её голос останавливает на полпути:

– Стой!

Оборачиваюсь.

Она подходит ближе, плавно покачивая бёдрами, как хищница, выслеживающая добычу.

– Если ты думаешь, что я лягу под тебя, то ты, чёрт возьми, ошибаешься. Мне плевать на тебя, Армандо. Мне плевать на твою семью. Я здесь только потому, что за меня так решили. Мне не оставили выбора. А если бы выбор был, то я бы никогда не выбрала тебя, – последние слова она буквально выплёвывает мне в лицо.

Гнев молниеносно затуманивает разум.

Чтобы не сделать того, о чём потом пожалею, заставляю себя сдержаться и лишь произношу:

– Калисто отвезёт тебя домой. Можешь идти.

Она уходит, громко хлопнув дверью.

Её сладкий аромат с нотками персика всё ещё витает в кабинете. Глубоко вдыхаю его, прикрывая глаза и понимая, что слишком мало знаю об этой девушке, и что она точно не та, за кого себя выдаёт. Она что-то знает… и чего-то хочет.

Всю ночь провожу в клубе, наслаждаясь пытками того парня. И я не врал, когда сказал ей, что убью каждого.

Так и будет. С каждым, кто посмеет к ней прикоснуться.