Миша-оборотень. Превратности судьбы
София Коралова

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 10 >>

Зато Яна не чувствовала никакой неловкости, она расспрашивала его тихонько обо всех ребятах и девочках класса, чтобы знать, кто есть кто в классе. Миша почувствовал какую-то тревогу, что ли, предчувствие чего-то закралось в душу, но он от него отмахнулся. Главное, Яна села рядом с ним и ему завидуют ребята.

На перемене ребята попытались опять подначивать парня, но тот их останавливал своим тяжёлым взглядом из-подо лба.

После занятий за Яной приехала служебная машина и девочку увезли домой в военный городок. Дома Мишка рассказал Оксане насчет новенькой в их классе, вздохнув при этом.

– Что, Миша, очень красивая она? – улыбнулась мама и погладила его по голове.

– Не то слово, – снова вздохнул Миша.

– Жизнь покажет, что и как. Может за такой внешностью такая змея скрываться, что рад не будешь, что села рядом.

– Зато очень красивая змея.

Оксана оказалась права. За месяц новенькая сумела рассорить все небольшие группировки, которые обычно возникают в классе и начала создавать свою. Мишка не хотел ни к кому примыкать, да его особенно и не приглашали. Однажды Яна на перемене сказала громко, чтобы все обратили внимание:

– Миша, а что это ты один да один? Давай определяйся, друг ты мне или враг.

– А мне моя независимость дороже, я как третейский судья.

– Так и скажи, что родителей боишься. То есть опекунов своих. Так я могу научить, как на них управу найти. Наверное, все деньги себе оставляют, что им труд тяжёлый оплачивает государство.

Конечно, тема детского дома была сложной для мальчика и он не очень хотел, чтобы в классе знали, что он живет с опекунами. Хотя это было неправильно, ведь Оксана и Яков очень старались для мальчика, покойная мама рассказала ему причину всего, но тем не менее его это мучило.

Он взглянул в глаза Яны, но увидел там только вызов, желание быть первой и ничего больше. А может, он и не хотел смотреть дальше?

Тем не менее, Миша примкнул к Яниной команде и стал её правой рукой. Сначала он сопротивлялся её влиянию, а потом втянулся и уже сам получал удовольствие в унижении других, более слабых. К лету это уже был совсем другой мальчишка. Учёбу практически забросил, дома не помогал, только улица и друзья. Когда Яков хотел с ним поговорить, замыкался, а потом как – то высказался, что они достаточно получают за него денег, чтобы убирать после него. С собакой гулять перестал, только изредка. Он пытался сделать его злобным псом, но Дружок так и оставался Дружком.

Окончив школу практически без пятёрок, Миша почти все своё время проводил на улице. Что-то его беспокоило, но он так хотел быть «своим» в компании, что своё беспокойство старался спрятать подальше вглубь. Он перестал называть Оксану мамой, а Якова папой, называл их просто на ты. Как-то он пришёл вечером после того, как впервые попробовал вино.

Конечно, мама тогда его просила, чтобы он не пошёл по её дороге, но что? Показать ребятам, что он слабак? Тем более, сам мог заставить любого из их компании. Он выпил немного, но этого хватило для поднятия его воинственности. Как только он вошёл в квартиру, навстречу ему кинулся Дружок, махая радостно хвостом. Но Мишка отпихнул его так, что тот заскулил, ведь ему и года ещё не было.

На скулёж собаки выглянула из кухни Оксана:

– Ты чего тут безобразничаешь? Это тебе не двор!

– Иди ты, опекунша, – и он слегка толкнул её.

– Так вот значит, как ты отблагодарил нас. Опекунша, значит, руки распускаешь, ну-ну.

И Дружок, выскочил вдруг перед Оксаной, вдруг ощетинился и зарычал на Мишку. Тут как раз вернулся Яша с работы. Он окинул взглядом всю картину, услышал запах спиртного от Мишки, вздохнул, ничего не сказал и пошёл мыть руки.

Сидя на кухне и ужиная, он спросил Оксану:

– Только честно, руку поднимал?

– Толкнул просто.

– Ясно. – И больше ничего не ответил.

А Миша сидел в своей комнате и вспоминал все: прошлое лето, село у Оксаниной сестры, лес, интересные разговоры, как ремонт делали в его квартире, как на кладбище могилу искали, как птичка пела – плакала…Что он натворил!!!!. Яна. Да она его держит, как охрану. Она в нём никогда и друга не видела. А родители, которых он сегодня потерял, ему операцию добывались на носу. Дружок, которого он спас, сегодня против него выступил. Но ведь он его ногой пихнул. Хмель, да сколько его там было, дурь одна, выветрился.

Два дня после случившегося Миша никуда не уходил, хоть его и звали на улицу. Оксана и Яков с ним не разговаривали, сам приходил на кухню, сам разогревал готовую еду. А через два дня Яков пришёл домой чуть пораньше, позвал Мишу и сообщил ему, что раз тот считает, что они, его опекуны много на нём зарабатывают, то они, Яков и Оксана, подали заявление, что отказываются от опекунства и его Мишу, возвращают в детский дом. Там пусть и заканчивает школу. Квартира у него есть, счет у него есть. Как приедут за ним, так пусть и уезжает.

