Орест. Боги и герои Древней Греции

19. Всемогущество

Божественный учитель Ямвлих прямо говорит, что боги всемогущи, причем их всемогущество равным образом действенно во всем сразу и в любое мгновение.

Отец истории Геродот тоже пишет, что, по словам Пифии для бога пожелать сделать и сделать – одно и то же. Однако так считали не все.

Софокл говорит, что даже богам недоступно все, что угодно. Они не волшебники и не могут нарушать законов Природы.

Например, боги не властны над временем и не могут изменить прошлое. Боги подчиняются не только законам Природы, но и Судьбе, которую и они называют Могучей. Для Зевса и тем более для других богов обязательны повеления богини Необходимости Ананке. Богиня Случая Тюхе так же может бесцеремонно вмешиваться в жизнь бессмертных богов. Ананке оставила на земле наместниц, своих вещих дочерей Мойр, которые при необходимости объявляют богам то, что им надлежит делать или, наоборот, чего делать нельзя. В древние времена боги пытались с ними спорить, но после того, как Зевс безуспешно попытался испепелить молниями Мойру Лахесис, сам Отец всех бессмертных и смертных стал исполнять их волю беспрекословно.

Климент Александрийский говорит, что трагик Эсхил поет о божественном могуществе, не колеблясь и называет его всевышним:

– Отличай богов от смертных и не думай, что Бог подобен тебе и телесен, ты не знаешь его. Вот он огонь в его яростной силе, вот – вода или мрак. Он может быть видом дикому зверю подобным, ветром и облаком, молнией, громом и ливнем. Море и скалы подвластны ему, и источники вод, и потоки. И содрогаются горы, земля и морские глубины, если на них взирает жуткое око владыки: всемогуща всевышнего слава.

Еврипид же призывает прекратить глупую болтовню поэтов вместе с Каллимахом, говорящим: «Если ты понимаешь бога, Знай, что и сделать божество может все».

Ибо все не может бог сделать, так как, если бог действительно есть, пусть (попробует он) сделать снег черным, огонь – холодным, горизонтальное – вертикальным, и наоборот.

Конечно, любой софист легко докажет, что абсолютно всемогущего существа в природе просто не может быть. Например, достаточно попросить бога создать существо, которое будет сильнее его. Если бог сделает это, то он будет слабее этого существа, если же не сможет, то значит, изначально он не всемогущ. Хотя это пример скорее логического парадокса, основанного на порочном круге.

Олимпийские боги не только не всемогущи в абсолютном смысле, но они вообще отличаются от смертных не столь значительно, как некоторые часто думают. Основные отличия подвластных смерти людей и богов – это бессмертие, возможность превращений и значительная сила последних.

Бессмертие, как было сказано выше, ложное хотя бы потому, что боги появились после возникновения природы, т.е. они были не всегда. Тогда не трудно логически доказать, что, несмотря на амбросию и нектар, они и будут не всегда, т.е. когда-нибудь умрут, исчезнут. Асклепий же считал, что жизнь и смерть не противоположны и не взаимоисключают, а наоборот взаимодополняют друг друга. Смерть невозможна без жизни, и жизнь невозможна без смерти, т.е. никакое живое существо не может быть бессмертным.

Боги – это особенное, чрезвычайно могучее и долгоживущее племя по сравнению с несчастными человеками, живущими на земле в огорчениях, но кое в чем «почти бессмертные» людям уступают. Боги не могут покончить жизнь самоубийством, а ведь давно известно, что жизнь против воли может превратиться в ужасное мученье.

– Лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас.

Так сказал однажды бог злой насмешки Мом после того, как побывал в Тартаре, низвергнутый в ужасную пропасть Кронидом за бурную дерзость и непомерную наглость. По указанию непререкаемой Мойры Лахесис царь богов вернул злословного Мома, и тот о своем пребывании в Тартаре никогда не шутил.

Писатель эрудит Плиний Старший, рассуждая о несовершенствах человеческой природы, говорит, что в них есть чем утешиться и даже очень. Ибо и Бог ведь не все может: не может, например, совершить самоубийство, если бы и захотел – а человеку он даровал этот лучший дар среди стольких жизненных бед.

Таким образом, хоть в чем-то слабые люди превосходят могущественных богов.

Плиний так же говорит, что не может Бог ни наделить смертных бессмертием, ни воззвать к жизни усопших, ни сделать так, чтобы проживший свою жизнь оказался никогда не жившим или тот, кого когда-то почитали, оказался никогда не почитавшимся. Нет у Бога никакой власти над прошедшим, разве что повелеть его забыть. Вот еще хотя и забавный довод в пользу нашей общности с Богом: [ни для него, ни для нас] невозможно сделать дважды десять неравным двадцати или многое этому подобное.

Плотин спрашивает себя: Уместно ли относительно богов задаваться вопросом, обладают ли они свободой воли и в каких пределах, или же этот вопрос естественно возникает лишь относительно людей, в виду слабости, шаткости, ограниченности их сил, между тем, как относительно богов сразу следует согласиться, что, поскольку они всемогущи, то все в их воле и власти? И отвечает: А может быть беспредельное всемогущество, равно как и абсолютная, ничем не ограниченная воля принадлежит только Первоединому, между тем, как могущество и воля других божеств имеет для себя лишь определенные, не во всех случаях одинаковые пределы?

По силе боги значительно различаются, но даже самый сильный из богов Зевс вынужден был прибегать к помощи других богов и новых видов оружия (перунов с молниями и громами) в битвах с Титанами и Гигантами. Самому сильному из когда-либо рожденных живых существ Тифону царь богов уступил в схватке, хоть в конечном итоге, благодаря вмешательству Мойр, гордое грубой силой чудовище оказалось под огнедышащей Этной.

При этом, самые главные божества – олимпийские боги, включая Зевса, – не творцы Вселенной и не создатели мира, они сами некогда появились и, значит они только почти всемогущие и почти бессмертные. Олимпийцы управляют миром, но и сами подчиняются основным законам природы, олицетворением которых является богиня Необходимости Ананке и ее дочери Мойры

20. Предвидение

Боги не знают будущего, хотя некоторые из них, например, Гея, Фемида и Аполлон считаются богами-прорицателями и потому занимаются вещаниями и предсказаниями, открывая для этого храмы – оракулы. Так же и боги морской стихии, такие как Нерей и Протей, искусны в предсказаниях, касающихся других.

Самый сильный из богов, почти всемогущий Зевс-царь, казалось бы, имевший самое древнее прорицалище в Додоне, и не знал, что лишится старших дочерей Ангелы и Арги, а новорожденного сына Загрея сожрут Титаны. Не знал Кронид и того, что потерпит поражение в честной борьбе со сверхмощным Тифоном и многого другого не знал, не столь существенного.

Аполлон – единственный из олимпийцев бог – прорицатель. Однако он не знал, что ему откажет Гестия, иначе не сватался бы к ней. Не предвидел бог предсказатель смерти возлюбленного Гиакинфа, иначе не бросал в небо бы диск. Если бы мог представить, что возлюбленная Дафна, спасаясь от него, превратится в лавр, не бежал бы за юной нимфой. Не знал Стреловержец и того, что Коронида беременна от него Асклепием, которого потом поразит перуном Молниевержец – отец.

По словам Лукиана про лучшего из богов прорицателя Феба, Гера так говорила:

– Он настроил много заведений и берет за прорицанье гекатомбы жирных коз и тельцов тучных и даже быков круторогих. Но что он на самом деле смыслит в прорицаньях?

Морской бог Протей, сын Посейдона и Псамафы считался одним из самых искусных прорицателей. В орфическом гимне Протея называют премудрым, знающим все в настоящем. Равно и прошлое все, и то, что свершится в грядущем, всем обладая, меняющимся и все изменяющим! Благодаря великому Гомеру, известно его предсказание, сделанное царю Менелаю о его будущем. Много он предсказывал и Фетиде о ее сыне храбрейшем воине-герое Ахиллесе. Однако о своей жизни он многое не мог предсказать, например, даже то, что его подкараулит и схватит Менелай.

О предсказаниях Главка морского известно со слов Аполлодора и Аполлония Родосского. Однако, себе Главк предсказать не смог даже того, что не следует искать утешенья у волшебницы и колдуньи Кирки, которая из ревности превратила его возлюбленную красавицу Скиллу в ужасное и безобразное шестиглавое чудовище.

Таким образом, ни один из богов по-настоящему не прославился своим искусством прорицания, если не считать Аполлона, дававшего прорицания сотни лет устами Пифии, под видом которой нередко вещала сама Мойра Лахесис.

