– Ты шутишь?
– Никаких шуток. Крис сказал, что из его головы не вылезает та девчонка. Стефорд.
Сэм скривилась в ответ на смешки и взмолилась всем богам, чтобы они поскорее убрались. Судя по включенной воде, парни умывались после тренировки. Звуки падающих капель были такими четкими, словно Сэм прислонилась ухом к краю раковины. Она с трудом контролировала усиленное чутье, а в такие моменты вообще сосредотачивалась на всем сразу.
«Надеюсь, что сюда не завалится вся команда».
– Криса все равно никто не остановит. Кто посмеет перечить ему после случая с Брайаном?
Тут Сэм пришлось отказаться от плана побега. Тема Брайана интересовала ее не меньше, чем странное поведение Кайла.
– Крис будет говорить с Кайлом сегодня вечером.
– О чем?
– Ему не нравится, что Кайл так много времени проводит с Брайаном.
Последовала пауза.
– Крис хочет подцепить любую девчонку, но тогда… не думаю, что он имел на это право.
Они продолжали говорить загадками, и Сэм попыталась сопоставить известные ей факты. Около двух лет назад между Брайаном и Крисом произошла ссора. Да еще такая, что Брайан из красавчика-нападающего превратился в изгоя номер один. Связано это, как выяснилось, с какой-то девушкой, которую Крис попытался охмурить.
Вода выключилась. Сэм услышала отдаляющиеся шаги и выглянула из-за угла. В раздевалке никого не было. Она быстро преодолела расстояние и увидела удачно приоткрытую дверь. Сэм прошмыгнула в коридор и скрылась за поворотом в тот момент, когда послышался гул со стороны стадиона. Футбольная команда закончила тренироваться.
Выйдя на улицу со стороны трибун, Сэм посмотрела на поле, где парни дурачились, направляясь в здание. Бумага жгла ей руку.
Сэм подняла взгляд и нашла Кайла. Его руки были закинуты на плечи рядом идущих парней. Он широко улыбался и шутил, подхватывая смех остальных. Образ справедливого капитана, который никогда не предает своих друзей, никак не складывался с тем, что было нарисовано на листке. Узор был неаккуратным, словно его рисовали на скорую руку. Но Сэм сразу узнала его. Она видела его в свитках во время своего обучения. Символ крассов.
В кармане завибрировал телефон. Сэм дождалась, пока футболисты скроются под навесом, и только потом прочитала сообщение. Сара спрашивала, куда ей надо подъехать.
У обеих было окно между лекциями, поэтому Сэм предложила своей подопечной посидеть в кафе недалеко от университета. Согласие Сары разлилось теплом по всему организму. Чем дольше Сэм находилась рядом с ней, тем сильнее чувствовала связь.
Они встретились у входа в кафе на противоположной от университета улице. Сэм как раз предупреждала Элисон о ближайших планах. Сара приветливо улыбнулась, сильно сжимая лямку рюкзака. В светлых джинсах и белом свитере Сара смотрелась просто, но уютно.
Пока Сэм заказывала латте и чай с лимоном, подопечная осматривала помещение со светильниками странных форм. На выкрашенных в белый цвет стенах не было никаких картин или украшений. Из-за этого заведение казалось просторным. Между деревянными столиками было большое расстояние, поэтому люди могли чувствовать себя свободнее.
– Я попросила добавить карамельный сироп.
Сара удивленно посмотрела на чашку с кофе.
– Откуда ты знаешь, что я его люблю?
Вопрос почти поставил Сэм в тупик.
– Ты говорила как-то в столовой.
– Правда? Я не помню.
На самом деле Сэм подслушала это, когда Сара обсуждала любимые добавки с девушкой со своего курса.
– Мне нравится это место, – сказала подопечная.
– Ты никогда здесь не была? Это кафе совсем рядом с университетом.
– Я не часто куда-то хожу.
Сара, как всегда, попыталась выдавить улыбку, и Сэм решила отвлечь ее расспросами о жизни.
Сара рассказывала о бабушке, которая воспитывала ее с самого детства. О родителях, которые бросили дочь, потому что были заняты путешествиями и не хотели обременять себя ребенком. О районе, где Сара выросла. Там жили люди преклонного возраста или те, кто хотел сбежать от шумных улиц Нью-Йорка. Сара даже рассказала про свою большую шапочку, в которой она ложилась спать, когда болела голова. Или о креме для рук, который пах как протухшее молоко.
– Она заставляла тебя мазаться им?
– Бабушка не любила химию. Никакой косметики до восемнадцати лет. Никаких масок и гелей для лица. В старшей школе я мучилась от прыщей. А бабушка даже не давала мне возможности попытаться избавиться от них.
У Сэм это вызвало смех.
– А у тебя? – спросила Сара.
– Что?
– У тебя в семье были безумные и глупые случаи, от которых тебе хотелось провалиться сквозь землю?
Сэм перестала улыбаться. Она старалась не вспоминать о своей жизни в Северной Каролине. Это влекло за собой сожаление и страх. И самое ужасное, что Сэм не могла поговорить об этом с Элисон. В какой-то момент она поняла, что ее подруга многого не помнила из прошлой жизни. Какого цвета были глаза ее родителей и братьев с сестрами. Цвет холмов, которые освещались утренним солнцем. Она помнила все в общих чертах, но не детали.
Вопрос Сары был простым и невинным, поэтому Сэм постаралась ответить, скрывая боль.
– Обычно из-за моих поступков родители хотели провалиться сквозь землю.
– Этого следовало ожидать. – Сара улыбнулась. – У тебя была большая семья?
Сэм помнила, как намекнула Саре о том, что ее семьи больше нет.
– У меня был старший брат. Кэймрон. Самый воспитанный и добрый среди нас. Следом за ним шла Делия. Дальше по старшинству – Пэйтон. С ним я нарушала все возможные правила, которые придумывали родители. Потом была я. После меня – Теодор и Тейнзи.
– Шестеро детей. Вы были погодками?
Сэм осеклась.
Они были двойняшками. Кэймрон и Делия – двадцать четыре года. Сэм и Пейтон – девятнадцать лет. Теодор и Тейнзи – двенадцать лет.
Но Сэм не произнесла это вслух. Сара бы подумала, что ужасная трагедия произошла в прошлом году. Но это было не так. Семьи Сэм не было в живых уже больше ста лет.
– Нет. Разница в возрасте почти в два года.
На этом разговор о прошлом подошел к концу.
За последний час посетители сменялись один за другим. Сэм и Сара наблюдали за различными персонами, вызывающими у них дикий смех или недоумение.