В те времена, когда в Африке был открыт кимберлит, он, конечно, сильно заинтересовал учёных. Но людей, достаточно далёких от науки, трубки волновали в основном с коммерческой стороны. Конечно, и те, и другие задавались вопросами: «Случайно ли получилось так, что кимберлитовые трубки были обнаружены именно в Южной Африке? Не могут ли они существовать и на любом другом участке земного шара»? Но и те, и другие спешили туда, где находка кимберлита стала уже не туманной гипотезой, а свершившимся фактом.
…И вот в извечную тишину выжженной солнцем пустыни ворвался гул ударов о твердую землю десятков тысяч кирок, скрип сотен воротов подъемных механизмов, гул осыпающейся породы. Темноту ночи пронизали огни выросшего, словно по волшебству, большого города Кимберли – столицы южноафриканских искателей алмазов. Название Кимберли, которое сейчас прочно ассоциируется с алмазодобычей, произошло от имени британского государственного деятеля – лорда Кимберли. Он участвовал во всех кабинетах Гладстона, был лордом-хранителем малой печати, министром колоний и министром по делам Индии. Когда во главе кабинета вместо Гладстона встал лорд Розберри (1894), Кимберли занял пост министра иностранных дел.
Не было бы алмазов – не было бы и города, поэтому всё здесь говорило об основном предназначении этого места.
У каждого, кто даже в первый раз приезжал в город Кимберли, не оставалось никаких сомнений относительно занятий его обитателей.
«Торговец алмазов», «Покупаю и продаю алмазы», «Только здесь вы можете купить самые лучшие драгоценные камни» – такие вывески можно было встретить буквально на каждом шагу.
Приезжий раскрывал местную газету, и ему сразу бросались в глаза набранные жирным шрифтом объявления:
«Мистер Джонсон К. Джонсон скупает алмазы всех сортов. Особенно требуются камни крупные, чистой воды и мелкие камни. Цены высшие розничные».
Разумеется, приезжему не миновать городской гостиницы.
Он попадал в длинный зал – столовую с большой стойкой для крепких напитков и рядами маленьких спален – крошечных комнат по
бокам. Обстановка каждой комнаты состояла из узкой кровати, столика, стула и сундучка. Алмазоискатели не туристы – особого комфорта им не требовалось.
Столовая эта, где c утра до вечера толкался народ, являлась своеобразной биржей, на которой можно было узнать последние цены на алмазных рынках Лондона, Парижа и других столиц, обменяться последними приисковыми новостями, договорится с маклерами.
Вот входит коренастый человек в широкополой шляпе и фланелевой рубашке. Он вынимает из объемистого кармана своих кожаных брюк спичечную коробку, раскрывает ее, небрежным жестом разбрасывает по столу груду камешков, и кажется, что тысячи огненных, радужного цвета искр разлетаются во все стороны. Алмазы переходят из рук в руки, а затем возвращаются владельцу. Тот, не глядя, водворяет их обратно в свой миниатюрный «сейф». В другом конце зала ведется оживленный разговор:
– Вы слышали, мистер Симсон нашел у себя на участке алмаз, оцененный в 50 000 долларов!
А вот появляется в сопровождении свиты и сам мистер Симсон.
– Всем шампанского, – распоряжается он.
Хорошо, если этим ограничивается «обмывание» счастливой находки. Не исключено, что уже через несколько дней мистер Симсон будет останавливать каждого встречного с просьбой одолжить полдоллара.
Если приезжий благоволил посетить редакцию местной газетки, то из подшивки ее номеров мог почерпнуть множество любопытных сведений, касающихся истории алмазного края.
Вот как описал некий репортер алмазную горячку:
«Моряки бежали с кораблей, солдаты покидали армию. Полицейские бросали оружие и выпускали заключенных. Купцы убегали со своих процветающих торговых предприятий, а служащие из своих контор. Фермеры оставляли свои стада на голодную смерть, и все наперегонки бежали к берегам Вааль и Оранжевой…»
Но газета умалчивала о том, что лишь немногим участникам этого кросса удавалась достичь финиша. Путь, ведший к алмазным приискам, заслуженно получил неофициальное название «дорога смерти». На растрескавшейся от летнего пекла земле грудами лежали трупы животных, не выдержавших тяжёлого перехода. Людям было не легче. Из вышедших за своей удачей большая часть оставалась на этом пути навсегда.
Да и те счастливчики, которые, успешно преодолев многотрудный путь, достигли земли обетованной в надежде на легкую наживу, к великому своему разочарованию, убеждались в том, что не только лёгкой наживы не будет, но придётся трудиться в поте лица, рискуя остаться ни с чем. Дух захватывало от вида того, какую громадную массу породы следует поднять на поверхность земли. А ведь это всё ещё надо было тщательно обработать, для того чтобы сверкнул заветный камень. Это при том, что породу в те времена черпали ведрами из воловьих шкур емкостью в две лопаты каждое.
Впрочем, белому алмазоискателю, или, как его здесь называли, промышленнику, утруждать себя физической работой не приходилось.
За два с половиной доллара в месяц он становился владельцем участка на приисках. В остальном он свято придерживался принципа «черную работу делает черный».
На дне гигантских воронок, задыхаясь в густых облаках пыли, трудились от рассвета до захода солнца тысячи африканцев. Нередко отвесные стенки разработок обваливались, заживо погребая десятки и сотни несчастных людей.
Жили черные рабы в огороженных колючей проволокой и тщательно охраняемых сараях. Один раз в месяц, и то после внимательного внешнего осмотра и даже очистки желудка (разумеется, не ради заботы об их здоровье, а дабы проверить, не проглотил ли кто-нибудь из них алмаз), их отпускали на несколько часов в город.
