Орест. Боги и герои Древней Греции
Орест
Боги и герои Древней Греции
Сергей Быльцов
© Сергей Быльцов, 2026
ISBN 978-5-0068-8799-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Вступление
В античной мифологии очень много героев мстителей. По мнению эллинов месть считалась необходимым для человека стремлением к справедливости, которая была милее всего сердцам как богов, так и людей смерти причастных.
Так, величайший и любимейший герой Геракл после освобождения от рабства у Эврисфея, а потом у Омфалы много лет только и делал, что мстил старым обидчикам. Храбрейший из воинов, воевавших под Троей, Ахилл тоже, обиду на вождей и гнев на Агамемнона прекратив, после убийства возлюбленного друга Патрокла, начал бешено мстить. Однако ни Геракл, ни Ахилл не считались героями-мстителями, один был прежде всего великим истребителем чудовищ, а другой храбрейшим героем Троянской войны. Тоже самое можно сказать и о многих других героях, которым приходилось мстить, но у каждого было и другое дело, в котором он больше прославился.
Конечно же, мстителями были и предки Ореста. Печально знаменитые Атрей и Фиест только и делали, что мстили друг другу и в этом видели и достижение справедливости, и смысл своих жизней. Эти два брата стоят у истоков цикла мести, причем кто из них начал первым совершать преступления сказать трудно. Атрей, будучи старше Фиеста на 1 год, захватывает власть в Арголиде, с чем Фиест не согласен поскольку старшинство в данном случае не играет роли, ведь Аргос и Микены достались братьям не по наследству от предков. Поэтому Фиест соблазняет жену Атрея и с ее помощью овладевает престолом. Зевс восстанавливает справедливость и Атрей вновь становится царем. Фиест крадет сына Атрея Плисфена и, воспитав его в ненависти к отцу посылает его убить Атрея. Однако Атрею удается не только спастись, но и убить Плисфена. Когда он узнает, что убил сына, то клянется ужасно отомстить брату. Через некоторое время Атрей приглашает брата с тремя сыновьями, чтобы, якобы, прекратить вражду и жить в мире. Он убивает сыновей Фиеста и на пиру кормит ничего не подозревавшего Фиеста кушаньем из мяса его детей.
Специально зачатый Фиестом от своей дочери для продолжения мести Эгисф продолжает цикл мести. Сначала специально рожденный для мести Эгисф убивает Атрея, а через несколько лет вместе с Клитемнестрой расправляется и с ее мужем Агамемноном, сыном Атрея.
Таких мстителей, как эти два деда Ореста было в мифологии тоже немало, хотя их преступления особенно жуткие. Однако главным было то, что они соперничали за царскую власть и на этом фоне мстили друг другу за конкретные обиды – за жен, детей…
Почти таким же мстителем, как и Орест был сын героя прорицателя и воина первой Фиванской войны Амфиарая Алкмеон. Он также по велению оракула Аполлона отомстил за отца, которого подкупленная сторонниками войны супруга укротительница мужей Эрифила заставила идти воевать. Он убил свою мать, и его стала преследовать Эриния матереубийства. Однако Алкмеон был не только мстителем, он участвовал в походе эпигонов (вторая Фиванская война) и, возглавив его, сделал победоносным. Алкмеон так же впадал в безумие и его очищали от скверны самого ужасного убийства. В жизни и смерти Алкмеона главную роль играла не его месть, а Ожерелье Гармонии.
Орест же является героем – мстителем в чистом виде. Сюжет мифа об Оресте в том, что он, согласно представлениям эллинов, должен обязательно отомстить за смерть самого близкого человека – отца. Это его священный долг, обязанность и, чтобы в мире была справедливость и, чтобы после наказания зла восторжествовало добро, и для самоуважения, ибо тот, кто не отомстит за причиненное зло тебе или твоим родным – слабый, ничтожный, бесчестный человек, достойный презрения.
Однако отомстить Орест должен другому самому близкому человеку – матери и в этой неразрешимости жизненной ситуации заключается трагедия героя – мстителя, подвигом которого является самое тяжкое преступление.
