– Его нет уже второй день, – сказал Дмитрий. Он сидел на диванчике в квартире Сандры, слишком низком для его длинных ног. Хозяйка стояла тут же спиной к нему, сосредоточенно рассматривая полку, уставленную её любимыми безделушками.
– Мать подняла тревогу, – продолжал Дмитрий. – В пятницу вечером она упросила его привезти отцу лекарства, он вроде согласился, а сам не приехал… Она бы, может, и стерпела, знает, что он из дома именно из-за отцовского инсульта съехал и бывать у них не хочет, но выхода не было – сама не справлялась. Стала звонить – телефоны не отвечают. Тогда ко мне пришла. Я всех, кого мог, обзвонил. Мать хочет заявление в милицию подавать, – добавил он подавленно.
Возникла пауза.
– Сандра, подумай, – в который уже раз попросил Дмитрий, – вспомни, где он может быть?
– Сколько можно повторять – я не знаю, – ровным голосом ответила она, не оборачиваясь. – Мы расстались. Почему ты не спросишь у этой… как её? Марины?
Его худые плечи поникли.
– Ты знаешь…
– Я много чего знаю, – подтвердила девушка, и в её голосе зазвенели тщательно сдерживаемые не то гнев, не то слёзы, а может, то и другое вместе. Она резко повернулась и прошлась по комнате из угла в угол, остановилась перед Дмитрием.
– Я знаю, что Марина сначала понравилась тебе. Он сам мне сказал. Сказал – Марина такая шикарная, что даже Димка на неё запал. Для тебя ведь это было важно, да? А ему – наплевать! Я его любила! Но ему и на это было наплевать! И на неё ему тоже наплевать! На всех! – Она всхлипнула и закрыла лицо ладонями.
Дима растерянно смотрел на неё.
– Лёшка, конечно, эгоист, – наконец произнёс он, – но и мой друг тоже. Ты… ты успокоишься и поймёшь, что он совсем не плохой… Ты ведь его за что-то любила.
Сандра судорожно вздохнула и вытерла глаза.
– Ты не думаешь, что он просто подцепил какую-нибудь покладистую девицу, решил развеяться, а про лекарства и Марину забыл? В конце концов, сейчас выходные.
По опущенному Диминому взгляду она поняла, что такие мысли забредали ему в голову. Именно поэтому он не побежал с расспросами к дочке адвоката. А к ней можно, она, Сандра, пройденный этап, вчерашний день, прочитанная книга… Растравлять рану ей помешал голос Дмитрия.
– Пойду домой, может, новости есть. – Он встал. – Ты позвони, если что-нибудь узнаешь.
– Конечно, – кивнула девушка. – И ты звони.
Проводив гостя, она вернулась в комнату и медленно приблизилась к стеллажу, возле которого простояла в течение почти всего разговора с Дмитрием. На этом месте она стояла и до его прихода, не отрывая глаз от немудрёной стеклянной картинки в пластмассовой оправе. «Живой пейзаж», вот как называются эти игрушки, состоящие из двух стёкол, щепотки песка и нескольких капель глицерина. По мнению производителей и продавцов, они обязаны благотворно влиять на психику владельцев. Сквозь зеленоватое стекло «пейзажа» виднелась горная гряда на дальнем плане и песчаный берег высохшего озера на переднем. Тоненькая пунктирная полоска, похожая на цепочку следов, уходила вглубь пустыни.
Сандра толкнула пальчиком пластмассовый уголок, и картинка закружилась. Когда вращение остановилось, прямо на её глазах из чёрно-белой песчаной мути образовалась пологая овражистая равнина.
Жалела ли она о том, что сделала в ночь с пятницы на субботу, бросив телефонную трубку, изнемогающая от боли и несправедливости? Сандра предпочитала об этом не думать. Во-первых, обида на мужчину, которого она полюбила так сильно и так незаслуженно, была чересчур сильна, чтобы оставить место для жалости. Во-вторых, у проведённого ею такого простого, что не осталось времени одуматься, обряда не было обратного хода. Что сделано, то сделано.
– Не я виновата, что в твоей душе – пустыня, – прошептала она и вновь прикоснулась к раме, заставив песчаный мир прийти в движение.
Гадание
Зимний вечер заглядывал в окна комнаты, в которой две девочки-подростка занимались странным, на первый взгляд, делом – резали пополам новую свечу. Перед большим зеркалом на столике стояли две консервные банки, ещё одно зеркало, поменьше, лежало на стуле – они собирались гадать. Когда свеча разделилась на равные по высоте половинки, одна из гадальщиц, темноволосая и темноглазая, опалила спичкой их кончики и ловко вставила в приготовленные банки.