В тех же случаях, когда боги знают некоторые особенности будущих событий, они ничего не могут изменить и действуют, как куклы в руках непреложных дщерей Ананке. Например, во время Троянской войны боги знают, какой герой и при каких обстоятельствах должен погибнуть и вообще – кто и когда победит в этой грандиозной войне. Тем не менее, могучие олимпийцы Аполлон, Артемида, Афродита и Арес с начала и до самого конца войны не только помогают троянцам, заранее обреченным на поражение, но порой и сами воюют, получая очень болезненные раны.

Однако никто из богов, помогавших Трое, даже не намекнул троянам о даре данайцев – огромном деревянном коне. Главный божественный оплот греков – Гера и Афина так же прекрасно знают, что их подопечные в конечном итоге победят, и все же они приближают день победы, как только могут, и очень переживают даже при мелких неудачах, а иногда и свободой рискуют и здоровьем.

У Гомера боги обычно знают многое наперед. Даже второстепенные богини, такие как Калипсо, Лавкотея, Кирка, не говоря уже об олимпийских богах, знают, что ожидает Одиссея, но поступают в рамках дозволенного им Зевсом или Мойрами. Афина много помогает Одиссею, но ее помощь часто символическая – она укрепляет его дух и дает советы или просит за героя отца, хотя могла бы помощь явно, например, быстро доставить на Итаку.

Гомер поет, что богу спасти нас нетрудно и издали, если захочет. Но и богам невозможно от смерти, для всех неизбежной, даже и милого мужа спасти, если гибельный жребий скорбь доставляющей смерти того человека постигнет.

21. Справедливость

Все олимпийские боги огромное значение придают справедливости.

Климент Александрийский говорит, что бог не знает ни снисхождения, ни милосердья, ему понятна и мила лишь справедливость.

Гераклит же, говорит, что для бога все прекрасно и справедливо, люди же одно признали несправедливым, другое – справедливым. Основатель диалектики пришел к такому выводу потому, что войны и битвы нам кажутся ужасными, а для бога и в них нет ничего ужасного: бог все обращает на благо гармонии Целого и все промышляет в пользу.

Все говорят, что только те любезны блаженным богам, которым ненавистна несправедливость.

Главный охранник справедливости сам Зевс, и ему помогают богиня неотвратимого возмездия Немесида, Астрея – Справедливость, которая сродни богине Айдос – Стыдливости, Адрастея – Неотвратимая Справедливость и, конечно же, богиня Справедливости и Правды Дике. Целых четыре могучих богини служат справедливости и еще сам Зевс! Однако Зевс порой противопоставляет другим олимпийцам не справедливость, а свою силу и при этом считает, что поступает справедливо.

Премудрые олимпийские боги понимали, что тот, кто совершает несправедливость несчастнее несправедливо обиженного. Несправедливо поступающему все время причиняет неудовольствие воспоминание о собственных дурных поступках, и он находится в состоянии постоянного страха и самоосуждения. Справедливость же дает смелость духу, неустрашимость мыслям и самоудовлетворение. Поэтому олимпийцы не только следили за соблюдением справедливости среди людей, смерти подвластных и наказывали виновных, но и сами всегда поступали справедливо, по крайней мере, в собственных глазах.

Гесиод говорит, что есть еще дева великая Дике, рожденная Зевсом, славная, чтимая всеми богами, жильцами Олимпа.

Впрочем, не все так просто. Иногда даже старая лишь обликом Мойра Лахесис не могла отличить богиню справедливости Дике от богини несправедливости Адикии.

Трагический поэт Еврипид в драме «Финикиянки» поет:

– У истины всегда простые речи, она бежит прикрас и пестроты, и внешние не нужны ей опоры. А Кривды речь недуг в себе таит, и хитрое потребно ей лекарство.

Аристотель считал, что справедливость – это, прежде всего, равенство, однако, очевидно, что Зевс не согласен с великим ученым и философом. Поэтому в древности говорили: То, что позволено Юпитеру, не позволено быку.

Цицерон в трактате «О природе богов» говорит, что самая совершенная из всех добродетелей – справедливость.