Таким же человеком, одержимым всепоглощающей жаждой мести является только его сестра Электра. Не напрасно два из трех великих трагиков Еврипид и Софокл назвали свои трагедии в цикле, посвященном проклятым Зевсом Танталидам, именем Электры. Однако после убийства Клитемнестры и Эгисфа Электра перестает играть важную роль в событиях не менее значительных, чем сама месть – в суде Ареопага, который знаменовал завершение целой эпохи в античном мире – перехода от матриархата к патриархату.
Орест и Электра много лет готовились к мести. Будущая месть была главным событием всего их существования, только она наполняла жизнь брата и сестры смыслом. С ранних отроческих лет они вынашивали планы мести матери за убийство отца.
Возмужав, нерешительный от природы Орест, в отличие от твердой, целеустремленной Электры, мучительно колеблется, зная, что за такое ужасное кровное преступление, как убийство матери, его будут жестоко преследовать древние богини мести Эринии. Электра же никаких колебаний не испытывала, наоборот, она при необходимости даже подталкивала не особенно решительного от природы брата.
Лишь получив приказ Аполлона, Орест окончательно решается на свершение мести, к которой он стремился и готовился и одновременно – страшился. И все же в критический момент нерешительного, склонного к колебаниям, Ореста подталкивают сестра и друг Пилад.
После убийства матери Ореста преследуют Эринии, ведь это преступление считалось самым тяжким и ему не могло быть оправданий. Орест – особенный герой потому, что его главный подвиг является ужасным, просто немыслимым преступлением.
Некоторые считают древних богинь мести Эриний угрызениями совести и потому Орест, испытывая страшное чувство вины и раскаяния, находится на грани безумия.
Другие же, утверждают, что древние греки не знали, что такое совесть в современном понимании этого слова. Поэтому Орест чаще всего стремился избавиться скорее не от внутреннего чувства вины, а от внешнего осуждения гражданами Аргоса на суде, причем более всего его интересует сохранение собственной жизни, ведь аргосцы хотели забить его камнями, но в итоге приговорили к самоубийству.
Лишь с помощью свидетеля и соучастника преступления Феба и мудрой Афины, стоящей на позиции главенства мужчины в семье и отцовского рода перед женским, Ореста оправдывают в Ареопаге, и он проходит очищение от скверны убийства матери.
Древний аромат Эллады и дух античности первоисточников сохранен в книге не за счет архаизмов и славянизмов, а всесторонней и глубокой стилизацией, использующей все мифологическое богатство древних авторов и прежде всего Гомера и трех великих греческих трагиков Еврипида, Софокла и Эсхила и римского поэта и философа Сенеки.
В книге в форме литературно-обработанных цитат широко использованы:
– трилогия «Орестея» («Агамемнон», «Хоэфоры» и «Эвмениды») Эсхила,
– «Электра» Софокла,
– «Электра», «Ифигения в Авлиде», «Ифигения в Тавриде», «Орест» и «Андромаха» Еврипида,
– «Фиест» и «Агамемнон» Сенеки и
– «Трагедия Ореста» Драконция.
Античные авторы не только своеобразно излагают детали и подробности мифов об убийстве Агамемнона и Клитемнестры, но и существенно по-разному оценивают главных персонажей: Клитемнестру, Эгисфа, Ореста, Электру и незримо присутствующую Мойру – Долю – Судьбу, а также других важных героев – Фиеста и Атрея, Агаменона и Менелая, Елену и Хрисофемиду…
Главный герой – мститель Орест поставлен самой Могучей Судьбой перед неизбежной необходимостью убить мать.
Мести от Орста ждали все эллины, знавшие Агамемнона, как вождя всех вождей и царя всех царей – прославленного победителя не только Трои, но и всей Азии.
Особенно ждал мести Ореста народ Аргоса и Микен, как говорят некоторые, стонавший под тираническим гнетом Эгисфа и Клитемнестры.
Отмщения жаждала и душа безвременно убитого отца в мрачном Аиде, погруженная в глубокую скорбь и безутешную печаль до тех пор, пока за него не будет совершена месть.
