Орест. Боги и герои Древней Греции

48. Пелоп влюбляется в Гипподамию и обзаводится божественными конями

Нон Панополитанский поет, как Пелопа лопатку задумчивая Део успела проглотить на пиру богов, устроенном нечестивым Танталом. Заменивши на кость слоновую с дивным искусством, мальчику, жертве несчастной, снова вставляет Кронид, разъединенные члены тела приставив друг к другу.

Овидий поет, что на левом плече, когда Пелоп одежды с груди совлекал, слоновая кость виднелась. С правым плечом при рожденье оно одинаково было цветом, из плоти, но руками отцовскими члены были разрублены; вновь, говорят, их составили боги. Все их нашли, и лишь там, где сходится с краем ключицы шея, была пустота; взамен недостающей части вставили отполированную слоновую кость; и опять оказался в целости Пелоп.

После воскрешения Пелоп детство и юные годы провел на Олимпе, в обществе небожителей. Когда Зевс низверг отца нечестивого, то и сын был вынужден покинуть нетленные чертоги богов.

На земле Пелоп унаследовал пафлагонский трон и владения от своего родителя Тантала и некоторое время жил на севере Малой Азии в Энете, что на берегу Понта Эвксинского, где правил лидийцами и фригийцами. Когда его начали гнать варвары, то он успел обосноваться на лидийской горе Сипил, где было родовое имение его отца. Когда же троянский царь Ил прогнал Пелопа, тот был вынужден бежать, но, говорят, он смог забрать с собой несметные богатства и отправился на мореходном корабле через Эгейское море.

Сыну Тантала с плечом из слоновой кости надо было где-то прочно обосноваться, и быстрее всего это можно было сделать, женившись. Поэтому Пелоп стал подыскивать подходящую невесту, и тут он услышал о состязаниях, устраиваемых Эномаем.

Юный Танталид прибыл в Пису и как только увидел Гипподамию, вечным богиням красотою подобную, сразу влюбился в нее так, что жизни своей без прекрасной дочери Эномая уже не представлял. Однако благоразумный юноша не хотел, чтобы и с его головы сняли скальп и прибили над входной дверью чертога правителя Писы, как уже было сделано с многими женихами, пожелавшими стать мужьями прекрасной дочери Эномая..

Пелоп взял из привезенного богатства много драгоценных сокровищ и принес их к жертвеннику Посейдона. Владыка морей счел сокровища достойными и пообещал Пелопу крылатых коней, которые не уступали в быстроте Борею, однако добавил еще одно условие. Пелоп был очень красивым, а Посейдон любил не только дев, но и юношей, особенно красивых.

Пиндар поет, что красавца Пелопа полюбил Держатель земли Посейдон, когда Мойра Клото, выбравшая себе облик зрелой красавицы, воздвигла его из чистой купели с плечом, блиставшим полированной костью слоновьей.

Земледержец потребовал, чтобы за его коней Пелоп провел с ним, хотя бы одну ночь. Пелоп всегда помнил о судьбе отца, и лопатка из слоновой кости все время напоминала о себе тупой, ноющей болью в плече. Поэтому он не стал противиться могучему богу и на одну ночь отдал свое тело в разврат потому, что без коней Посейдона ему было не видать прекрасной Гипподамии, равно, как и писсейских земель.

Согласно Аполлодору, Пелопс, после того как его закололи и сварили на пиршестве богов, вернувшись к жизни, стал еще более красивым; отличаясь такой божественной красотой, он стал возлюбленным Посейдона. Посейдон подарил ему крылатую колесницу: влага совсем не касалась ее осей, когда она мчалась по поверхности моря. Танталид тут же испытал божественных коней Посейдона, которые оказались столь быстрыми, что возница Пелопа Киллант умер от страха. Пелоп не стал искать нового возницу и решил править конями самостоятельно.

Говорят, что бессмертная душа Килланта, горько оплакивая свою судьбу, умоляла Пелопа похоронить его с почестями, подобающими герою. Несмотря на спешку, Танталид предал тело покойного возницы огню, насыпал над его пеплом и костями небольшой курган и основал поблизости святилище Аполлона Киллантского. Только после этого благочестивый Пелоп отправился в Пису.

49. Благодаря крылатым коням и вознице Миртилу, Пелоп побеждает Эномая

Павсаний рассказывает, что на вершине горы Сипила, за храмом Пластены Матери, находится трон Пелопа, а если перейти реку Герм, то в Темне есть изображение милоулыбчивой Афродиты, сделанное из ствола растущего еще зеленого миртового дерева. В памяти народа сохранилось предание, что Пелоп посвятил его фиаковенчанной Афродите, стараясь снискать милость улыбколюбивой богини и прося ее милостиво согласиться на его брак с прекрасной Гипподамией.

