–
Он же на ней пока не женится, мама. По какому праву мы будем ее судить? Да и молода она еще, в школе учится. Какой с нее спрос?
–
Но ты ведь такой не была в ее возрасте! На тройки, двойки не училась, по два часа не красилась…
–
Так то я. Все люди разные…
–
Разные, даже очень разные. Это пока он на ней не женится. А потом возьмет и пришлет нам приглашение на свадьбу. Обстановка там вполне располагающая.
–
Ты имеешь в виду невские зори, белые ночи?
–
Не только. Все там для него чужие, и только Лена вроде бы родной человек. Она так прочно вошла в его сознание, что он уже и не видит других девушек.
–
Надо будет, увидит. Но неужели ты не видишь, мама, что и Лена не самый плохой вариант. Она из хорошей семьи, где чтут семейные устои.
–
Так-то оно так, но…
–
Мама, вспомни мировую литературу, которую ты так любишь. Самые обаятельные женщины– та же Наташа Ростова или Татьяна Ларина – они что, университеты заканчивали? Или были победительницами математических олимпиад? Или та же Аксинья у Шолохова – простая деревенская баба, а какой из-за нее сыр-бор?
–
Сейчас другое время. Нашла тоже, с кем сравнивать. Тогда женщинам и работать-то не надо было.
–
Ладно, не будем заранее обсуждать этот вопрос. Как у нас папа говорит – не будем делить шкуру неубитого медведя.
Больше мама с Таней на эту тему не говорили. А тем временем незаметно пролетели первые полгода Мишиной самостоятельной жизни, и в семье начали готовиться к большому событию – приезду сына на каникулы. Мама берегла к встрече всяческие деликатесы, с которыми в те годы даже в Москве было трудно, а папа с Таней старались получше убрать квартиру. Как давно Миши не было дома! Впрок ли ему пошел этот первый опыт жизни вдали от дома? Конечно, все волновались, но в то же время верили только в хорошее.
И вот долгожданный час настал! Однажды вечером раздался звонок в дверь и вошел счастливый, улыбающийся Миша. Мама со слезами бросилась его обнимать, папа радостно хлопал по плечу повзрослевшего сына. А Таня смотрела на брата во все глаза.
–
Как у вас вкусно пахнет! – воскликнул студент, – я не ел целую вечность! Накормите?
Мама с Таней помчались на кухню хлопотать по хозяйству. Стол к ужину вскоре был накрыт. Мама так старалась, что наготовила еды, как говорится, на Маланьину свадьбу. Но Миша не возражал и уплетал все подряд. Потом, насытившись, он стукнул себя ладонью по лбу.
–
Какой же я болван! Я привез вам гостинцы и совсем забыл о них.
Миша начал рыться в своей сумке и вытащил совершенно удивительные вещи – восточные сладости. Он объяснил, что магазин на Невском так и называется – «Восточные сладости». Это были лукум и нуга сбивная с орешками, которые в Москве в те годы не продавались. Таня пришла от них в такой восторг, что восточные сладости впоследствии стали традиционными в Мишиных гостинцах. Как ему удавалось выкроить из своего скромного денежного довольствия еще и на подарки, знал только он.
В честь приезда Миши мама вызвала тетю Лиду из Рязанской области и тетю Тоню из Тамбовской, пригласила соседей и друзей. Это был прием в честь дорогого гостя – и все, включая Мишу, были этим довольны. Гости слушали Мишу, который рассказывал о Ленинграде, про те же «Восточные сладости» и кондитерский магазин «Мечта» на том же Невском (все-таки он был еще ребенком), а потом вдруг перешел на рюмочные – это уже было что-то новое и взрослое.
–
В Москве нет рюмочных, – констатировал он, – а ведь это очень удобно. Зачем человеку покупать бутылку, когда достаточно выпить рюмку. Это своего рода культура.
Все с ним, конечно, согласились. А потом тетя Лида ненароком задала нескромный вопрос: «А невеста-то твоя как?». «Какая невеста, – удивился Миша, – у меня нет невесты». «Вот умница», – тут же отметила про себя Таисия Михайловна. Но Таня решила поддержать тетку: «А как же Леночка? – кокетливо спросила она, – неужели забыл ее?»
–
Ах, Лена… – Миша, казалось, задумался, потом, не спеша, ответил, – нет, не забыл. Вот только видимся редко – она школу кончает, у меня сессия… Да и живем далеко друг от друга. Но она успела-таки приобщить меня к местной культуре. В Эрмитаж с ней ходили, в Русский музей. Я уж не говорю, что Ленинград – это вообще музей под открытым небом.
–
Ну не лучше же Москвы! – вставила тетя Тоня.
–
Смотря как посмотреть, – уклончиво ответил Миша.
Соседка Люба, она же Любовь Дмитриевна, тоже решила высказать свое мнение.
–
Я в Ленинграде не бывала – не доводилось. Вот сейчас бы с удовольствием поехала вместе с Мишей – но где взять деньги? Не судьба. Однако я тоже думаю, что Ленинград лучше Москвы, чище. Здесь же проходной двор…
–
Да, да, – подхватила подруга Нина, которая с опозданием, но все же пришла на застолье, – слишком много в Москве недостойных ее строений. Вы же сами видите – рядом с шикарным зданием – покосившаяся лачуга. Я сама писала об этом в «Вечернюю Москву». Нельзя же так, Москва – лицо России.
–
Я тоже об этом мечтаю, -вздохнула Таня, – в Ленинграде ведь такого нет?
–
Нет и не может быть, – отрезал Миша.
Если заглянуть в будущее, то можно увидеть, что мечта москвичей сбудется довольно скоро, к 1980 году, когда в Москве будет проводиться важное международное мероприятие – Олимпиада-80. Москву почистят – и она засияет новыми гранями своей красоты. А пока…