Отмщения ожидали и бессмертные боги Олимпа, и космические божества. Аполлон прямо пугал Ореста ужасными душевными и страшными телесными страданиями, если тот не совершит месть. Богам хотелось, чтобы под гнетом целых трех родовых проклятий, первое из которых было объявлено самим Зевсом, рухнуло как можно больше Танталидов-Пелопидов-Атридов. Ананке же, было необходимо завершить переход от матриархата к патриархату. Поэтому мести Ореста бесстрастно ждала и старая Ткачиха Лахесис, давно ее выткавшая в своей седой пряже столетий.
Наконец, мести сына Агамемнона требовало само его существование – вместо всем завидной жизни царевича могущественных полисов Аргоса и Микен он влачил жалкое существование изгнанника, бедного родственника при малозначимом в Элладе фокидском дворе Строфия, женатого на его тетке Анаксибии.
В трагедии Софокла, Орест, без особенных внутренних переживаний и колебаний, убивает сначала свою мать, а затем и Эгисфа. Месть Ореста и Электры не преподноситься как что-то противозаконное или нечестивое, за что должно последовать суровое наказание. Главным героем трагедии, как следует из ее названия, является не Орест, а Электра, ее дочерний долг мести за великого отца перерастает в гражданскую борьбу за законность, правду и справедливость в мире. Однако немалую роль в мести Электры сыграло и то, что ее жизнь служанки не соответствовала ее высокому происхождению.
У Эсхила все герои и виновны, и не виновны. Так Орест, намереваясь, как бы по необходимости убить мать, все время колеблется, особенно под влиянием речей Клитемнестры о материнстве, он полон чисто человеческих, сыновних переживаний, его раздирает внутренняя борьба. Агамемнон у Эсхила не только жертва, но и виновник и родовых преступлений, и втягивания всего народа Эллады в многослезную войну из-за неверной женщины Елены из-за собственной гордыни, чтоб стать еще более могущественным царем. Клитемнестра Эсхила орудие Судьбы и демона родового проклятия. Она ненавидит своего мужа, она бесстыжая, порочная, похотливая, стремящаяся к богатству и власти. Но Клитемнестра чисто по- человечески переживает свое преступление, хочет начать жить мирно, положив конец циклу мести.
В трагедиях Еврипида главные герои изображены реальными людьми. Клитемнестра не просто плохая мать и похотливая женщина, она гордая, сильная и волевая женщина с мужественной мужской душой. Она сознательно мстит супругу за множество причиненных им ей обид: убийство первого мужа Тантала и сына от него, принесение в жертву дочери Ифигении, многочисленные измены и отношение к ней, почти как к рабе. Однако потом для нее важнее всего становится власть и собственное благополучие в ущерб детям. Орест, без колебаний убивающий Эгисфа, испытывает страшные мучения сына, который не может поднять руку на родимую мать. В «Электре» брат и сестра чувствовали себя после совершения мести потерянными, опустошенными и раздавленными. В «Оресте» Орест изображен страдающим приступами безумия и мучимым Эриниями. В бреду он раскаивается в совершенном убийстве и обвиняет в происшедшем Аполлона.
Все мифы изложены в рамках традиционной мифологии, но современным понятным читателю литературным языком.
Часть I. Введение
1. Генеалогическая схема богов
⠀
Божественный Гомер, который своим сладкозвучным искусством заслужил вечную благодарность и не только Эллады, в своих знаменитых поэмах впервые дал имена и прозвища многим богам Древне Греции, разделил между ними почести и сферы деятельности, описав их характеры и внешность.
Гесиод, которому Музы дали посох чудесный, вырезав его из пышнозеленого лавра, и дар божественных песен вдохнули, в «Теогонии» (происхождение богов) впервые систематизировал разноречивые песни о богах и связал их в единое генеалогическое древо, начиная от Хаоса и кончая олимпийскими богами с их владыкой Зевесом.
Согласно поэту, сатирику и философу Ксенофану, всё, что есть у людей бесчестного и позорного, в том числе зависть, прелюбодеяние, жестокость и коварный обман, Гомер с Гесиодом приписывали и великим богам.
Чтобы представить генеалогическую взаимосвязь греческих богов и охватить ее единым взглядом, основные боги Эллады и родственные связи между ними изображены на одном листе. Такая схема не может быть однозначной, поскольку сами родословные отдельных богов у разных древних авторов не редко сильно отличаются.
