Розовый Лев

Засохшая ветка

Вася Тёмный был любимцем всей молодёжи Ладова. Каждый раз, когда на центральной площади города появлялся огромный красочный банер с его лысой головой и ослепительно-белой гостеприимной улыбкой, подростки мчались к кассе за билетами. Сам Тёмный ни раз говорил в своих интервью, что родной город Петьки является для него особенным местом, в котором сосредоточена какая-то невероятная творческая сила. Именно из неё, по признанию Васи, он черпал, как из живительного источника, вдохновение для новых хитов. Никто не знал, откуда был точно родом Тёмный, но многие предполагали, что родиной его был именно Ладов. Хотя сам Вася не раз намекал журналистом, что он уже давно и полностью пропитался столичным духом.

Так или иначе, но в Ладове приезд этого артиста был всегда особенным событием. Концерт начинался ровно в семь, но уже с четырёх часов дня площадь возле Большого концертного зала разрывалась от громкого гула подростков, ожидающих появления своего кумира. В своих черных широких штанах и таких же черных безразмерных футболках они напоминали голодных воронов, слетевшихся на падаль. Сколько бы ни гнали их охранники, фанаты Тёмного продолжали стоять на посту, высматривая в каждой новой машине, подъезжавшей к зданию, плотную Васину фигуру.

Петя подошёл к концертному залу только к половине седьмого, когда уже начали запускать зрителей. Он почти сразу заметил на первой ступеньке широкой лестницы, ведущей ко входу, Марину и Птаху, словно верный страж, повсюду следовавший за девушкой.

– Почилимся с кайфом, ребята! – кричал на всю площадь Птаха, размахивая в воздухе банкой энергетика, из которого сыпались липкие чёрные брызги.

– К себе возьмёте? – прокричал им Петька, заступив на лестницу.

Марина обернулась и презрительно посмотрела на преданного поклонника.

– Ты, родной, давай, проваливай уже, – сдвинув густые брови, обратился к Пете его главный противник.

– А что если не уйду? – с вызовом крикнул наш герой.

Птаха, которому явно не понравился такой дерзкий ответ, оттолкнул в сторону стоявшего рядом подростка и подошёл вплотную к Орлову.

– Тебе ведь билет куда-то в другое место сегодня подарили? – прошипел сквозь зубы Птаха, глядя прямо в глаза Орлову. – Вот и проваливай туда, займись уже делом. А завтра нам всем на перемене расскажешь про результаты опыта.

За спиной Птахи раздался звонкий Маринин смех.

– Ну всё, пойдём уже, Вань, – позвала девушка своего ухажёра ласковым растянутым голосом и, обняв за плечи, потащила ко входу. Птаха, сразу же забыв о Пете, улыбнулся во весь свой щербатый рот и покорно поплёлся следом за Мариной. Уже находясь на верхней ступеньке, возлюбленная Пети обернулась к нему и кокетливо помахала рукой:

– Пока, неудачник!

– Да, чёрт! – выругался Орлов прямо в спину любимой девушки, скрывшейся в дверях здания.

В этот самый момент он почувствовал такое сильнейшее уныние, которое никогда ещё не испытывал в жизни. Над каждой ситуацией, происходящей у него в жизни, он имел какую-то власть и силу, и мог её изменить. Однако сейчас такой силы и тем более власти у него не было: билеты были уже все распроданы, и поэтому единственное, что ему оставалось – тихо сидеть возле концертного зала и сгорать от ревности, буквально раздиравшей его сердце на части.

Быть может, Орлов простоял бы так до самого глубокого вечера, обвиняя весь мир в своих бедах, если бы не услышал у себя за спиной до боли знакомый тихий голосок:

– Ты тоже на концерт?

Петр подскочил на месте от возмущения. Он был бы рад сейчас увидеть даже Птаху, но не эту назойливую скромницу, преследовавшую его со своей помощью с самой начальной школы.

– А ты что здесь делаешь? Библиотека в другой стороне, – грубо ответил Орлов.

– Она закрыта уже, – спокойно отозвалась Соня, которую, казалось, нисколько не смутил его язвительный вопрос. – У меня лишний есть, пойдешь?

И достав из кармана красно-чёрный билет, девушка помахала им в воздухе, будто дразня Орлова.

– С тобой что ли? Ну если только в рай, – насмешливо ответил Петя.

– Ну тогда пока, – так же весело парировала Соня, которую совсем не расстроил отказ.

Петя еще минуту переминался с ноги на ногу, глядя на поднимавшуюся к дверям стройную фигуру одноклассницы, облачённую в длинный бесформенный сарафан. Наконец, не справившись с соблазном, он рванул вперед и закричал прямо в спину девушке:

– Да пожди ты!

Подскочив к Соне, он вырвал билет, который девочка всё ещё продолжала держать в руке, и обратился к ней с надменным голосом:

– Я пойду с тобой до двери. А там в зале – каждый из нас по отдельности, поняла?

– Неужели ты думаешь, что после этого я захочу с тобой делить одну площадь? – удивлённо спросила Соня. – Нет, Орлов, тебе уже пора сесть на землю.

– Да вы двигать будете или нет! – раздался вдруг сверху рассерженный голос охранника. – Концерт уже идёт как бы.

Соня и Петя, тут же оставив спор, быстро прошмыгнули в открытую дверь, откуда уже вовсю слышался монотонный звук битов.

Зал, где выступал Тёмный, был забит до отказа подростками, издававшими громкие вопли от подступавшей к горлу дикой радости. Сам Вася стоял на сцене в окружении полуголых танцовщиц, облачённых в лаковые купальники. Он был раздет до пояса, так что попавшие на концерт фанаты без труда могли рассмотреть знаменитые татуировки, которыми было разрисовано всё тело звезды.

Петя и Соня, только вступив на танцпол, сразу же оказались прижаты к выходу. Но Орлов, единственным желанием которого было отыскать Марину, стал действовать решительно. Схватив Соню за руку, он начал упорно расталкивать в сторону спины фанатов, тесным частоколом окруживших сцену.

Несколько раз нарвавшись на нецензурную брань, Петя смог наконец-то пробраться в самую середину зала, где отплясывали под заводную Васину песню несколько десятков девчонок, завёрнутых в длинные футболки с изображением любимого кумира. Немного выдохнув после непростой борьбы за лучшее место под солнцем, Орлов стал оглядываться по сторонам в поисках своих одноклассников. Однако сколько бы ни пытался, он не мог разглядеть в многочисленных длинных спинах изящную Маринину талию. Так бы, возможно, Петя провёл ещё час в напрасных поисках до самого конца концерта, если бы не услышал около себя грубый бас Птахи:

– Марина, смотри, вот это кринж!

Петя поскорее повернул голову на голос и увидел возле барной стойки, расположенной справа от танцпола, Марину и её верного спутника, мирно распивавших коктейли. Отбросив в сторону руку Сони, он виновато посмотрел на первую красавицу школы, которая с нескрываемой злобой в глазах следила за ним и за его скромной спутницей.

Петя быстро пробрался к ребятам и прыгнул в свободное кресло рядом с Мариной.

– Всем привет ещё раз! – поздоровался Орлов.

– Компания у тебя – огонь, – тихо хихикнув, ответил Птаха.

– А ты про эту, – ответил Петя, небрежно махнув в сторону Сони. – В дверях просто встретил. Попросила меня её провести к сцене поближе.

Но громкий голос Васи Тёмного отвлёк внимание всей компании.

– А сейчас я бы хотел исполнить песню "Двигай ко мне навстречу!". Девочки, двигайте попами к мальчикам! Этот белый танец для вас, дорогие!

Двигай ко мне навстречу!

Проведи со мною этот вечер, детка!

По залу, усыпанному запотевшими телами, пролетела медленная плавная музыка, заставив дрыгавшихся в беспорядочном танце подростков обратить друг на друга внимание. Петя, заметив, как вокруг него начинают образовываться парочки под звучный раскатистый речитатив Тёмного, посмотрел с надеждой на Марину. Девушка, сразу догадавшись, о чём просит её назойливый кавалер, демонстративно отвернулась к Птахе со словами:

– Я собак не подкармливаю.