Некоторые, подобно Аполлодору, говорят, что пораженная божественной красотой юного Пелопа, Гипподамия влюбилась в него и уговорила возничего Эномая Миртила, сына Гермеса и Клеобулы, помочь Пелопсу. Миртил сам был не равнодушен к Гипподамии и, желая ей угодить, не укрепил ступицы колес чеками (или заменил медную чеку на восковую), и это послужило причиной поражения в скачках Эномая. Перед состязанием Миртил не явился, и царю пришлось самому взять в руки вожжи. Во время скачки колесница, лишившись колес, развалилась, и разгоряченные кони потащили Эномая, запутавшегося в вожжах, и он погиб. Согласно закрытым источникам, его убил Пелопс. Умирающий Эномай, поняв предательский поступок Миртила, проклял его, пожелав ему погибнуть от руки Пелопса.

Другие утверждают, что, желая действовать наверняка, мудрый не по годам, Пелоп сам подкупил возницу Эномая Миртила, но не деньгами. Он узнал, что Миртил был тайно влюблен в красавицу Гипподамию, но, будучи простым возничим, не осмеливался объявлять себя женихом или же боялся, что его голова окажется прибитой Эномаем над двустворчатой дверью его царского дворца. Пелоп поклялся, что не только разрешит Миртилу провести одну ночь с Гипподамией, но и отдаст половину будущего царства, если тот поможет ему победить Эномая, и сын доверчивый Гермеса и Клеобулы радостно дал согласие.

Эномай узнал о крылатых конях Пелопа от Ареса, которому рассказал Посейдон, однако, бог войны успокоил милого сына, сказав, что его кони быстрее. Эномай на этот раз все приготовил для скорейшего жертвоприношения, и постарался завершить его как можно быстрее. Однако хрупкая ось колесницы надломилась в ступице, не закрепленной чекой, и Эномай, свалившись, не смог догнать Пелопа, который добился победы, прибыв первым к жертвеннику Посейдона на Истме.

Согласно Аполлодору, кони долго тащили запутавшегося в вожжах Эномая, и он, поняв перед смертью предательский поступок Миртила, проклял его, пожелав ему погибнуть от руки Пелопса.

Некоторые, как рассказывавший о ларце Кипсела Павсаний, говорят, что Эномай преследовал Пелопа, держащего в своей колеснице Гипподамию; у каждого из них по паре лошадей, но у божественных коней Пелопа есть крылья.

Другие говорят, что, решив, что пророчество начало исполняться, ужасно удрученный Эномай никак не мог успокоиться. Рассудок его не выдержал страшного напряжения, и, как рассказывает Диодор Сицилийский, в тот же день, когда были состязания, он покончил с собой, бросившись на меч.

50. Обманутый Пелопом Миртил, успевает перед смертью его проклянуть

Пиндар поет, что Пелоп убил Эномая. Ненадолго пережил хозяина и Миртил, которого сбросил с высокой скалы в бурное море Пелоп, когда тот напомнил ему о клятве и потребовал разрешить ему провести одну ночь с Гипподамией.

Некоторые, подобно Аполлодору, рассказывает, что, проезжая по острову Эвбее вместе с Гипподамией и с Миртилом, который сопровождал его в этом путешествии, Пелопс отлучился, чтобы принести воды супруге, испытывавшей сильную жажду. В это время Миртил попытался силой овладеть Гипподамией. Пелопс узнал от Гипподамии о поступке Миртила, но промолчал. Позже, приближаясь к мысу Гереста на южной оконечности Эвбеи (теперь там высится храм Посейдона), Танталид вытолкнул Миртила на всем скаку из колесницы в море: оно было названо по имени Миртила Миртойским. Долго катясь с высокого обрыва к воде, Миртил успел перед смертью проклясть весь род клятвопреступника и убийцы Пелопса.

Софокл в «Электре» поет, как свершил многослезный путь наездник лихой Пелоп!

Пылает над пеной волн златой колесницы свет, с которой вглубь Пелопом был низринут Миртил; застыл на устах его безмерной обиды стон. С той поры не знал многослезный дом покоя от мук греха.

Некоторые говорят, что главной причиной того, что Пелоп лишил жизни Миртила было не то, что надо было разрешить ему провести одну ночь с Гипподамией, а то, что он обещал кроме Гипподамии вознице Эномая еще половину царства Писы, а это уже очень серьезный мотив для лишения человека жизни.

Миролюбивый вестник Зевса Гермес, зная, что прошлое изменить даже боги не могут, просто поместил образ сына на небосклон среди звезд в виде созвездия Возничего. Себе же, не чуждый мести, Киллений поклялся жестоко отомстить потомкам Пелопа и, если другие боги и Зевс не захотят наказывать нечестивого Танталида, то он сделает это сам.