22. Мстительность

В той или иной степени (в зависимости от определений слов «месть» и «наказание») почти все боги были мстительными, хотя некоторые из них, в том числе Зевс считали, что они наказывают и карают, но не мстят. Так, например, Олимпиец не раз назидательно говорил своим родственникам – олимпийцам:

– Да, для ничтожного, жалкого племени людей, этим детям праха, листьям увядшим, в качестве ответных действий для причинения вреда преступнику в гневе или в обиде, месть необходима для торжества справедливости в моей вселенной и для самих людей, во-первых они получают удовольствие, видя страдания обидчика и, кроме того, им кажется, что они сохраняют так свою честь и достоинство… Мы же, бессмертные боги, не должны опускаться до мести, наше величие этого не позволяет. Мы не мстим, а наказываем, караем и воздаем и не потому, что было совершено преступление, в потому, чтобы оно не совершалось впредь этим преступником или другими людьми. Так особенно справедливо карают мои милые дочери Дике и Адрастея или Немесида, которая карает неотвратимо. Никакой обиды они не испытывают к преступнику или нечестивцу из бессильного, немощного рода людей, а вот от гнева даже мне бывает избавиться трудно, а он, бывает, даже самых великих и мудрых в заблуждение вводит.

Боги понимали, что их правитель, из богов величайший, частенько принимает желаемое за действительное и часто не могли удержаться именно от мести. Конечно, не о всех, а лишь о некоторых, самых известных актах мести олимпийских богов вкратце расскажем, чтобы дать представление о мстительности богов:

Так, всеобщая праматерь Гея мстила своему сыну и мужу Урану за то, что он заточил в Тартар ее милых Сторуких и Одноглазых чад. Она призвала своих детей древних Титанов отцу воздать, т.е. отмстить за неслыханное злодейство. Гея не раз мстила царю новых олимпийских богов своему внуку Зевсу. Например, она родила полторы сотни Гигантов, предназначенных для битвы с олимпийскими богами, чтобы ограничить их деспотическую власть. Позже Гея, отдавшись объятиям страстным, сопряглась с ужасным бездонным Тартаром, который ее давно домогался, и родила в Киликии от него еще более ужасного, чем отец, беззаконного силой великана Тифона, который тоже сражался с Зевсом и даже победил его в первой битве.

Вестник Зевса Гермес хладнокровно и мстил всему роду Пелопа (потому, что хотел видеть страдания потомков преступного основателя рода) и наказывал Пелопидов, чтоб другим было не повадно за то, что Пелоп обманул и вероломно убил возницу Эномая Миртила, который был его сыном. Действия Гермеса были по большей части тайные и потому в них больше было мести, нежели возмездия.

Афродита мстила Психеи, наслаждаясь ее страданиями, за то, что та была настолько красива, что ей божеские почести начали воздавать. Киприда так же мстила роду всевидящего солнечного Титана за то, что он сообщил ее тогдашнему мужу Гефесту, что Арей с ней в любви сопрягаются тайно. Милоулыбчивая богиня наградила гнусными пороками или несчастной любовью Кирку, Пасифаю, Ариадну, Федру и других менее известных представительниц рода лучезарного Гелия.

Артемида и карала, и была жестокой мстительницей. Например, она убила за хвастливость Хиону, пронзив стрелой ей язык, отомстила за оскорбление матери спесивой Ниобе, убив пять ее дочерей из шести, юного Актеона за то, что он увидел ее обнаженной, она превратила в оленя и затравила собаками. Самой известной местью Медвежьей Богини была травля калидонцев ужасающе огромным и свирепым вепрем за то, что царь Ойней забыл на ее алтарь принести плоды нового урожая. Мститель Агротеры посевы топтал и губил хлеба на корню; валил виноградные лозы и буйства в стадах учинял, насмерть задрав сотню пастухов и собак, пока его не убил Мелеагр на знаменитой Калидонской охоте.

Лучезарный Аполлон мстил не только ахейцам, для смерти рожденным, за своего жреца Хриса стрелами и мором. Будучи еще ребенком, он убил чудовищного змея Пифона за то, что тот преследовал его милую мать скромницу Лето и по приказу Геры не давал ей родить на твердо земле. Феб убил Киклопов -ковачей за то, что они выковали перуны и молнии, которыми Зевс убил его милого сына Асклепия. Интересно, что ни Гере, ни Зевсу Аполлон даже не пытался отомстить, находя себе жертвы для мести по плечу.

