На меня навалилась невероятная слабость. Каждая порванная мышца и каждая кровоточащая рана дали о себе знать с удвоенной силой. Скачок иссушил огромную часть моей эссенции, почти полностью опустошив меня. У меня закружилась голова и я упал на колени. Передо мной была раздробленная физиономия демоницы. Чьи-то руки крепко обняли меня сзади. Нина поцеловала меня в щёку и, едва не плача, выговорила: «Я знала, что это ты. Знала с того момента, как ты вошёл в это здание. Знала, что никому не убить того Льюиса, которого я знаю». Я ответил ей искренней, слегка туповатой улыбкой радости и потерял сознание.
Часть V: Воссоединение
Перед моими глазами всё кружилось. Понадобилось немало усилий, чтобы сфокусировать взгляд на чём-то конкретном. На меня смотрела прекрасная дева. Она смотрела так пристально, будто хотела что-то вычитать в моём лице. «Я ненавижу, когда на меня так таращатся», – с трудом выговорил я, сглатывая слюну. Нина улыбнулась и посмотрела на Алекса, который стоял рядом с ней: «Это ведь он?! И вправду он, Лекс!» Посмотрев на счастливые лица своих друзей, я подумал, что не напрасно так настрадался. Их радость была моим вознаграждением.
Привстав, я огляделся и понял, что лежу на полу в импровизированном полевом госпитале. Портала и демонов больше не было и битва была явно выиграна, но я чувствовал, что мы всё ещё находимся в воронке. Значит, есть какая-то аномалия, которая не позволяет мирам разойтись и вернуться в своё нормальное состояние.
Неподалёку стояли инквизиторы Николас, Рико и Джексон, занимавшиеся своими делами. Осмелевший Кристиан Беккет, собравший всё оставшееся у него мужество, отдавал приказы.
– Что происходит, в чём дело? Почему барьер всё ещё прорван? – спросил я Алекса.
Алекс пожал плечами. Вместо него ответила Нина:
– Мы пока разбираемся, что к чему. Со многими не удаётся связаться. Мы даже не знаем, как обстоят дела в Подземном Городе. Среди нас нет настолько способных Видящих, чтобы оценить ситуацию на таком расстоянии.
– Я пробовал. Не получилось, – подтвердил Алекс.
Я посмотрел на Нину и спросил:
– Мэт?
Нина потупилась:
– В последний раз мы слышали, что Мэт обороняет Подземный Город, но связь была потеряна.
Я кое-как встал и вместе с друзьями начал осматривать раненых. Зрелище было ужасным. Наносимые демонами ранения были чудовищны. Если Связующие не погибали на месте, то почти наверняка погибали после боя от полученных ран. Обычно как раз в это время ангелы и принимаются лечить раненых и восстанавливать целостность поврежденных душ обычных смертных, коих, к счастью, в здании почти не было.
«Назовите себя!»
Охранявшие вход на этаж инквизиторы, а за ними и все остальные, выхватили оружие.
Кошмар битвы был всё ещё свеж, и я даже представить не мог, как они планируют выдержать ещё одну.
«Капитан Ахмет Вар Луаф. Со мной мои Видящие и инквизиторы. Немедленно опустите оружие. Это приказ!» – раздалось в ответ.
Охранники расступились, пропуская на этаж отряд Мэта вместе с их капитаном. Я издалека рассмотрел моего друга. Он похудел и выглядел еще суровее, чем раньше. На секунду мне даже стало неловко подходить к нему. Я всегда испытывал некоторую неловкость, когда нужно было поздороваться с человеком, с которым у меня долго не было контакта. Тем более с человеком, который считал меня мёртвым. И что я должен был ему сказать? «Эй, привет. Помнишь, ты меня похоронил, а я всё ещё жив»?
Перемахнув через наспех сделанные ограждения, Мэт отдал честь Беккету. Тот положил ему руку на плечо и нарочито громко воскликнул: «Вар Луаф! Вы живы! Доложите обстановку». «Мы примчались, как только смогли. Внизу был чистый ад, но к счастью, порталы сами по себе закрылись…», – посередине предложения Мэт остановился и посмотрел на кого-то через плечо Беккета, и этим кем-то был не я. Это был капитан Николас. Лицо Мэта исказилось и могу поклясться, что на секунду я мог увидеть в его глазах самый настоящий страх. «Назад! Немедленно!» – крикнул Мэт, доставая оружие.
Не зная Мэта, можно было подумать, что этот человек и вправду запаниковал. На этаже моментально воцарился хаос. До неминуемой катастрофы было рукой подать. С одной стороны отряд Мэта целился в Николаса, а с другой инквизиторы Николаса целились в Мэта. Оба отряда орали друг на друга, требуя бросить оружие, но уступать никто не собирался. Однажды в детстве я не доверился другу, и до сих пор жалею об этом. Я больше не намеревался допускать ту же ошибку. Я уже приготовился встать между двумя группами, как пол у меня под ногами затрясся. Ангелы пробили крышу здания словно метеориты, упав прямо в центр колоннады. Порыв ветра поднял тучу пыли, а когда мы наконец смогли открыть глаза, мы едва не ослепли от яркого света.
Через несколько секунд свет слегка потускнел, и мы смогли разглядеть трёх стоящих перед нами небесных воинов. Они были полной противоположностью всего того, что здесь сегодня происходило. В их аурах был порядок, закон, подчинение, умиротворение и смирение. Грозовую тучу окутавшего здание хаоса прогнало ярким солнечным светом.
Я узнал одного из воинов – это был Диссидия, серафим архангела Габриэля. Остальных двух я не узнал. Приглянувшись повнимательнее, я увидел, что ангелы хоть и не подавали виду, но были измотаны и истощены. Их облачение было изорвано, а тела покрыты ранами и царапинами.
Выпрямившись во весь рост, эти существа оказались намного выше чем я их помнил, вдвое превосходя ростом обычного человека. Крылья у каждого из них различались, как и у большинства существ неземных измерений. Крылья для ангелов являются не физическими конечностями, а продолжением их душ. В отличие от низших демонов, ангелы могут разворачивать их из ниоткуда и убирать в никуда. Широкие крылья Диссидии, показывая его высокий ранг, были покрыты у основания золотой бронёй.
Не говоря ни слова, ангелы убрали крылья и встали в боевую стойку. Все насторожились, не понимая в чём дело. Диссидия указал рукой на человека, который совершенно невозмутимо наблюдал за происходящим. «Ты!.. Отпусти его, демон!» – приказ прозвучал с такой угрозой, что любое существо поспешило бы повиноваться. Но капитан Николас в ответ лишь разразился самым жутким смехом, который мне только доводилось слышать. Окружавшая его толпа резко отпрянула. «Чего же вы так долго, а? – еле выговорил Николас, давясь истерическим смехом: – Задержали вас, да?..» Ангелы приготовились атаковать, но вдруг Николас замолчал и посмотрел сначала на Диссидию, потом на меня: «Ладно, так уж и быть. Время забавы, кажется, вышло. Может быть, в другой раз, Годфри», – договорив, Николас снова зашёлся смехом.
В воздухе за спиной капитана понемногу начал проступать гигантский силуэт. Страшное существо, подобных которому я никогда не видел ранее, парило в воздухе; с его пальцев тянулись нематериальные фиолетовые нити, обвивавшие конечности Николаса. Я оглянулся вокруг, но обнаружил, что взгляды всех были по-прежнему прикованы к капитану. Демон был худым как щепка с покрытой шипами кожей. Из его рта торчали длинные клыки. Он был таким же высоким, как Диссидия, если не выше. Вдруг он сделал круговой жест рукой и позади него открылся маленький портал. Он нырнул в него, словно в бассейн, после чего портал закрылся, а Николас упал на пол.