Обезображенный падением по земле с высоты и водой труп Миртила, выброшенный волнами на берег острова Эвбеи, был похоронен в аркадском Фенее позади храма Гермеса.

Иное дело неистовый бог кровавой войны, тоже лишившийся сына. Примчавшийся как ураган Арес опоздал, найдя сына Эномая бездыханным. Взбешенный бог Эниалий так вопил, как будто своим криком хотел убить Пелопа, и, наверное, попытался бы убить его мечом или копьем, но вмешался всюду поспевающий крылатый вестник Гермес, прибывший по приказу Зевса. Всегда находившаяся у трона Зевса его дочь от второй супруги Фемиды Дике, следившая за соблюдением справедливости на земле доложила отцу о поведении Ареса. Тогда отец всех бессмертных и смертных, всегда старавшийся быть справедливым, послал Гермеса спасти Пелопа, несмотря на то что Арес был его сыном от сестры и законной жены, а Пелоп – всего лишь внуком от смертной.

Павсаний же говорит, что Зевс бросил извилистую, как змея, жгучую молнию, которая сожгла прекрасный дом Эномая. В доказательство приводят столб, который называют столбом Эномая. Как говорят, этот столб стоял в доме Эномая; когда Громовержец ударил молнией в его огромный дом, то огонь в мгновение ока поглотил весь дом, от которого всего-навсего остался один только этот столб. Перед ним прикреплена полированная медная дощечка, и на ней элегическим размером сделана такая надпись:

– О чужеземец! Остаток я некогда славного дома; прежде опорою был я в Эномая пышном дворце. Ныне стою я у храма Кронида, оковами связан, но чтимый: губящий огонь все же меня пощадил

Вестник богов объявил неистовому в войнах брату, что их смертный племянник ни в чем не виновен, потому что смерть Эномая после поражения в состязании была давно предопределена непреложными Мойрами в наказание за то, что он с помощью богини случая Тюхе изнасиловал спящую дочь. Бог красноречия еще вспомнил о Алкиппе, изнасилованной сыном Посейдона и нимфы Эвриты Галиррофием, за что он был убит Аресом. Бог кровавой войны был вынужден смирить свой гнев и вместе с Гермесом тихо отбыл на нетленный Олимп – многохолмную обитель блаженных бессмертных.

51. Пелоп становится могущественным царем Пелопоннесса

Пелоп, обняв Гипподамию, помчался на крылатых конях, пока не достиг западного потока мировой реки Океана, омывающего всю известную землю, где добродушный трудяга Гефест очистил его от скверны убийства Миртила.

Павсаний рассказывает, что Гипподамия учредила состязаний девушек, воздавая благодарность царице богов Гере за свой брак с Пелопом. Она собрала для этого шестнадцать женщин и с ними устроила первые Игры. Через каждые четыре года на пятый шестнадцать женщин ткут Гере пеплос; они же устраивают и игры, называемые Гереи. Эти игры состоят из состязания девушек в беге; первыми бегут самые молодые, за ними те, которые несколько старше их возрастом, и, наконец, бегут самые старшие из девушек. Бегут они так: волосы у них распущены, хитон немного не доходит до колен, правое плечо открыто до груди. И для их состязания предоставляется Олимпийский стадион, но для бега им уменьшают пространство стадиона приблизительно на одну шестую. Единственная оставшаяся в живых дочь хвастливой Ниобы Мелибея, получив за оставшуюся на всю жизнь бледность, имя Хлориды, стала первой победительницей в этом беге, дистанция которого равнялась пяти шестым круга олимпийского стадиона. Победительницам дают венки из маслины и часть коровы, приносимой в жертву Гере. Им разрешено в честь волоокой супруги Зевеса ставить свои статуи с надписанными на них собственными именами.

Павсаний же, говорит, что по смерти Эномая Пелоп захватил всю Писею и почти всю Олимпию, отрезав ее от страны Эпея, которая была соседней с Писеей. Элейцы рассказывали, что Пелоп первый воздвиг в Пелопоннесе храм Гермесу и почтил его очень пышными жертвами, чтобы отвратить гнев самого хитроумного и, как все – мстительного олимпийского бога за смерть его милого сына Миртила.

Пелоп женился на Гипподамии и получил всю полноту царской власти над Писой. Со временем он становился все более могущественным царем, благодаря, как говорят сами писейцы, своей непревзойденной доблести и мудрому правлению. Он подчинил себе многих живущих вокруг Писы, назвав Пелопоннесом (остров Пелопа) эту страну от собственного имени.