Генеалогическая схема богов не может быть так же полной, поскольку невозможно уместить имена всех известных богов на одном листе. Только общеэллинских богов наберется несколько сотен, даже, если не раскрывать имена больших групп божеств, таких, например, как 9 Муз, 50 Нереид, 150 Гигантов, 3000 Океанид и столько же речных богов (Потамов).
Космических божеств мифологи обычно не выделяют в особую группу, однако, для того чтобы понять откуда взялись боги вообще и в частности самые древние боги I поколения, это сделано. Среди них наиболее важная роль в книге отведена дочерям всемогущей богини Необходимости Ананке Мойрам, олицетворяющим непостижимо таинственный Рок и Могучую Судьбу.
В орфических гимнах богиню Необходимости считали дочерью Афродиты Урании, что мало обоснованно. При этом знаменитые философы отводят Ананке и Мойрам чрезвычайно важную роль в мироздании.
Самыми многочисленными и могучими богами были 12 древних Титанов (Младших Уранидов), их дети и внуки, однако в результате грандиозной десятилетней войны – Титаномахии, они были побеждены новыми богами, обосновавшимися на Олимпе. Олимпийские боги по рождению являлись тоже Титанами, но после ужасной для всех Титаномахии они стали противопоставлять себя Древним Титанам, которых они считали дикими и необузданными, как стихии.
14 олимпийских богов – это главные боги греческого пантеона. 6 олимпийских богов – Уранидов принадлежат к богам III поколения, 7 олимпийских богов – это дети Зевса, они относятся к богам IV поколения и 14-я олимпийка – Афродита – богиня II поколения.
Имена Олимпийцев, играющих в античной мифологии центральную, определяющую роль, на схеме выделены крупным жирным курсивом.
В любом генеалогическом древе очень важна его непосредственная компоновка, особенно, если древо большое. Предлагаемое расположение богов является оригинальным. Как видно, каждое из поколений богов расположено вдоль своего горизонтального ряда. Поэтому блок олимпийских богов разделен на 2 части: одна – это боги III поколения (6 Титанов, детей Крона и Реи: Зевс, Аид, Посейдон, Гера, Деметра и Гестия), и другая – боги IV поколения (7 детей Зевса: Аполлон, Артемида, Арес, Афина, Гермес, Гефест и Дионис). Четырнадцатая олимпийская богиня Афродита выделена, как и остальные олимпийцы, шрифтом и находится на своем месте – в блоке Старших Уранидов – богов II поколения.
Космические божества
2. Хаос
Изначально во Вселенной существовал только Хаос (раскрываться, разверзаться), который эллины считали с одной стороны Ничем – совершенной пустотой, с другой стороны – первоисточником всякой жизни во Вселенной.
Хаос существовал вечно, однако вечность еще не обозначала бесконечно огромный промежуток времени, поскольку Хронос-время еще не родился. Вечность скорее означала некое застывшее «всегда».
Согласно Гераклиду, все смешано как в кикеоне (болтанке) и одно и то же: удовольствие-неудовольствие, знание-незнание, большое-малое – [все это] перемещается туда-сюда и чередуется в игре Вечности (Эона). – А что такое Вечность? – Дитя играющее, кости бросающее, то выигрывающее, то проигрывающее…
По лучшему знатоку божественных генеалогий Гесиоду, Хаос – это зияющее, неизмеримое мировое пространство, существовавшее прежде всех вещей, мрачный, первоначальный источник всякой жизни в мире и самого мира.
Под Хаосом понимали так же Беспорядок, и уже в Первобытном Хаосе изначально была заключена его Противоположность в виде зародыша вселенского Миропорядка, названного древними греками Космосом (Порядок).
Овидий, как всегда красиво, поет, что вначале была лишь бесформенная косная масса. Не было моря, земли и над всем распростертого неба, – Лик был природы един на всей широте мирозданья, – Хаосом звали его. Нечленной и грубой громадой, бременем косным он был, – и только, – где собраны были связанных слабо вещей семена разносущные вкупе.
Уже в Первобытном Хаосе изначально была заключена его Противоположность в виде зародыша Миропорядка, названного древними греками Космосом (порядок). В пустоте Хаоса изначально было заключено все, и все пребывало, как поет Овидий, в борьбе: Холод сражался с теплом, сражалась с влажностью сухость, битву с весомым вело невесомое, твердое с мягким…
3. Космос
Однажды Хаос породил Космос, под которым греки понимали не относительно пустое пространство Вселенной, а Упорядоченность, Миропорядок.
Одновременно с Космосом, возникли присущие ему Пространство и Время. Пространство было пустым и бесконечным.
Лукреций говорил о бесконечности так: коль был бы предел положен пустому пространству, всех бы бесчисленных тел основных оно не вместило.
После того, как вечный Хаос породил Космос появились космические божества: Хронос (время), Ананке (Необходимость) и Тюхе (Случайность). Все необходимые законы возникли вместе со Вселенной, и Ананке, являясь воплощением этих законов, строго следит за их соблюдением.
Закон стал истинным Творцом всего сущего. Анаксимандр Милетский первым употребил термин «закон». Космос сформировался и сам себя привел в Порядок.
Согласно «Естественной истории» Плиния Старшего, космос – это нечто священное, вечное, безмерное, все во всем, даже поистине само «все». Содержа собою все извне и изнутри, он есть одновременно и итог всей природы вещей, и сама эта природа как таковая.
По Диогену Лаэрцию, легендарный Пифагор первый назвал Космосом Вселенную. При этом это была, благодаря Закону и Числу, гармонически упорядоченная Вселенная, противостоящая бесформенному первозданному Хаосу.
Для пифагорейцев, которые были близки орфикам, космос означает не только небо, но вообще Вселенную. Гераклитовский космос – это Мировой порядок, тождественный для всех, причем в отличие от Платона этот миропорядок не создал никто ни из богов, ни из людей.
Гераклит из Эфеса больше всего знаменит своим изречением «Всё течёт и движется, и ничего не пребывает», но ему же принадлежит изречение, что космос, тот же самый для всех, не создал никто ни из богов, ни из людей, но он всегда был, есть и будет.
Однако Эпикур считает Космос уничтожимым, поскольку он когда-то возник, как возникает всякое живое существо и потому когда – ни будь обязательно исчезнет.
Аристотель говорит, что подлунная часть мира подвержена изменению; подвержены порче и относящиеся к ней земные явления. В «Метафизике» знаменитый мыслитель, создавший универсальную систему философии, рассказывая о единообразном вращении космоса в одном и том же месте говорит, что это не что иное, как круговое движение вечного бытия в самом себе, движение, не знающее пространственных перемен и не зависящее от перемены места, космос не стареет и не останавливается, но он всегда есть, т. е. он вечен.
Многие древнегреческие ученые Космос считали ограниченным, и в его центре располагали неподвижную шарообразную (!) Землю, вокруг которой вращались все небесные тела, включая Солнце. Далекие звёзды располагались на периферии Космоса, вдали от Земли. Это вращение было связано с лежащем на коленях Ананке Мировым Веретеном, на Ось которого насажено все Мироздание. Дщери Необходимости Мойры, ее наместницы на земле и на небе следят за соблюдением богами и людьми Миропорядка, однажды возникшего из первозданного Хаоса, и ткут особую пряжу столетий, вытягивая из нее нити Судеб богов и людей, смерти причастных.
4. Ананке
О происхождении богини необходимости есть разные мнения.
Орфики говорят, что Ананке – это дочь Афродиты Урании, и богиня Необходимости родила Мойр от Зевса.
Согласно Плутарху, Ананке родила Адрастею (Неотвратимая) от Зевса.
Из дальнейшего видно, что Ананке правильнее считать бестелесной космической богиней Необходимости, которая возникла вместе с Космосом, Хроносом и Тюхе.
Цицерон в трактате «О природе богов» говорит, что все подчинено Природе, Ананке же олицетворяет ее незыблемые законы. Необходимость, вершительница Судеб богов, Космоса и душ человеческих. Один из семи мудрецов Фалес из Милета и прославленный Пифагор уверены том, что сильнее всех в мире Необходимость, ибо она правит Вселенной (одолевает всех) и владеет миром.