Стакан виски и трубка дурманящего опиума были единственной наградой за каторжный труд. Так жили подданные алмазного королевства.
А кто же был королём?
Сын бедного ирландского священника Сесиль Джон Родс прибыл в свое будущее королевство издалека. Уроженец Англии, переселившись в Африку, в Капскую колонию, он принял участие в поисках алмазов. Он оказался предприимчивее своих соперников. К этому часто добавляют: не имел совести, коварно и жестоко уничтожал конкурентов. Вскоре он стал преуспевающим промышленником.
В то время алмазоносная площадь была разделена на мелкие участки, разграниченные узкими полосками ничейной земли, по которым проходили дороги к местам выработок.
По мере углубления выработок края дорог становились все более крутыми, а потому происходили частые обвалы. Да и прочие форс-мажорные обстоятельства вкупе с обязательными расходами ложились на плечи мелких промышленников неподъёмным грузом. Слишком дорого стоили и отвал пустой породы, и откачивание подпочвенных вод. Многие оказывались в долгах, разорялись и продавали свои участки. Поэтому крупные предприниматели, соединив свои участки, организовали в 1880 году акционерное общество «Де Бирс». Возглавил его Сесиль Родс.
Новая фирма быстро поглотила незадачливых мелких промышленников с их примитивной техникой добычи алмазов. Слившись с другим подобным объединением, «Де Бирс» превратилась в крупнейшего поставщика алмазов на мировом рынке.
Сесиль Родс богатеет на глазах. В среде промышленников он получает прозвище «алмазный король».
Позднее, став министром финансов и еще через десять лет – премьерминистром Капской колонии, стремясь приумножить свои капиталы, он организовывает захват богатой полезными ископаемыми громадной территории в Южной Африке.
Между тем фирма «Де Бирс» продолжала процветать. В 1892 году на ее основе организовывается крупная британская монополия «Алмазный синдикат», вступившая в борьбу со всеми алмазными колониями, появившимися в Африке. Позже почти все конкурирующие фирмы присоединились к синдикату или заключили с ним соглашение.
Щупальца «Алмазного синдиката» потянулись по всему миру. Крупные алмазные рынки в Нью-Йорке, Лондоне, Антверпене, Кимберли оказались целиком в его власти.
Баснословные прибыли делили между собой заправилы алмазного синдиката – придворные «алмазного короля». Велась хитрая экономическая игра. Для того чтобы поддерживать высокие цены на ювелирные алмазы, синдикат временно закрывал отдельные месторождения или ограничивал добычу. После организации синдиката почти треть рабочих, занимающихся огранкой алмазов в Амстердаме, осталась без работы.
Распространив свое влияние на весь мир, заправилы «Алмазного синдиката» не были полными хозяевами у себя «дома» – в республиках Оранжевая и Трансвааль, где были сосредоточены в то время почти все основные алмазные разработки Африки. Сам факт существования этих независимых бурских республик угрожал гегемонии алмазного синдиката. Родс не мог оставить это просто так.
В 1895 году «Де Бирс» спровоцировала вторжение отряда английских колониальных солдат в Трансвааль. Но, встретив отпор буров, захватчики вынуждены были ретироваться. Это наглое вторжение вызвало возмущение во всем мире, и С. Родсу пришлось уйти в отставку с поста премьер-министра Капской колонии.
Однако это не спасло буров. Их участь была предрешена. В преддверии ХХ века вспыхивает англо-бурская война.
Военные действия начались 11 октября 1899 года.
Благодаря превосходству в вооружении и тактике, буры в первые месяцы войны добились определенных успехов. Они взяли ряд городов и наконец осадили резиденцию «алмазного короля» С. Родса – город Кимберли.
Когда клетка захлопнулась, то оказалось, что в ней сидит жар-птица. Наступление бурских войск было неожиданным для Родса, и он не успел покинуть город до того, как цепь окружения замкнулась.
Число осаждающих не превышало трех тысяч человек, но они занимали чрезвычайно выгодную позицию. Расположенный на равнине и окаймленный со всех сторон холмами, город был как на ладони.
Пока буры, никуда не спеша, топтались вокруг осажденных городов, на африканскую землю высаживались все новые части английских войск. Подавляя противника своим численным превосходством, англичане перешли в наступление. 15 февраля 1900 года буры были вынуждены снять блокаду Кимберли, а вскоре были деблокированы остальные города.
Далее события развивались стремительными темпами. В марте пала столица Оранжевой республики город Блумфонтейн, а в июне 1900 года англичане вступили в столицу Трансвааля – Претонию, завершив захват бурских республик.
«Алмазному королю» Сесилю Родсу не суждено было увидеть своего триумфа. Он скончался незадолго до полной капитуляции буров.
Но основанное им алмазное королевство продолжало расширяться. Вскоре богатейшие алмазные россыпи были открыты в Центральной Африке, в Конго.
О работе на этих россыпях Артур Конан-Дойль написал свою документальную книгу «Преступление в Конго». Картина, описанная в этом произведении, будоражит воображение и леденит душу. Человеку трудно представить себе чудовищную жестокость колонизаторов. «Цивилизованные варвары» доходили до того, что отрубали кисти рук и ступни ног у порабощенного населения. За время господства колонизаторов численность населения Конго уменьшилась в шесть раз. Порой маленький кристаллик алмаза кажется людям ценнее, чем многие жизни себе подобных. Но разве это так?
Республика Ботсвана
Прежнее название – Бечуаналенд. Получила независимость в 1966-м. За прошедший небольшой срок она стала сравнительно богатым африканским государством. По данным МВФ, в течение 1990-х годов здесь был один из самых высоких в мире темпов роста доходов на душу населения.