У Миши все поплыло перед глазами. Нет, он не считал, что родители в чем–то виноваты, он знал, что это всё он, Миша сотворил сам. Он взглянул в глаза Якову и увидел в них столько боли, что даже отшатнулся.

Глава 4

– Что же отшатнулся, Мишка, а? Так неприятен тебе? Но я все равно рад, что в нужное время оказался на путях. Не смог стать для тебя отцом – мне очень жаль. Поэтому, чтобы не оправдываться в полиции, не ходить по повесткам, чтобы ты не поднимал больше руку на Оксану, пусть тебя воспитывает дальше государство.

– Ты самый лучший в мире отец! И Оксана самая лучшая в мире мама! Знаю, прощения мне нет и не пытаюсь вас разжалобить, но хочу, чтобы вы знали, я вас всегда буду считать своими отцом и матерью, где бы я не находился. И…не знаю я, что со мной случилось.

Оксана приходила с работы раньше и поэтому сейчас была на кухне. Она услышала разговоры в комнате между Яковом и Мишей и вышла. Миша стоял, опустив голову, а напротив, едва сдерживая слёзы, стоял Яша.

– Миша, тётя Надя хотела бы с тобой встретиться. Только она не в гости зовет, а как пациента. Вот пусть тебя посмотрит, а потом все вместе решение будем принимать.

– Я прошу у вас прощения за все обиды, которые нанёс вам. Я понимаю, что сейчас мне веры нет, чтобы я не говорил вам, но я хочу, чтобы вы это знали.

– Хотелось бы, чтобы эти слова были от души, а не твое желание остаться в семье. Я уже был у психолога. Хорошо, на выходные поедем в село к твоей сестре, одну я тебя с ним не отпущу. А там и будет окончательное решение.

Миша, не поднимая голову, вернулся в свою комнату. Он не стал кушать, лежал и диване и вспоминал свою жизнь. Вспоминал, как ждал своего дядь Яшу, приходящего к нему регулярно, как тот спрашивал о нём преподавателей, как он старался показать ему свои успехи. Вспомнил, как познакомился с тётей Оксаной, как впервые переступил порог их квартиры уже в качестве члена семьи. Вспомнил, как впервые назвал Оксану мамой…

И вспомнил, как Яна впервые села рядом с ним за парту. Почему он захотел всё это поменять на одну благосклонную улыбку этой девушки? Почему её синие глаза постоянно у него в голове? Ведь он знал, что никаких шансов быть её парнем у него нет, но почему-то он хотел быть всегда рядом с ней. Кстати, не только он один был в её отряде…свите…группе…?

– Думай, Миша, думай, что с тобой так быстро случилось, – приказывал он сам себе.

– Миша, если ужинать не будешь, я спрячу все в холодильник, – не открывая дверь, сказала Оксана.

– Я сам уберу, – ответил парень и пошёл на кухню. Он увидел, что на столе, накрытые тарелкой сверху, стояли котлеты. Мама Оксана всегда готовила очень вкусно, но ему сегодня кушать совсем не хотелось. Послезавтра они поедут к тёте Наде в село, где будут решать его судьбу. Он понимал, что должна сказать знахарка. И он сам уже понял, что здесь случилось что-то, что входит в её компетенцию и связано чем-то с тем, о чём говорила его мама.

Он хотел погулять вечером с Дружком, но тот попятился от него под стул и тихонько заворчал.

– Понятно, Дружок, и тебя я обидел, – вздохнул парень и пошёл снова в свою комнату.

На следующий день часам к десяти примерно в дверь кто-то позвонил. Якова и Оксаны дома не было, и Мишка подошел к двери и посмотрел в глазок. Он думал, что это уже приехали за ним, чтобы отвезти в детский дом. Но под дверью стоял его одноклассник, Серёга, из Яниной свиты.

– Привет, чего тебе нужно?

– Привет, да ты хоть дверь открой. Яна сказала, чтобы ты сегодня приходил на наше место, разговор будет серьезный. Одного предателя наказать нужно будет. Так ты придёшь?

Мишка задумался. Прийти в последний раз и высказать всем им, что он больше не желает во всём этом участвовать или отсидеться дома?

– Приду, конечно, во сколько?

– Да к 2 приходи, – Серёга повеселел.

Когда тот ушёл, у Мишки опять в душе поднялась буря. Он понимал, что не нужно ему туда идти, что это западня, что идти туда это как в прорубь нырять. Но что-то ему и другое говорило: всё равно идти нужно, нужно решить всё, иначе трусом посчитают, предателем, слабаком, а он же не слабак…и Яна вот за ним лично прислала. Вот сходит, все объяснит и больше не будет с ними.

Не понимая, что он делает, Мишка подставил стул и полез на антресоли. Там, в дальнем углу лежал заветный свёрток. Мишка подтянул его к себе древком швабры, взял в руки и сошёл со стула, помня о том, как его ударило током в прошлый раз. Он зашёл в комнату, развернул сверток, положил руку на коробочку и как будто провалился в какую-то дыру.
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 10 >>