– Аня, туши свет! – распорядилась она.
Вторая девочка, с длинным русым «хвостиком» на затылке, щёлкнула выключателем. Свет уличного фонаря, безнадёжно запутавшийся в морозных узорах на стекле, и жёлтый отблеск свечей превратили знакомую комнату в таинственную ведьмину пещеру, с залёгшими в углах зловещими тенями. Подруги замерли на минуту, привыкая к новым ощущениям. Потом темноволосая сосредоточенно передвинула свечи на столе, выравнивая расстояние между ними и зеркальной поверхностью.
– Ты первая, Ксюша? – подала голос Аня, всё ещё стоявшая возле выключателя.
– Нет, давай ты, – после паузы ответила подруга и отошла от столика. – Это ведь была твоя идея и книжка по гаданиям твоя. Начинай. А я тут тихо посижу.
Аня сделала шаг, остановилась нерешительно, но узкая ладонь толкнула её в спину:
– Иди-иди.
Аня вздохнула. Наверняка Ксюше тоже не по себе, поэтому она и пропустила её вперёд, но разве она признается! Девочка привыкла мириться с самолюбием подружки и без возражений, прихватив маленькое зеркало, уселась у стола. В конце концов, мысль устроить святочные гадания на самом деле принадлежит ей, хотя без Ксюшиной энергии идея так и осталась бы идеей.
«Необходимо сосредоточиться», – вспомнила она фразу из книги, выставляя зеркало перед собой как щит. И, когда в туманном стекле напротив возник уходящий в бесконечность коридор, на самом деле забыла обо всём – о притихшей за спиной подруге, о времени, о реальности. «Суженый-ряженый, приходи ко мне ужинать», – повторяла она про себя, вглядываясь в точку схождения двух светящихся стен. И, конечно, увидела его – тёмный силуэт, быстро надвигающееся лицо, именно то, которое она так мечтала увидеть.
– Чур! – крикнула Аня, быстро вскакивая. Поручиться, что образ, стремительно приближавшийся к ней из глубин зеркала, не коснулся его поверхности, что, по примете, сулило несчастье, она не могла, но тревожиться было просто некогда.
– Ты видела? Узнала его? Рассказывай! – уже тормошила её Ксения.
– Видела… – прошептала Аня, и губы её против воли растянулись в широкую глупую улыбку. – Видела… Это Алёшка… Вдруг это правда, Ксюш?! Вдруг он мой суженый на самом деле?
Глаза Ксении восторженно заблестели.
– Конечно правда, Анька! Ой, как здорово! Теперь я!
Девочки поменялись местами. Аня, свернувшись клубочком на диване, наблюдала за подружкой, замершей перед зеркальным коридором. Пламя свечей освещало её профиль – чуть вздёрнутый нос, пухлые щёчки, неизвестно откуда взявшиеся при стройной фигуре, короткая стрижка. Аня совсем не такая, у неё нос прямой, глаза огромные, что неудивительно при её худобе. Мама называет её «Прозрачная», но это ей идёт. И почему бы Алёшке, который нравится многим её одноклассницам, не влюбиться именно в неё?
Высокий, светловолосый, всегда улыбающийся открытой доброй улыбкой – как здорово было бы пойти с ним на дискотеку, всем на зависть. А потом… Когда она закончит школу и медицинское училище, в которое твёрдо решила поступать, а Алексей устроится работать… Наверное, автомехаником или электриком, он любит всякую технику. «Золотые руки у парня», – говорили о нём взрослые.
Но помечтать всласть Анечке не удалось. Не прошло и десяти минут, как Ксюша неожиданно встала и, даже не пытаясь зачураться, отошла от зеркала. Не произнося ни слова, она зажгла люстру, и Аня увидела хмурое задумчивое лицо подруги.
– Ничего я там не увидела, – сердито сказала она, задула свечи и сразу переставила их на тумбочку. – Глупости одни твои гадания.
– Может, надо было ещё подождать? – несмело заикнулась удивлённая Аня, но осеклась, получив в ответ:
– Мне домой пора, уже поздно!
Когда за Ксенией захлопнулась дверь, Аня решила наконец обидеться. Часы показывали только половину девятого, а жила подруга через дом. Она явно видела в зеркале что-то, чем не захотела делиться. Немного поразмышляв о том, что бы это могло быть, Аня махнула рукой. Захочет – сама расскажет, а не захочет… У Ани тоже есть гордость. Радуясь, что родители ещё не вернулись из гостей, девочка включила на полную громкость магнитофон и поудобнее устроилась на диване.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: