? Эй. ? окликнул Пирс. ? Здесь тебя никто не обидит, поверь. В любом случае, по всему периметру стоит целый полк охраны. Ты их не заметишь, но они там.
? Хорошо… А вы даже позже не приедете?
Оба улыбнулись, а Трой взял мою руку в свою.
Почувствовав что-то прохладное на запястье, я перевела глаза и увидела, что Трой надел на мою руку серебряный браслет. Тонкий и гладкий. Без всяких лишних деталей.
Я улыбнулась и уже хотела поблагодарить, но тут Пирс взял мою другую руку и надел такой же. Точь-в-точь.
Я не поняла, почему, но… слезы покатились из глаз, когда они почти синхронно сказали «С днем рождения!» и вернулись к джипу.
Посмотрев на идеальные браслеты, я поняла, что означали их подарки… Пирс и Трой, словно, были моими руками. Всегда при мне… рядом. Готовые драться за меня.
Сделав глубокий вдох, я заправила черный локон за ухо, и прошла через цветочную арку.
Столько наряженных людей… И все спиной ко мне. Болтают. Пьют. Едят.
Как неловко…
И что мне тут делать?
Остановившись сразу после арки, я перешагивала с туфли на туфлю, пытаясь найти хоть какого-нибудь официанта.
Вон один! Идет ко мне с шампанским.
Пожалуй, волью в себя побольше… пока доктор Лорас не видит, и потом посижу где-нибудь в стороне.
Но я не успела взять бокал, поданный мне, потому что мужчина в смокинге передо мной обернулся и… растянулся в восторженной улыбке:
? А вот и она! С днем рождения! ? сказал он и тут же притянул меня в объятия.
Это был Джейс… Джейс Уайт.
? С днем рождения! ? послышалось слева… от Рича.
? С днем рождения! ? справа от… Генри.
? С днем рождения, Лекса! ? Пауэлл обошел Джейса и тоже крепко обнял меня. Как любящий отец.
Гай и Бун из отряда Джейса. Марк и Боб из отряда Пауэлла. Все они подходили, сменяя друг друга, обнимали меня, поздравляли и уступали место следующим.
А я плакала…
Брендан. Валли… наш гениальный чудик Валли! Халк. Дэн. Даже бывший командир Янг был здесь. И Грим. И даже Шон, мой бывший парень. Он поздоровался со мной и поздравил с днем рождения, искренне улыбнувшись.
Доктор Лорас! И он здесь. И Мелисса, конечно. Они стояли в стороне и скромно улыбались, поднимая свои бокалы за меня.
И… папа! К нему я бросилась со всех ног. Он обнял меня, заключив в кокон любви и заботы. Смахнув отеческие слезы с глаз, он тоже поздравил меня с моим праздником, и отпустил дальше получать приветственные поздравления с нежностями.
Я не узнала никого из них, стоя у арочного входа. Они все были такими нарядными и красивыми… я никогда не видела своих друзей такими, и никак не ожидала увидеть их всех здесь… собравшихся вместе… ради меня.
Я обходила всех и каждого, пытаясь прийти в себя от прилива эмоций. Я даже не знала, как вести себя. Просто отвечала на вопросы дрожавшим голосом, говорила «Спасибо!» и обнималась со всеми, периодически стирая слезы радости.
Больше двух месяцев я провела в заточении, не видя ни одного человека, кроме постоянных трех сожителей, а теперь… теперь мне казалось, что не было этого ужасающего года, наполненного тяжелыми воспоминаниями. Будто, и не покидала Гроджтаун.
Я остановилась.
Передо мной стоял Николас Грин… и мама.
? С днем рождения, Лекса! ? сказал Ник и обнял меня. ? Мы очень за тебя переживали! Ты как?
? В шоке. ? честно призналась я, не отрывая с мамы глаз.
Она стояла в красном платье и тревожно смотрела на меня, заламывая руки.
Я видела, каких трудов ей стоило сделать первый шаг ко мне, и я пошла навстречу.
? Норин. ? тихо поздоровалась я, не посмев назвать ее мамой.
Мы не виделись со смерти Дэйтона… С того дня, как она рассказала нам правду о моем происхождении. И теперь я не знала, как заглушить эту боль внутри от вида моей… не-мамы ? бледной, сильно похудевшей и постаревшей лет на пятнадцать.
? Лекса. ? спокойно сказал она. ? Ты… как? Здорова? В безопасности?
? Вроде… А ты? Как ты после…
? Сейчас хорошо. ? грустно ответила она и опустила глаза вниз.
Я не могла на это смотреть… просто не могла.
Развернувшись на каблуках, я хотела уйти в другую сторону, лишь бы избавиться от раздирающей вины и обиды.
Но она схватила меня за руку… и дернула к себе.
И обняла. Так сильно. Так трепетно. Как мать обнимает своего родного ребенка.
Дрожащими руками она пыталась спрятать меня от всего мира, заключив в свои объятия.
? Прости меня! ? из нее вырвался ураган всхлипов. ? Прости меня, доченька! Я была так не права… Я думала, что уже никогда… Я так люблю тебя! Прости меня за все, что я сказала тогда! Ты моя дочь! Моя! Наша с Майклом девочка!
Я схватилась за нее в ответ и заплакала.
Это было чувство.... Не знаю, как описать…
Я снова была частью семьи Ройс. Законной ее составляющей. Мама признала меня. И она за меня очень переживала… Я не знала, как передать то, что было у меня внутри сейчас.
Целая бурая эмоций… сильных…
Это гармония, наверно…