В веках не стареющий песнопевец Гомер так же поет, что с великой Ананке и ее непреложными дочерями не спорят даже великие боги. Поэтому на генеалогической схеме Ананке – дочь вечно существовавшего Хаоса, рожденная вместе с Космосом и Хроносом. Если Ананке – символизирует необходимую предопределенность мира, то ее сестра богиня Случая Тюхе – изменчивость мира, его неустойчивость и случайность.
Философы Парменид и Демокрит говорят, что все существует согласно Необходимости; Судьба же, Провидение и Творец мира – одно и то же.
Ананке, хоть и признавалась многими смертными великой и всемогущей богиней, все же не пользовалась особым почитанием, впрочем, как и большинство других древних, тем более космических божеств. Возможно, потому, что космические божества не антропоморфные, бестелесные и они были ко всему безразличны, их нельзя было умолить, ибо они знали только Необходимость.
У Необходимости нет определенного облика, и некоторые считают ее безличной, но в тех редких случаях, когда она появлялась на земном небе, она принимала вид красивой молодой женщины с правильными чертами безмятежного, не подверженного страстям, лица.
Склонные к поэтическим выдумкам писатели говорят, что строгая видом Ананке – Необходимость предшествует зеленоглазой Тюхе (Случай) с пепельными волосами, неся в правой руке железные балочные гвозди, клинья, скобы и расплавленный свинец.
Ананке абсолютно не подвержена человеческим страстям, она всегда спокойна и невозмутима потому, что знает наперед почти все. «Почти» означает то, что даже ее знание будущего не абсолютно, ибо законы, управляющие мирозданием, лишь кажутся совершенно незыблемыми, а в действительности слегка зависят от «беспричинного» Случая, олицетворением которого на земле и небе стала богиня Тюхе.
В древние времена богиня Необходимости часто появлялась среди богов, приходя к ним во снах, и терпеливо объясняла им их сущность и, если можно так сказать, их права и обязанности. В дальнейшем, когда на земле появились и люди, смерти подвластные, волю Ананке стали диктовать ее наместницы – три дочери Мойры.
Одно поколение богов сменяло другое, и всегда изменения сопровождалось борьбой. Когда на земле возникли моря и горы, леса и поля появились могучие боги природных стихий Древние Титаны, и Ананке была на их стороне и незримо помогала им, но время шло, а они по-прежнему оставались не управляемыми. Для каждого из Титанов главным была его свобода, и они не признавали никаких ее ограничений, даже если свобода одного ограничивала свободу многих других. Поэтому, когда появилось новое поколение богов, на Олимпе живущее и они стали воевать с Титанами за ограничение их свобод, Ананке однозначно стала помогать олимпийцам, как более прогрессивным богам.
Некоторые задаются вопросом: если богиня Необходимости не только знает, но и творит будущее, то имеет ли смысл ей кому-то помогать и вообще во что-либо вмешиваться? Не должно ли предначертанное законами мироздания будущее закономерно и необходимо возникать само собой в любой момент времени? И, если это так, то стоит ли дочерям Ананке, ее наместницам на земле и на небе Мойрам во что-то вмешиваться для сохранения Миропорядка? Если же, это не так, то что, тогда есть Предначертание Свыше? Эти вопросы когда-то задавал царь олимпийских богов Зевс самой Ананке и получил от нее по смыслу такие ответы:
– Действительно Вселенная подобна огромному раз и навсегда заведенному механизму, действующему по всеобщим незыблемым законам, и потому в любой момент будущего можно было бы сказать все и обо всем. Однако Случай, олицетворяемый богиней Тюхе, все время вмешивается в работу отлаженного Ананке – Необходимостью механизма бесконечной Вселенной, и этот механизм изредка дает сбои, которые обычно не велики, но во Вселенной появляется Неопределенность, от которой полностью избавиться невозможно. Кроме того, людям на земле Необходимость предоставила свободу Выбора, в пределах действия законов природы, и еще большая свобода досталась могучему племени богов, живущих в небе высоком, ибо без свободы воли разумных существ, согласно всеобщим законам Ананке, их жизнь чахнет и в конечном итоге гибнет.