– Если вы скажете, какую цель преследуете, мне будут легче ответить.
– Нет, Кебади, не скажу.
Летописец вернул перо на краешек чернильницы. Вытащил из ящика стола книгу, приложил руку к сердцу, затем пару секунд подержал ладонь на кожаной, потемневшей от времени обложке без надписи. Его действия напоминали ритуал, чем-то похожий на религиозный. Но Кебади сказал, что не верит в Бога…
Протянул Адэру:
– Почитайте на досуге.
Адэр наугад открыл книгу и чуть не задохнулся: в лёгкие хлынул хрустально-чистый воздух. Таким он может быть только высоко в горах, под облаками, но сейчас ледниками и водопадами пахли пепельные, покрытые записями на незнакомом языке листы со следами сотен, а может, тысяч пальцев.
Адэр перевернул страницу, вдохнул необузданный жар костра и невольно вжался в спинку стула – почудилось, что пламя лизнуло подбородок.
– Что с вами, – прозвучал обеспокоенно голос летописца.
– Чем она пахнет?
– Бумагой, мой правитель. Старой бумагой.
Адэр посмотрел на рукописный текст, графически он сильно отличался от предыдущего. Перевернул ещё страницу и зажмурился от удовольствия: так может благоухать только женщина на пике оргазма, у этого аромата нет названия, но мужчина ни с чем его не спутает. Буквы, точно крылья птиц, создавали иллюзию полёта фраз, и казалось, что строки находятся в еле заметном движении.
– Что это? – спросил Адэр, немного придя в себя.
– «Откровения Странника», Священное Писание древних народов Дэмора.
Адэр открыл книгу посередине – в нос ударил запах свежевскопанной кладбищенской земли – и тотчас захлопнул. Почему именно кладбищенской? Он никогда не был на кладбище. С любой похоронной процессией доходил до ворот и незаметно исчезал. Нет, был… Сестра рассказывала, как он, годовалый мальчуган, не задумываясь, шагнул в могилу вслед за гробом матери. Надо же… Боль утраты забылась, а запах горя – нет.
Адэр поймал на себе озабоченный взгляд. Осторожно положил книгу на угол стола:
– Спасибо, Кебади, но я не смогу прочесть.
– «Откровения» написаны на четырёх языках. Словари взял советник Исаноха. Но у нас нет словаря морун. И никогда не было.
– Я вряд ли найду время на их изучение, – сопротивлялся Адэр, с опаской поглядывая на книгу.
– Сколько языков вы знаете, мой правитель?
– Девять, несмотря на то, что у меня плохая память на имена и даты. Учителя-иностранцы отлично с ней поладили.
– Знаете тикур, вард?
– Конечно.
– Язык ветонов из той же группы, хотя алфавит и произношение многих слов сильно отличается. Тез – ваш родной язык. А шер и роса знаете?
– Роса чуть хуже. В Росьяре я редко бываю.
– Это неважно. Сейчас везде говорят на слоте.
– Для изучения языков важно! В Маншере проходят грандиозные скачки. По их правилам участники и гости обязаны говорить только на шер. Хочешь не хочешь, а язык будешь знать. – Адэр потёр лоб. Через месяц состязания, а его скакуна там не будет.
Голос Кебади вернул его в архив:
– Очень интересно.
Адэр улыбнулся:
– В Партикураме ежегодно проводят шикарный бал-маскарад. Общение только на тикуре. Их язык превосходно передаёт чувства. А Росьяр славится оперой, у них самый певучий язык. К сожалению, открытие сезона, куда приглашают королей и наследников престолов, приходится на день рождения моего отца.
– Язык климов в одной группе с тез, шер и роса. С ним вам будет легче всего. А сложнее всего с языком ориентов. Похожей речи нет.
– А язык морун?
Кебади достал из ящика фланелевую тряпочку и снял очки:
– Когда они говорят, поёт душа. У каждого она поёт по-разному.
– Расскажи о них, – сказал Адэр тоном, каким обычно просят открыть окно в жарко натопленной гостиной.
– Они живут за долиной Печали, на полуострове Ярул.
Адэр еле сдержался, чтобы не ударить кулаком по столу. Сидит перед ним старик с глазами крота и гнёт себе цену! Каждое слово приходится выуживать.
– Говорят, они подчиняют себе мужчин.
Забыв протереть стёкла, Кебади водрузил очки на нос:
– Почему-то никто не говорит, что мужья морун – однолюбы, способные беззаветно любить и хранить верность, но каждый скажет, что моруны их подчинили.
– Нет дыма без огня.
– Незамужние моруны ищут свою половинку, а когда находят – две половинки становятся одним целым и уже никогда не расстаются.
– И как в сказке, живут они долго и счастливо и умирают в один день.
Кебади прищурился, словно даже в очках не мог разглядеть Адэра:
– Вы недалеки от истины.
– Я хотел найти здесь летописца, а нашёл сказочника. – Адэр поднялся. Немного помедлив, взял книгу. – Будет время на очередную сказку – прочту.
– Почему вы не спрашиваете о проклятии морун?
– Впервые о таком слышу, – проговорил Адэр и направился к пологу.
– Малика – простая девушка. Её враги, или ваши, непременно будут пугать вас проклятием.
Адэр обернулся: