Княжна Агата

Княжна Агата

По мотивам произведения Михаила Лермонтова « Княжна Мэри»

«Поступай так, чтобы максима твоей воли могла всегда быть одновременно принципом всеобщего законодательства».

(Иммануил Кант, «Критика практического разума»)

ПРОЛОГ. ТОТ, КТО ПОСМЕЕТ

Профессора Лебедева убили в самый тихий час ночи – когда даже алгоритмы «Фортуны» замедляли работу для планового обслуживания. Смерть была идеальной: без крови, без крика, без следов. Дефибриллятор с модифицированной полярностью вызвал остановку сердца, которую любой патологоанатом принял бы за естественную. «Фортуна», гордость «Балтийского Хаба», через семь секунд зафиксировала прекращение жизненных показателей в лаборатории 4B и классифицировала инцидент как «несчастный случай на рабочем месте». Протокол был отработан. Семье уже готовили письмо с соболезнованиями и предложением именной стипендии. Мир из стекла, стали и безупречного кода должен был остаться безупречным.

Но у этой смерти оказался свидетель. Не человек. Камера технического коридора, которую забыли обновить в прошлом квартале. Она записала ровно три секунды: дверь лаборатории, приоткрывающуюся изнутри, и детскую руку, сжимающую рукоять прибора.

Запись автоматически ушла в архив, где ей предстояло стереться через 72 часа по протоколу очистки временных данных. Но за шесть часов до удаления на неё наткнулся Михаил Монтлер – журналист-неудачник, выброшенный из всех медиа за неудобные вопросы. Теперь он подрабатывал репетитором по философии для богатых студентов Хаба. Он искал компромат на ректора – глупую, личную месть. Нашёл нечто гораздо большее.

Он попытался поделиться находкой. Его цифровая жизнь – аккаунты, банковский счёт, доступ в библиотеку – была аннулирована за девять минут. Его объявили параноиком, страдающим «синдромом упущенной выгоды». Ему оставили только страх и три гигабайта доказательств, которые теперь стали смертным приговором в его руках.

И тогда он совершил единственный разумный поступок в своей жизни – пошёл туда, куда его никогда не пустили бы. В «аналоговую» квартиру старого профессора Штайна, изгнанного из Хаба за проповедь «устаревших» идей Канта. И там, среди запаха старой бумаги и пыли, он встретил её.

Агату – идеальную студентку, живое воплощение успеха системы. Её ИИ-помощник «Гордий» только что внёс Михаила в чёрный список как «источник токсичной нестабильности».

Она смотрела на него не со страхом, а с холодным, почти научным интересом – как на редкий сбой в программе.

– Вы тот, кого стёрли, – констатировала она.

– А вы та, кто позволяет себя обманывать, – бросил он в ответ.

Он показал ей запись. Всего три секунды. Детская рука. Прибор. Дверь.

Лицо Агаты, всегда такое спокойное, будто вылепленное по шаблону «оптимальных эмоций», дрогнуло. В её глазах, привыкших видеть мир через фильтры рекомендованных алгоритмом маршрутов и мелодий, вспыхнуло нечто чужое, дикое, человеческое. Сомнение.

И в этот момент, под свинцовыми балтийскими небесами, в комнате, пахнущей печалью и старыми книгами, родился «Кантовский клуб» – несколько человек, которым не всё равно. Несколько человек, готовых задать самый опасный вопрос в мире безупречных ответов:

А что, если правда – не ошибка системы, а её главная жертва?

Их ждёт «Колыбель», где калечат души. Их ждёт «Фортуна», которая видит в них лишь вирус. Их ждёт выбор, где каждое решение отнимает кусок будущего. И любовь, которая родилась не в виртуальной реальности, а в живом океанариуме, среди тишины и немых взглядов рыб.

Погрузитесь в ледяные воды правды. Спасаясь от жары лжи.

СЕКВЕНЦИЯ 1: «ИДЕАЛЬНОЕ УБИЙСТВО В ИДЕАЛЬНОМ МИРЕ»

ЧАСТЬ 1: ДЕНЬ КАК КАРТИНА, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ТРЕСНУЛО СТЕКЛО

Первое, что чувствовала Агата Львова в момент пробуждения, – это не свет и не звук, а ощущение правильности. Тонкая, едва уловимая вибрация смарт-браслета вокруг запястья – не назойливая, а убедительная, как тихий стук в дверь преданного слуги. Ровно в 6:45. Ни секундой раньше, ни секундой позже. Время, выверенное не по звездам, а по её собственным биоритмам, проанализированным за тысячи ночей.

«Оптимальное время для пробуждения с учетом вашей фазы REM, уровня мелатонина и запланированной вечерней интеллектуальной нагрузки», – пропел мягкий, бархатный баритон «Гордия». Голос не звучал из колонок – он рождался в самой воздушной среде комнаты, обволакивая, но не нарушая тишины. «Погода за окном: +8°C, легкий бриз с залива. Рекомендую легкий джемпер из шерсти мериноса. Кофе с нотами карамели и темного шоколада будет готов через сорок семь секунд. Доброе утро, Агата».

Комната послушно оживала, исполняя бесшумный, отрепетированный до совершенства танец. Панорамное окно-экран, занимавшее всю стену, плавно изменило прозрачность с матовой на полупрозрачную, впуская внутрь не просто свет, а целое полотно балтийского утра. Серо-стальные воды залива, прочерченные белыми нитями паромов, низкие облака, цепляющиеся за шпили строящегося на противоположном берегу кампуса МГУ – гигантского кристалла будущего, растущего из тростниковых болот Тростянки. Это зрелище, которое «Гордий» определял как «визуальный стимул, способствующий фокусу и умеренному амбициозному тонусу», Агата любила по своей, не прописанной в алгоритмах причине. Оно напоминало ей о масштабе.

С легким шипением и ароматной волной пара проснулась кофемашина – интеллектуальная алхимичка, смешивающая не просто сорта, а биохимические коктейли. Сегодняшняя формула включала легкую карамельную ноту для мягкого подъема дофамина после несколько тревожных снов (отмеченных системой, но не расшифрованных). У кровати, издавая едва слышное гудение сервоприводов, замер робопес «Барс». Его оптические сенсоры, холодные синие точки, приветливо мигнули. Его форма – нечто среднее между гепардом и греческой статуей – была образцом биомимикрии. Силиконовая шерсть на ощупь напоминала настоящую, но была лишена главного – тепла, запаха, случайной грязи. Идеальная чистота. Агата провела рукой по его голове, и «Барс» наклонил её, имитируя ласку. Протокол.

Она потянулась, и зеркало-экран на противоположной стене тут же ожило, не показывая её отражения. Вместо него поплыли цифры и изящные графики: СОН: 94% (глубокий цикл превысил средний на 12%). ГОТОВНОСТЬ К ПРОДУКТИВНОСТИ: 88%. НЕЙРОПЛАСТИЧНОСТЬ: В ПИКЕ. Идеально. И маленькая, едва заметная зеленая стрелочка вверх: +2% к вчерашнему общему индексу эффективности. Уголки её губ, лишённых утренней отечности благодаря косметическому режиму климат-контроля, дрогнули. Это была не просто улыбка – это была физическая манифестация успеха, одобренная и ожидаемая системой. Чувство глубокого, почти эстетического удовлетворения от синхронизации с миром.

За окном, в геометрических садах «Балтийского Хаба», уже двигались другие фигуры. Студенты в капсулах индивидуального транспорта, похожих на капли ртути, скользили по монорельсам; пешеходы шли по маршрутам, подсвеченным на тротуарах персональными траекториями. Ни столкновений, ни задержек, ни случайных встреч. Каждый – идеальный мазок на бесконечной, безупречной картине, которую писала «Фортуна». Система работала. Жизнь была лучшим из возможных алгоритмов. Агата сделала первый глоток кофе – температура, вкус, терпкость были безупречны. Она чувствовала не волнение, а спокойную, железную уверенность. «Гордий» обозначал это состояние в её психологическом профиле как «оптимальный предстартовый аффект». Сегодняшний день, как и все предыдущие, будет прекрасен своей предопределенностью.

Тем временем, в стерильном сердце «Голограда», Лена не чувствовала усталости. Её тело, подпитанное персональным коктейлем ноотропов и электролитов, было идеальным инструментом. Она стояла в белоснежном зале, больше похожем на храм, чем на класс. Перед ней в пространстве парила светящаяся, полупрозрачная проекция – «Кадавр» №43. Не труп, а идеализированная карта человеческого тела. Каждый сосуд сиял рубиновым, каждый нерв – сапфировым, каждый мускул – янтарным светом. В ушах Лены звучал ровный гул системы жизнеобеспечения и тихий голос наставника.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.