– У вас здесь ничего не пропадало?
Мент опять улыбнулся, потому что видел, что Деревянкину не по душе его вопросы. Вот и сейчас председатель очередной раз счёл его вопрос глупым.
– Если преступники орудовали рядом, то почему бы и не заглянуть к вам по-соседски,– пояснил Нагаткин, не дождавшись ответа от собеседника.
Деревянкин размышлял. Цыган в посёлке точно не было, но посторонних личностей – сколько угодно, те же строители-ремонтники. А Олег? Разве Олег – не посторонняя личность? Так почему же он, председатель, молчит об этом?
– Кажется, не пропадало, – подумав, ответил Владимир Васильевич, – во всяком случае, никто не жаловался. Но у нас один господин купил долго пустовавший дом. Сейчас там ведутся отделочные работы, трудится бригада рабочих. Это как раз посторонние люди.
Капитан Нагаткин заинтересовался домом, и Деревянкин рассказал ему всю историю купли – продажи.
– А нельзя ли на него взглянуть? На дом.
Деревянкин тяжело вздохнул, не скрывая своего неудовольствия, но отказать стражу порядка оснований не нашёл и пригласил его в свой джип. До дома ехали минут пять. Нагаткин молча изучал окрестности через окно машины.
Дом, казалось, не произвёл на милиционера особого впечатления. Рабочие тоже выглядели вполне обычно. Увидев, что пожаловали гости, они бросили работу и смотрели на них.
– Это наш участковый, Илья Григорьевич Нагаткин, – представил милиционера председатель,– изучает обстановку, знакомится с людьми.
– Вы случайно не видели здесь цыган? – спросил участковый, – в соседней деревне они совершили ограбление.
– Да вы что! Я думал, они только во время гадания легковерных людей обдирают. Позолоти ручку…
– Нет, не видели,– ответил другой.
Нагаткин ещё раз внимательно оглядел рабочих. Ничего подозрительного.
– Если вдруг цыгане появятся и захотят погадать, немедленно сообщите мне, – милиционер протянул визитку рабочему, который заговорил с ним первым. Тот обещал.
– Ой, как погадать хочется, – пошутил кто-то, – вдруг меня богатое наследство ждёт, а я тут вкалываю.
Раздался дружный хохот.
– Хорошо у вас тут,– заметил капитан милиции, оглядываясь по сторонам, а потом решил прогуляться вокруг дома. Деревянкину пришлось его сопровождать.
– Так, так, – бормотал Нагаткин себе под нос,– трава скошена, пахнет свежим сеном – здесь просто благодать. Однако кругом забор, за забором лес…Цыгане тут и правда не бывали.
Домой Деревянкин вернулся только к обеду. Единственная свободная суббота за последние полгода, и то не дали отдохнуть.
Подозревать его вздумали непонятно в чём. И чего этому менту надо, преступников ловил бы лучше, чем по лужайкам гулять.
Приятное с утра, к обеду настроение окончательно испортилось. Ел он вяло, на вопросы жены отвечал неохотно, а после обеда закрылся у себя в кабинете.
Милиционер Нагаткин, напротив, был доволен своим визитом в посёлок. Если вдруг что-нибудь понадобится, у него здесь уже есть знакомые. В конце концов, преступление не рядовое, надо прорабатывать все версии. Так сказал старший следователь из районного центра, но Нагаткин и сам знает, что к чему.
В который раз он прогонял в памяти события прошлой недели. Странное поведение цыган, возвративших деньги. Проводы их на вокзале. Звонок из Карпеевки о краже икон. А вдруг это не цыгане иконы украли?
Уехавших цыган работникам милиции удалось догнать и допросить, но толку от этого было мало. Обыск в вагоне ничего не дал – никакими иконами здесь и не пахло. Разве что они успели их куда-нибудь сбагрить? Но когда?
В цыганском вагоне стражей порядка встретили, мягко говоря, неласково. Женщины кричали, дети визжали. В адрес работников милиции неслась нецензурная брань. Но всех превзошла кормящая мать, которая,
беззастенчиво обнажив грудь, брызнула в лицо молодому сотруднику струёй своего молока.