– Чувак, двигай к выходу уже, – улыбнувшись добавил Птаха, довольный словами Марины, – не видишь, тебе здесь никто не рад!

– Можно я тебя приглашу, – послышался вдруг кроткий голос Сони.

Марина и Птаха прыснули от смеха, заставив девушку покрыться краской. Петя, сердце которого распиралось от злобы, медленно перевёл взгляд со своей возлюбленной на её кавалера и с вызовом ответил последнему:

– Думаешь, сыкану с ней пойти?

Затем не дождавшись его ответа, он взял Соню за руку и провожаемый удивлённым взглядом Марины, прошёл с ней обратно на танцпол.

– Мар, ну теперь наша очередь, – крикнул Марине Птаха, протягивая свой здоровый локоть.

– Да отвали уже! – раздражённо ответила девушка и откинулась на спинку стула, провожая завистливым взглядом каждое движение Пети и Сони.

– Ну слушай, я вообще ору с тебя сегодня! – гневно прогорланил Птаха. – Слышь ты, шлюха, все равно он тебе не даст! Ты хоть меня тогда не сливай!

Но Марина, занятая только своими мыслями, не слышала его ревнивого ора. Взяв в руки крепкую текилу, она сделала несколько больших глотков, словно пытаясь растворить в них боль, взявшую её прямо за душу, и, не попрощавшись с Птахой, ринулась к выходу.

Между тем Петя, старавшийся не смотреть в сторону возлюбленной, ждал с нетерпением, когда же Тёмный закончит петь. Ему было очень неловко находиться рядом с Соней, которая сильно выделялась своим нарядом среди всех зрителей, пришедших на концерт. Сама же девушка, видимо, нисколько не стеснялась своей одежды и чувствовала себя в ней как никогда прекрасно. Заметив смущенный взгляд Пети, Соня тихо спросила его:

– Тебе их не жалко совсем?

– Кого ещё? – удивмлся Орлов.

Соня кивнула головой на кружившихся рядом полупьяных подростков.

– Ты себя пожалей, – со смехом ответил Петя. – Или тебе по приколу ходить попадьёй?

– А зачем мне одежду менять? – нисколько не обидевшись, спросила снова Соня.

– Ну ты же хочешь, чтобы на тебя хоть кто-нибудь внимание обратил?

– Мне хоть кто-нибудь не нужен. А Тот, Кто нужен – и такую полюбит.

– И кто же этот счастливчик?

– Христос.

– Кто?

– Христос.

Лицо Пете перекосилось от гнева. Крепко сжав Соню за плечи, он злобно прошипел ей прямо в лицо:

– Слушай, если ты реально во всё это веришь, то, пожалуйста, меня не впутывай! Зачем сюда тогда припёрлась? Их всех заставить покаяться?

– Мне они все ни к чему. Я к тебе пришла.

Последние слова окончательно разозлили нашего героя, который и без того уже готов был накинуться на Соню с кулаками.

– Знаешь что, – заскрипел он зубами, дёрнув её с силой за локоть. – Иди-ка ты лучше на… К себе в церковь на паперть. Там встретишь какого-нибудь Серёгу бомжа, вот он тебе и даст. А от меня отвали насовсем уже, поняла? Поняла, спрашиваю?

Соня отвела в сторону руку Пети и, снисходительно посмотрев на Орлова, ответила спокойным голосом:

– Поняла. Только вначале билет отдай.

Петя, которому не терпелось избавиться от навязчивой поклонницы, поскорее открыл рюкзак и, нащупав там билет, выбросил его на пол. Длинный матовый флайер ловко приземлился возле самых Сониных ног. Петя бросил на него взгляд и застыл от удивления. Он только сейчас заметил, что к изнаночной стороне билета была приклеена скотчем какая-то сухая ветка вместе с маленькой запиской, сложенной вчетверо. Орлов скорее поднял обратно флайер, оторвал послание и пробежался глазами по строчкам. На оторванном наспех клочке было написано чьим-то неровным подчерком: «Скажи ему, что ствол скучает по ветке. Розовый Лев». После последнего слова была нарисована длинная стрелка, которая указывала на обратную сторону билета. Перевернув последний, Петя обнаружил уже другую надпись, сделанную гелевой ручкой. Она помещалась прямо под фотографией Васи Тёмного и состояла всего из трёх слов: "Самый несчастный человек". Петя бросил взгляд в сторону Сони, которая смущённо уставилась в пол, а затем снова посмотрел в записку. В голове его начала наконец-то складываться цельная картина из отдельных фрагментов вчерашнего и сегодняшнего дня.

– Так ты тоже с ним оказывается связана? Так ведь? – снова обратился он к Соне заплетающимся от волнения голосом. – Может это он тебя ко мне послал?

– Ну ты же сам подписал расписку, – еле слышно ответила Соня, продолжая глядеть в пол.

– Ты вообще видела сколько там охранников? Он совсем рехнулся? – продолжал негодовать Петя.

Но девушка вдруг подняла голову и посмотрела на Орлова смелым и решительным взглядом.

– Ты подойдёшь к охраннику и скажешь, что в баре драка, – проговорила она твёрдым голосом. – Он пойдёт за тобой к столикам, а я в это время проскочу мимо и отдам ему этот билет.

Слова Сони среди этих диких лиц, красных от воплей и выпитого наспех спиртного, звучали как приговор, который должен быть непременно исполнен. Петя послушно кивнул головой и подбежал к тучному охраннику, стоявшему прямо у входа на сцену и мирно потягивающему вейп, и закричал ему прямо в ухо:

– Помогите, пожалуйста! Там в баре драка! Пацаны какие-то. Сейчас точно друг друга убьют.

– Чё, драка прям? – недовольно спросил охранник, вынув изо рта любимую сигарету.

– Да идёмте же скорее! – дёрнул Петя его за руку и потащил за собой к барной стойке.

Охранник неспеша поплёлся за школьником. В это время Соня быстро пробралась к свободному входу и уже занесла над ступенькой ногу, как спутник Пети зачем-то обернулся назад. Увидев Соню, он побагровел от злости, оттолкнул в сторону Петю, подлетел к девочке и с силой схватил её за хрупкий маленький локоть.

– Куда двинула? – бросил он Соне.

Затем, вынув из-за пояса рацию, он громко закричал в неё, стараясь перебить голос Васи и несмолкаемые вопли его малолетних поклонников:

– Ромик, ментов скорей вызывай! Тут малолетка одна на сцену решила пробраться.

Петя всё это время молча, словно завороженный, наблюдал за Соней. Вдруг нечаянно бросив взгляд на билет с приклеенной веткой, крепко зажатый в руке девочки, Орлов будто снова ожил. Словно пантера он быстрыми неслышными шагами подполз к своей подруге, выхватил у неё заветный трофей и бросился с ним на сцену под свист удивлённой публики. Также быстро подбежав к Тёмному, который продолжал петь, ничего не замечая вокруг, Орлов хлопнул его по плечу и прошептал на ухо:

– Ствол просит, чтобы ветка вернулась на место.

Тёмный скорее повернулся к Пете и посмотрел на него с нескрываемым удивлением. Музыка тут же перестала звучать, освободив простор для визгов поклонников. Вася схватил Петю за шиворот и также тихо спросил его сквозь зубы:

– Тебя кто сюда послал, гоблин?

Потом, отыскав взглядом охранника, всё ещё продолжавшего держать Соню, он гневно крикнул ему:

– Нет, я ничё не понимаю, тебе здесь за что платят?

– Да щас Ромик уже бежит, – заплетающимся голосом ответил охранник.

– Я говорю: ствол просит, чтобы ветка вернулась на место, – снова прошептал Петя, не обращая внимания на крики Васи.