Пепел Чикаго

Глава 11

Декабрь 1920 г., Чикаго

Дом Баттерсов

Брюс прижал ладони к воспаленным векам, пытаясь выдавить из себя последние капли концентрации. На столе перед ним нотные листы покрылись кофейными пятнами, края обтрепались от постоянного перелистывания.

«Опять тупик», – пронеслось в голове Брюса. Он снова посмотрел на первую строку: «Есть в Чикаго дом один».

Первая ночь.

Он начал с самого очевидного – пляшущих человечков Конана Дойля. Сигара догорала в пепельнице, когда он выписывал: Е-1, С-2, Т-3, Ь-4, В-5, Ч-6, И-7, К-8, А-9, Г-10, О-11, Д-12, О-13, М-14, О-15, Д-16, И-17, Н-18.

Ударные слоги: 1 (Есть), 14 (дом), 18 (дин). 1-14-18. Номер участка? Сейф? Слишком просто. К утру стол был завален исписанной бумагой, а Счастливчик грыз перевернутую чернильницу. Тупик.

Третья ночь.

В библиотеке на Вэбстер-авеню он нашел потрепанный трактат о шифрах Пинкертона 1893 года. Страницы пахли плесенью и отчаянием.

А если цифровые соответствия?

Он выписал все слоги, присвоив порядковые номера:

1-Есть, 2-в, 3-Чи, 4-ка, 5-го, 6-дом, 7-о, 8-дин.

Ударные – 1, 4, 7. 147. В голове всплыл адрес: 147 South Wabash. Старый склад аптекарских товаров. На рассвете он уже стоял перед заколоченным зданием. Пусто.

Пятая ночь.

Лупа увеличивала странный диез над нотой «фа» в слове «дом». Неестественно. В джазовой партитуре 20-х такие пометки редкость.

«Актриса… Каждое спотыкание – ремарка…» – вспомнил он слова Мэри, которая порой засиживалась вместе с ним до ночи.

Он пропел строчку, намеренно сбиваясь:

«Есть в Чи-ка-го… пауза… дом о-дин»

Голос сорвался. В горле стоял ком. На четвертый час утра он в ярости швырнул карандаш в камин.

Седьмая ночь.

– Пап?

Лора стояла в дверях, в рождественской пижамке, с помятым плюшевым медведем.

– Опять ее песня? – она забралась на стул, разглядывая исчирканные пометками листы. – А почему ты не спросил меня?

Брюс устало потер переносицу. Глаза жгло как после многочасовой слежки.

– Мы в школе играли: буквы – это ноты, – сказала Лора, тыкая пальцем в первую строку. – Смотри!

«Есть в Чикаго дом один».

Ударения: «Есть» (G-соль), «дом» (F-фа), «дин» (E-ми).

Длительности:

«Есть» – четверть (4)

«дом» – восьмая (8)

«дин» – четверть (4)

G4, F8, E4 > 484 GFE Avenue

Брюс онемел.

В голове всплыла карта Чикаго. Угол Грин-стрит (G) и Фэрбанкс-авеню (F). Дом 484.

Лора зевнула, обхватив его руку:

– Тебе же говорили – я лучшая в школе по арифметике…

Когда первые лучи зимнего солнца упали на стол, Брюс разглядывал последнюю страницу. Под fermata (знаком бесконечной паузы) Луиза поставила точку. Не нотную – обычную. Как в конце предложения.

Значит, ты нашла их логово.

За окном хрустнул снег – слишком громко для пустой улицы. Счастливчик зарычал, шерсть на загривке встала дыбом. Ветер завывал в дымоходной трубе, напоминая последнюю песню Луизы. Теперь он понимал – каждый ее сбивчивый вздох, каждое фальшивое ударение были криком о помощи. Криком, который Брюс наконец услышал.

***

Утро после бессонной ночи.

Брюс сидел за столом, пальцы сжаты вокруг чашки. Кофе остывал, но он даже не притронулся. Вместо этого его взгляд уперся в газету, развернутую на первой полосе:

«МЭР ДОНОВАН ОБЪЯВЛЯЕТ БОРЬБУ ПРЕСТУПНОСТИ: НОВЫЕ АРЕСТЫ В ПОЛИЦЕЙСКИХ РЯДАХ»

Фотография Донована – безупречный костюм, холодная улыбка. Внизу мелким шрифтом: «Бывший агент бюро расследований Дж. Рэндалл найден мертвым. Подозреваются связи с бутлегерами».

– Ты вообще спал? – голос Мэри был тихим.

– Нет.

– Потому что опять копался в этих нотах? – Мэри открыла шкаф, изучая его.

Брюс молчал. Счастливчик, свернувшийся у его ног, поднял голову, уловив напряжение.

– Я нашел, что искал.

Рука Мэри замерла в воздухе.

– И что теперь?

– Теперь ты с Лорой едете в Милуоки.

Тишина.

За окном закаркала ворона, и Счастливчик зарычал, но тут же притих, будто почувствовал, что это не главная опасность.

– Нет, – Мэри хлопнула дверцей. – Мы уже говорили об этом.

– Мэри…

– Нет, Брюс, – она резко подошла к нему, уперлась ладонями в стол. – Ты не отправишь нас, как чемодан на хранение, а сам полезешь в драку. Я не позволю тебе снова играть в мученика.

Брюс встал, их лица теперь были в сантиметрах друг от друга.

– Это не игра. Рэндалл был расчленен. Ты хочешь, чтобы с Лорой случилось то же самое?

Глаза Мэри, обычно теплые, сейчас были холоднее чикагских улиц в декабре.

– А ты думаешь, если мы уедем, он просто отпустит нас? Ты знаешь, как он работает. Он найдет нас. И тогда Лора останется одна – без меня, без тебя.

Брюс сжал кулаки. В груди колотилось что-то горячее и тяжелое.

– Я не прошу навсегда. Месяц. Пока не разберусь с ним.

– Как? – Мэри засмеялась, но в этом смехе не было радости. – Ты что, собираешься убить мэра Чикаго?

Он не ответил.

И снова тишина накрыла кухню, в этот раз густая, словно дым, оставшийся после выстрела.

Мэри отступила на шаг, провела рукой по лицу.

– Боже… Ты серьезно.

– Он убил Кармайкла. Луизу. Рэндалла. Он придет за нами, Мэри, – Брюс говорил тихо, но каждое слово било, как молоток. – Я не могу рисковать. Не с вами.

Она закрыла глаза. Впервые за этот разговор в ее позе появилась слабина.

– Хорошо, – голос ее стал тише. – Но не в Милуоки. Там сестра… Он проверит их первыми.

– Тогда куда?

– Север. К озеру. У отца был тот старый охотничий домик…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.