Согласно Аполлодору, Элладу постиг устроенный богами неурожай, причиной которого был Пелопс. Он вел неудачную войну с сыном Элата и Лаодики Стимфалом, царем Аркадии, и так как Аркадии захватить долго не смог, притворился на время другом Стимфала. Однако потом он убил его, а тело разрубил на части (как с ним самим ранее поступил нечестивый родитель Тантал) и повсюду разбросал (как поступил русокудрый голубоглазый Ясон с возглавлявшим погоню за ним сыном колхидского владыки Ээта Апсиртом).

Боги, сердцам которых была милее всего справедливость, за ужасное преступление Пелопа наказали голодом всю Грецию, а самого нечестивца милостиво простили поскольку он устроил блестящие состязания в честь Зевса Олимпийского. Олимпия стала еще одним святилищем Зевса, из богов величайшего.

В «Илиаде» упоминается о гонках четверок коней, устраиваемых жителями Элиды, куда присылали квадриги из других мест Пелопоннеса. Пелоп, ставший очень благочестивым царем, чтобы умилостивить дух коварно погубленного Миртила, построил ему кенотаф (пустая гробница) на гипподроме в Олимпии и воздавал ему почести как великому герою.

Согласно Павсанию, одна сторона гипподрома длиннее, чем другая; и на иней находится Тараксипп (Ужас коней). Он имеет вид круглого жертвенника, и когда кони пробегают мимо него, то сильный страх охватывает их без всякой видимой причины, и от этого страха лошади приходят в смятение; колесницы обычно здесь разбиваются и возницы калечатся. И поэтому возничие заранее приносят жертвы и молятся Тараксиппу, чтобы он был к ним милостив. Некоторые говорят, что причиной Ужаса коней является дух и кенотаф Миртила.

При этом коренные жители Пелопоннеса говорят, что отвага, мудрость, богатство и многочисленное потомство их правителя Пелопа снискали по всей Греции не только уважение, но даже и зависть, которая, как тогда считали очень много стоит, ведь, если человеку завидуют, то он жизнь прожил не зря. Может быть, пелопоннесцы говорили правду о самом Пелопе, но судьбы некоторых из многочисленных (22 сыновей и 6 дочерей) детей и внуков Пелопа никакой зависти не вызывали, скорее – сострадательное сочувствие.

Некоторые, подобно ликофроновской Александре, говорят тело умершего сына Тантала было спалено и его пепел сохранялся в Летрине.

Другие утверждают, что умерший своей смертью Пелоп был похоронен на берегу Алфея. При его захоронении устроили большие погребальные игры, которые потом великий истребитель чудовищ Геракл вновь учредил как возрожденные Олимпийские игры.

Элейцы стали ежегодно приносить Пелопу, почти как богу, в жертву черного барана, поджаренного на дровах из белого тополя. Вкусившим этой жертвы запрещалось входить в храм Зевса до тех пор, пока они не очистятся, совершив полное омовение. Ежегодно в святилище стекались большие толпы людей, юноши состязались друг с другом, бичуя себя перед жертвенником Пелопа и, принося таким образом в жертву собственную кровь. Колесница Пелопа, на которой он победил Эномая, была установлена на крыше святилища, называемого в Флиасии.

У сикионцев хранится меч Пелопа с золотым эфесом, находящийся в сокровищнице в Олимпии.

Скипетр, очень похожий на копье, который колченогий Гефест сделал для Зевса, его вестник передал Пелопу. Этот скипетр, завещанный Пелопом своему сыну Атрею хранился в Херонее. Копье, которым Пелоп убил Эномая, много лет показывали в златообильных Микенах.

Гипподамия родила Пелопу много детей. Это дед Тесея мудрейший ученый Питфей из Трезен, Атрей и Фиест (два брата, вражда которых, вызванная борьбой за царскую власть, считается одной из самых страшных в истории Эллады), Алкафой, аргонавт Гиппалм, Эврисфеев вестник лупоглазый Копрей, на плече которого было особенно заметное белое пятно, знаменитые разбойники Скирон и Эпидавр, Плисфен, Диант, Кибосур, Коринфий, Гиппас, Клеонт, Аргей, Элин, Астидамия (которую некоторые называют матерью Амфитриона), Лисидика (чья дочь, Гиппофоя, была унесена Посейдоном на Эхинадийские острова и там родила Тафия), Эвридика (которую некоторые называют матерью Алкмены), Никиппа, Антибия и Архиппа.

Судьбы большинства детей Пелопа и Гипподамии, согласно зевсому проклятию рода Тантала были трагичными.

Теперь же, к проклятью великого Зевса всего рода Тантала присоединилось и проклятье рода Пелопа Миртилом, которому тайно помогал исполняться его отец – вестник Зевса Гермес.

Истоки вражды Атрея и Фиеста