Посейдон мстил судьям и целым народам, которые принимали не его сторону в его многочисленных спорах за земли, например, с Афиной – за Аттику и Трезен, с Герой за Арголиду, с Зевсом за Эгину. С Дионисом за Наксос, с Аполлоном за Дельфы, с Гелиосом за Родос.

Геру не напрасно все звали злокозненной кознодейкой. Она мстила почти всем, с кем общалась – Гераклу, Пелию, Семеле, Лето, Каллисто, Эхо…

Даже благая Деметра мстила за похищение своей дочери от Зевса Коры…

Арес жестоко отомстил любовнику его жены Афродиты красавцу Адонису. Превратившись в кабана, бог кровавой войны растерзал упавшего с лошади юношу, не оставив на нем не единого живого места.

Афина не раз мстила своему ненавистному брату Аресу, доставляя ему страдания. Чаще всего Паллада мстила в приступе гнева. Так, например, она вырвала глаза юному Терисию за то, что он, увидев ее обнаженной в воде, не закрыл сразу бесстыжих глаз.

Богиня помогала очень многим героям, но тем, кто не почитал богов, жестоко мстила, например, Большому и Малому Аяксам. Великий Аякс нагло заявил, что не нуждается в ней, как в богине. Вскоре после этого Теламонид под мстительным воздействием Афины впал в безумие, перебил стадо баранов, принадлежавшее ахейцам, и покончил с собой, бросившись единственно уязвимой подмышкой на меч. Так же Афина отомстила Малому Аяксу, осквернившему изнасилованием Кассандры ее алтарь и тысячам ахейцев, которые не забили его за это камнями. Паллада потопила флот аргивян и самого дерзкого оилеева сына.

Дионис отмстил за не почитание многим. Ликурга он ввергнул в безумие, и тот жестоко убил жену и сына и надругался над ними, потом отрубил и себе ногу до того, как эдоны, возбужденные Вакхом, привязали его к коням и разорвали на части. Почти так же Дионис отомстил боровшимся с его мистериями фиванскому царю Пенфею и божественному музыканту Орфею, которых растерзали опьяненные до безумия неразбавленным вакховым соком вакханки.

Добряк Гефест был самым миролюбивым из олимпийцев. Однако знаменитый хромец обеногий оказался страшным в мстительной ревности – его знаменитое Ожерелье Гармонии принесло несравнимо больше несчастий потомкам в основном женского рода его неверной жены Афродиты, чем все коварство и злокозненность его ревнивой матери Геры. Гефест не мог и не хотел причинить телесных мучений самой богине любви, которую он беззаветно любил, и он замыслил создать особое ожерелье, не как наказание за их измены, а как месть всем женщинам из рода изменившей ему Афродиты.

Посейдон был вспыльчиво бурным, как его стихия, но отходчивым и потому мстил редко. За то, что хитроумнейший герой Троянской войны Одиссей ослепил сына Колебателя земли Посейдона Полифема, царь зыбей дал себе слово сделать все, о чем просил одноглазый сын великан. Земледержец на протяжении почти 10 лет не давал царю скалистой Итаки домой вернуться. Когда же сама Судьба наткала Одиссею близких увидеть и снова вернуться в дом свой, Посейдон сделал так, чтоб это случилось после многих несчастий, товарищей всех потеряв, в чужом корабле он вернулся и встретил там несчастье и горе.

Зевс расправился с многими своими могучими врагами такими, как Титаны, Гиганты и Тифон, и трудно сказать – чего было больше в его действиях мести или кары, или же все было сделано по неизбежной необходимости. Олимпиец низвергнул не покорившихся ему Титанов таких, как Иапет и Менетий, в Тартар, но вряд ли это можно назвать местью. А вот героев I поколения, боровшихся с ним таких, как Иксион, Салмоней и Тантал, он мстительно покарал, т.е. наказал, но так, чтобы они еще и страдали.

Некоторые говорят, что Зевс по-настоящему мстил только своей сестре и последней законной супруге Гере. Царица Олимпа, конечно, в ответ, как могла, тоже мстила супругу, и цикл их мести друг другу тянулся тысячелетиями и выражался в основном в бесконечных ссорах после того, как Зевс среди эфира и облаков подвесил Геру на неразрывной веревке, привязав к каждой ноге по наковальне, и Мойра Лахесис запретила ему подобное повторять.

Олимпийские боги III поколения (Дети Крона)