– Серьезный объем, – сказал Алексей.
– Да. Объем нешуточный. Значит, Никита, съездишь переоденешься. Надень что-то попроще. Ну, спортивный костюм, кроссовки. Хорошо, что лето жаркое, не надо зимние вещи искать. Сергей, ты готовь все бумаги и легенду. Особо ничего не усложняй, напиши проще, но понятно. Через два часа чтоб принес мне. Я сразу схожу и подпишу у генерала.
– Понял, – ответил Тихонов.
– И запомните, о сути всей операции знаете только вы, я и генерал. Поэтому я и собрал вас раньше общей оперативки. Для всех остальных Ветров отправлен на учебу в Москву. Никита, в управление не приезжать. Все встречи с куратором только в условленных местах, в городе. Все места и каналы связи оговорите с Сергеем сами.
– А надолго это внедрение? – спросил Ветров.
– Это уж, как ты справишься. Сначала просто купишь у них грамм сто гашиша. Потом надо будет купить с фиксацией, технику подготовим. А если начнут тебе доверять и сможешь выйти на основного продавца, у которого они берут, то тогда подумаем, что дальше делать, – посмотрел на него Дмитрич.
– Поняли, Николай Дмитриевич, – ответил Алексей и встал.
– Все, идите! Никита, ты к пяти часам вечера подъезжаешь на угол улицы Чкалова и Лермонтова. Там я тебя познакомлю с твоей «сестрой». Поедете с ней в бар «Рай» время проводить, – сказал полковник и улыбнулся.
– Понял, – ответил Ветров и вышел из кабинета вслед за товарищами.
Управление начинало оживать. В коридорах торопливо ходили сотрудники полиции, спешащие на утренние совещания. Он убрал со стола бумаги в сейф, а ключ положил Алексею на стол.
– Леха, ты же уже внедрялся. Что с пистолетом, брать или нет? – спросил он.
– Конечно бери. Там, если что, помочь будет некому. А случиться может всякое. Только ты его в машине спрячь. Он у тебя на самый крайний случай. Удостоверение оставь тут или дома. Номера на твою машину и доверенность Серега тебе в четыре отдаст. Свои номера снимешь и спрячешь в багажнике. И запомни, Никит. Прежде чем ехать к Серому на встречу, проверяйся. Всегда. Два круга по городу дай. Остановись, постой минут двадцать, потом езжай. За тобой могут наблюдать. Тебя могут проверять.
– Понял, – ответил он и сел за свой стол.
– Волнуешься? – подошел к нему Алексей.
– Не знаю. Как-то неуютно, что ли, – неуверенно ответил он.
– Скажу тебе честно, Никит, мне тоже страшно было. И оно каждый раз так. Зато потом, когда один остаешься, такой расслабон наступает, просто кайф.
– Ты сколько раз внедрялся?
– Три. Самое долгое – два месяца.
– А это на сколько? Как думаешь?
– Загадывать не будем. Как работа пойдет. Главное, чтоб они тебе поверили. А для этого веди себя естественно. Интеллектом не блещи. Запомни, ты обычный парень, который зарабатывает тем, что изредка торгует травкой. Понимаешь, ты должен, как актер, сыграть свою роль.
– Это я понимаю. А сейчас мне что делать?
– А сейчас не грузись. Ты лучше домой сгоняй.
– А Маринке что сказать?
– Ничего. Скажи, что в командировку могут отправить, но еще не точно. Пока скажи, работы много, поэтому задерживаться до ночи будешь.
– А, точно. Ладно. В четыре часа подъеду в переулок, номера перекину. Передай Сереге.
– Хорошо. Я тоже подойду, – ответил Алексей.
2
Полковник Антонов собрал документы в папку и вышел из кабинета. Зайдя в приемную, он посмотрел на секретаря.
– Проходите, генерал ждет, – сказала девушка в звании старшего лейтенанта.
– Разрешите? – спросил он, открыв дверь в кабинет.
– Заходи, Николай Дмитриевич. Заходи, – генерал встал и, подойдя, пожал руку.
Они сели за стол напротив друг друга.
– Константин Иванович, я тут бумаги принес. Это по той теме, что мы говорили, – Антонов подвинул папку ближе к генералу.
– Бумаги – это хорошо. Кого внедрять будете?
– Оперуполномоченного Ветрова Никиту Александровича.
– Ветрова? А почему не Комарова? Комаров, кажется, опытней будет? – генерал взглянул на полковника.
– Комаров сейчас за начальника отдела. Да и внедрение простое. Две-три закупки сделаем и будем принимать. Ветров справится. Четыре года в розыске, должен справиться. С предыдущего места службы характеристики положительные. Он там участвовал и раскрывал резонансные убийства. Отмечен благодарностями и ценным подарком от начальника управления.
– Там, у них, ладно. У нас он сколько проработал? Как себя показал?
– В нашем управлении он всего год, но парень хваткий. В коллектив влился хорошо. Внедрений у него не было, но, я думаю, справится.
– Хорошо. Ты, Николай Дмитриевич, смотри, чтоб бумаги все готовы были. Каждый его шаг бумагой должен быть подкреплен. Иначе прокуратура потом нам головы заморочит.
– Само собой, Константин Иванович. Куратором назначил Тихонова, а общий контроль возложил на Комарова.
– Ты, Николай Дмитриевич, самый главный контроль сам осуществляй. А то ребята молодые. Сам понимаешь, всякое может быть. Ветров четыре, а Тихонов сколько лет работает?
– Так на полгода больше Ветрова. Два месяца назад капитана получил. А Ветрову капитан через месяц. Не мальчики уже, опытные. Комаров тот вообще абориген: восьмой год в розыске.
– Ну, ладно-ладно. Алексея я хорошо знаю. Комаров парень толковый. Смотри, Николай Дмитриевич, чтоб все нормально прошло. Что у нас по обстановке и другим преступлениям?
Антонов еще в течении сорока минут рассказывал начальнику областного УВД о ходе расследования и работы по другим резонансным преступлениям.
3
Он подъезжал к переулку недалеко от управления. Казалось, с того момента, как он услышал свою фамилию на внедрение, время просто полетело. Хотелось много успеть, а ничего не успевал. «Маринка, дура, еще обиделась. Но я же не мог ей сказать, что буду внедряться? Хотя она моя жена. Ну и что? Я первый раз буду участвовать первым номером. Буду непосредственно в центре событий. Я буду в преступной группе. Чего это я размечтался? Надо сначала войти в эту группу. А вдруг раскроют? Вдруг узнают? Что тогда? Все-таки непонятное чувство. Не, ну не будут же они меня убивать, в самом деле? А почему нет? Я же для них враг. Мент для них враг. Ладно. А с Маринкой помирюсь завтра».
– Давай номера поменяем, – встретил его Тихонов, когда он вышел из машины.
После того как они прикрутили новые номера, Сергей протянул ему документы на машину.
– Ну чего, все сделали уже? – подошел Комаров.