Связующие бросились к капитану и удостоверившись что он жив, унесли его куда-то. Когда толпа рассеялась, на месте остался лишь Мэт, пристально глядевший на меня. «Значит, я не ошибся, – с недоверием сказал он, посмотрев на Алекса и Нину стоявших у меня за спиной. – Когда я почувствовал твою ауру в здании, то я и представить не мог, что это на самом деле ты…» Я медленно подошел к Мэту и протянул ему руку. Это было двусмысленным действием: во-первых, это самый обыкновенный дружественный жест, а во-вторых пожав мне руку, он «прочитал» бы меня. Так оно и случилось. Друзья воссоединились.
Во всей этой суматохе мы совсем позабыли про ангелов. Из троих на этаже остался лишь серафим Диссидия, который хоть и выглядел всё также гордо и мужественно, но уже намного дружелюбнее. Беккет робко подошёл к серафиму, который стоял на одном колене около смертельно раненого инквизитора. Мы тоже подошли ближе.
Серафим положил руку на свою грудь и замер с сосредоточенным лицом. Я спросил Мэта: «Что происходит?» Мэт, как и большинство Связующих, сенсорика которых была хорошо развита, видел намного больше, чем другие. Для них это был самый настоящий магический спектакль. «Диссидия достаёт частичку своей эссенции и помещает его в раненного парня», – прошептал мне на ухо Мэт.
Я пригляделся повнимательнее. В руке у серафима появился голубой как полуденное небо сгусток света, который тот приложил к груди инквизитора и осторожным движением вдавил его внутрь. Словно растекающаяся вода, голубая эссенция серафима заструилась по всему телу. Раны стали медленно затягиваться.
Нельзя полностью уничтожить душу или создать её с нуля. Ничто не появляется из ниоткуда и ничто не исчезает в никуда. Всегда остаются следы, маленькие обрывки души, по которым, словно гигантскую головоломку, ангелы восстанавливают целостность души, используя собственную эссенцию для восполнения недостающих фрагментов. И чем сильнее искусство ангела и его преданность этому делу, тем больше у него шансов спасти смертных, чьи души были повреждены. Одним из таких являлся серафим архангела Габриэля – Уриэль.
После того как серафим встал, Беккет в знак уважения склонил голову и спросил: «Почтеннейший, почему вас не было так долго и куда ушли серафимы Уриэль и Задкиэль?» Диссидия пристально посмотрел на Беккета, прежде чем ответить:
– Были осложнения. К счастью, всё уже позади… Серафим Уриэль в Подземном Городе сейчас. Там много пострадавших и погибших – работа как раз для него. Дела же серафима Задкиэля вас не касаются, – Диссидия сделал небольшую паузу и посмотрел сначала на Нину, затем на Мэта. – Вам благодаря оплот защиты человечества всё ещё стоит. Вы многих спасли сегодня.
Мэт сделал пару шагов вперёд и спросил серафима:
– Это ведь был Он, не так ли?
– Вы правы, Видящий Вар Луаф. Это был он – архдемон Баал. Принц лжи и манипуляций… Удивлён я. Вы смогли не только его разглядеть, но и распознать.
– Как же такое возможно, что сам архдемон стоял рядом с нами, а мы даже не почувствовали его? – удивилась Нина.
– Уместен ваш вопрос, Дракич Нина. Но стоит учитывать факт тот, что это был не простой Падший, а сам Принц Лжи и Манипуляций. Мастер своего дела он. Нет в этом равных ему. Он мог бы тысячу лет жить среди людей, а вы так и ничего не заподозрили бы, – Диссидия посмотрел на меня.
– Я был рядом с ним почти всё время, – немного замялся я. – Однако теперь я, кажется, начинаю понимать, когда Баал захватил власть над Николасом. Примерно час назад мне показалось, что аура капитана потухла, а затем снова зажглась.
– Скорее всего правы вы, Льюис, – подтвердил Диссидия.