Стражи порядка ушли ни с чем, а когда встретились с оперуполномоченным, выезжавшим для допроса потерпевших в деревню Карпеевку, поняли, что так просто воров не найдёшь. Тут действовала, скорее всего, целая банда – и операция была продумана до мелочей.
Глава 9
История о похищенных иконах оказалась довольно интересной и даже в чём-то загадочной. Как и многие подобные истории, она имела свою предысторию.
Всё началось, видимо, как раз с приезда в Карпеевку тех самых цыган. Не за бабулькиными деньгами они туда приезжали, хотя и их прихватили попутно. Они выполняли чьё-то задание, задание серьёзное и высокооплачиваемое.
Именно по их наводке приехали в деревню двое вальяжных мужчин на красной «Ауди». Они вышли из машины и , оглядевшись, направились в ближайший дом. Не заходя в него, супермены попросили хозяйку выйти на улицу, якобы для важного совещания.
Вскоре на лужайке у красивой раскидистой ветлы собрались все жители деревушки. Особого приглашения им не потребовалось – приезд в их захолустье роскошной иномарки не остался незамеченным. Шум мотора заставил их тут же выглянуть из окон и дверей, а выход на улицу соседки – тут же покинуть свои дома, оставив двери открытыми.
Молодые – на вид не более двадцати восьми лет – мужчины представились работниками органов соцобеспечения и решительно приступили к делу. Уделив персональное внимание каждой из бабушек, они очень вежливо интересовались их бытом. Один из них задавал вопросы: не течёт ли крыша, не развалился ли сарай, не надо ли привезти к зиме дров. В это время второй «работник органов соцобеспечения» держал в руках красивый блокнот-ежедневник и тщательно записывал фамилии и требования жильцов.
Бабульки глядели на гостей, разинув рот. И умные они, и красивые, и дело своё знают. Нет, не часто пожилым людям уделяют столько внимания. Они и подарки привезли – каждая бабушка получила по коробке конфет. Будет чем внуков порадовать!
Впоследствии никто из них не мог вспомнить, сколько времени продолжалось это важное совещание. Как и в прошлый раз, когда они помахали вслед цыганам, жители прославившейся за последний месяц деревни не сразу пришли в себя. Они ещё долго обсуждали взбудоражившее их событие и радовались, что справедливость на земле всё-таки существует.
Пропажу икон обнаружили только тогда, когда наступило время вечерней молитвы. Быстренько прибывший на очередной зов толпы участковый, глядя на обманутых гражданок, для начала покрутил пальцем у виска. Бабульки смутились и даже на минуту замолчали, но потом опять хором принялись причитать.
– Как же так? Они же даже в дома не заходили! Один с нами разговаривал, а другой писал. Они люди приличные, не бандиты, как вы можете о них плохо думать!
– Нагаткин решил подождать, когда гул утихнет, страсти улягутся, и можно будет задавать конкретные вопросы. Он и сам должен был подумать, как же могло совершиться ограбление у всех на глазах. Наверное, не двое гостей приезжали в Карпеевку, а трое. Просто последний должен был действовать инкогнито. Тогда всё сходится.
– Так сколько же их было, двое или трое? – спросил он наконец.
Бабушки возмутились и опять начали кричать и размахивать руками.
– Мы вам сто раз говорили – их было двое, – перебивая друг друга, кричали они.
– Может быть, водитель оставался в машине?
– Какой ещё водитель? Один из этих двоих и сел за руль, когда они уезжали. Мы же их провожали.
Не факт, подумал Нагаткин, третий мог ждать подельников где-нибудь на выезде из деревни или вообще в лесочке, подальше от любопытных глаз.
– Когда же, выходя из дома, вы научитесь закрывать за собой дверь? – укоризненно обратился он к собранию,– и в прошлый раз всё пораскрывали, и теперь…
– Да от кого нам закрываться, тут все свои,– галдели собравшиеся всё на той же лужайке жители деревни.
Капитан понимал, что поступает невежливо, но всё же не удержался и ещё раз покрутил пальцем у виска.
– Вас уже грабили, все деньги унесли, а вы дудите всё в ту же дуду, -возмутился он.
Собрание заволновалось, как бушующее в шторм море. Никто не хотел признать себя виноватым. Можно было подумать, что иконы унесла какая-то нечистая сила, больше некому.