– Но что ему было нужно и как вы не смогли предвидеть такое массивное вторжение?! – протестующе выкрикнул Алекс.
Я не знаю, чувствуют ли ангелы вину так же, как её чувствуют люди, но лицо серафима в тот момент стало виноватым.
– В засаду мы попали. Я брата близкого потерял…
С этими словами серафим отвернулся и медленно направился к раненым Связующим. Беккет повернулся ко мне: «Я не знаю кто вы и что вы… по крайней мере, кто вы теперь, но вы явно не тот человек, на которого у нас досье. Вы враг демонам, и вы друг ангелам и к тому же, как мне рассказали мои инквизиторы, вы многих сегодня спасли. От имени всех филиалов и подразделений Смертного Легиона приношу вам свою благодарность», – без запинки отчеканил он. Казалось бы, что такому скользкому чиновнику как Беккет такое было не по силам, но он всё-таки поблагодарил меня и думаю, что он был искренен.
Часть VI: Последствия
Нина и Мэт заставили меня лечь в лазарет, но я не запомнил, где он находился и как мы туда добрались. Лежа на неудобной раскладной кровати и глядя в потолок, я наслаждался полнейшей тишиной. Я почти забыл, каково это. Всё моё тело болело. Мои руки были забинтованы. Рядом со мной спал Алекс с шиной на ноге, посапывая как младенец.
Отдохнув некоторое время, я кое-как встал и вышел из комнаты. Первые шаги дались мне с трудом; покачиваясь, я вышел в коридор. Здесь царила суматоха, но не такая, как при вторжении. Суматоха была оживлённой, целеустремлённой и одушевлённой. Люди бегали из коридоров в коридоры и с этажей на этажи, будто муравьи, выполняющие отведённые им функции. В этом была своеобразная бюрократическая красота. Все занимались своими делами, пытаясь спасти как можно больше людей и приготовиться к переходу в реальный мир. В данный момент я был лишь обузой.
Я знал, что мы с инквизиторами спасли большое количество людей, но выживших оказалось куда больше, чем я предполагал. Со всех сторон мигали аварийные лампы. Кажется, кто-то смог починить запасной генератор. Этаж, на котором я находился, своими узкими и строгими коридорами был похож на подлодку. Из громкоговорителя раздался синтетический голос компьютера: «Внимание! Внимание! Угроза: хаос пять. Статус: миновала. Приготовиться к толчку в реальный мир. Время: 120 секунд».
Тут я заметил Мэта, который сломя голову нёсся куда-то. Я еле успел поймать его за рукав: «Мэт, что происходит?» Мэт скорчил недовольное лицо, но дал мне знак следовать за ним и начал объяснять на ходу: «Разве тебе не сказали отлёживаться и не мешать? Ладно… Барьер возвращается в нормальное состояние. Нам нужно удостовериться, что всё, что можно было сделать и исправить, доделано и исправлено. Нужно подготовить пресс-релиз, состряпать алиби, составить доклады и тому подобное». Синтетический голос прервал Мэта: «Объект: земной барьер; статус: восстановление; время: 60 секунд».
Попадавшиеся Мэту на ходу сослуживцы закидывали его вопросами, большинство из которых изобиловало незнакомыми мне техническими терминами. У меня появилось такое чувство, что мы находимся в научно-фантастическом фильме. Мэт быстро им отвечал, не сбавляя шагу. Я плёлся позади него, и не буду врать, меня охватывала зависть. Как многого он достиг! Мэт начал с нуля. Даже ниже нуля, а теперь вон какая у него власть. Ни секунды нету свободной. Все обращаются к нему за советами, и спрашивают его как лучше поступить, а в голосах их сквозит уважение. Все вокруг словно были шестернями механической машины, которая работала лишь благодаря моему другу. Он был лидером… чувство зависти понемногу сменилось на гордость. Я был рад, что мой друг так многого добился. Что благодаря ему был спасён целый Подземный Город.