Оценить:
 Рейтинг: 4.6

Китай, Россия и Всечеловек

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 10 >>
На страницу:
4 из 10
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Неба и назвали его Инь-Ян. Установили Путь Земли и назвали его Мягкость-Твердость. Установили Путь Человека и назвали его Чело-вечность-Справедливость (Жэнь-И). Соединив эти три потенции, сдвоили их. Потому в гексаграмме шесть черт. Различая Инь-Ян, прибегали то к Мягкому, то к Твердому».[68 - Цит. И цзин и комментарий – «Десять крыльев» по изданию: Сочинения китайской классики: в 20 т., т. 1. Токио, 1966, с. 565.]

Все недвойственно, непротиворечиво. Само движение двуедино, идет туда-обратно, избегая гибельной односторонности: инь прибывает, ян убывает, ян прибывает, инь убывает, – и в Природе, и в человеческих делах. То сжимается, то разжимается вселенская пружина, сообщая пульсацию жизни, – на любом уровне макро– и микромира, галактики и каждой клетки.

Из этих «черточек», о которых упоминал Н. И. Конрад, и состоит И цзин. Всего 64 гексаграммы (гуа), каждая из шести черт. Первые две гексаграммы не смешаны: шесть целых янских черт, чистое Творчество; шесть прерванных, иньских черт – чистое Исполнение. Остальные 62 представляют собой разное сочетание целых и прерванных черт, олицетворяющих характер переживаемой ситуации. Каждая из ситуаций, или фаз Эволюции, не зависит от человека, но человек зависит от нее; ощущая ход событий, может способствовать их благоприятному разрешению. Для этого и приложены афоризмы, чтобы надоумить, как лучше вести себя, не попасть впросак. То есть совершенномудрые, в заботе о потомках, предначертали Путь мирового развития, чтобы человек мог ориентироваться в нем. Следуя Пути, человек приближается к совершенству, реализуя свою истинную сущность, равную Небу и Земле, как говорят китайские мудрецы, становится с ними в Троицу.

Итак, Инь-Ян, два состояния или модуса вселенской энергии (ци), воплощают противоположные ее состояния: Инь – это темное, непроявленное, спокойное, иррациональное начало; Ян – это светлое, явное, подвижное, условно говоря, «рациональное» начало. Следуя законам Природы, смене темного и светлого, ночи и дня, инь-ян, естественно, не могут противоборствовать. Воплощая противоположные свойства, не являются противоположностями в привычном для нас понимании, ибо присутствуют друг в друге, наследуя двуединство от прародителя – Великого Предела (Тайцзи). Символ Тайцзи – круг с двумя полуизогнутыми половинами, зародыш. На темной, иньской половине – светлая, янская точка, а на светлой, янской – темная, иньская точка, свидетельство их внутреннего родства. Мир разворачивается из Великого Предела, или Беспредельного, в котором все уже есть в непроявленной форме.

Изначально инь-ян пребывают в покое Тайцзи и начинают взаимодействовать под влиянием внутренней причины (скажем, разницы потенциала). Проявляясь, инь-ян не распадаются, а, сохраняя память о своем лоне, хранят целостность. Лишь в одной – 12-й – гексаграмме происходит их разделение: три верхние, янские черты тянутся к Небу, а три нижние, иньские – к Земле. Но эта гексаграмма так и называется – Упадок (Пи), знаменуя распад всех связей. Наступает же она после ситуации Расцвета (Тай – 11-я гексаграмма). Когда Инь-Ян пребывают в гармонии, то наступает всеобщий Расцвет. В чем же причина того, что после Расцвета начинается Упадок? Расцвет обусловлен правильным отношением инь-ян: Исполнение-инь на своем месте дает возможность энергии Творчества реализовать себя, и все процветает. Но процветает до поры до времени, ибо не хватает третьего звена – осознавшего себя человека. Потому ситуация Расцвета оказывается недолговечной, ей на смену приходит Упадок из-за действий мелкого человека (сяожэня), который думает не об истине и не о долге, а о выгоде, о своем личном интересе, ради которого готов на все. И в И цзине сказано: «Путь ничтожеств – расти, а путь благородного человека (цзюньцзы) умаляться», что подтверждает комментарий «Туань-чжу-ань»: «Упадок – это неподходящие люди. Неблагоприятна благородному стойкость. Великое отходит – малое приходит. Это значит, что Небо и Земля не связаны и все сущее не развивается».[69 - Щуцкий Ю. К. Китайская классическая «Книга Перемен». М., 1960, с. 106.] Исполнение становится на место Творчества. Те, кому предназначено исполнять, берут на себя функцию творцов, и все идет прахом. Это характерно для нашего времени – массовизации сознания. Нарушается предустановленный порядок: Верх (Небо) и Низ (Земля) меняются местами. Упование Ницше на сверхчеловека ни к чему хорошему не привело. <Я учу вас о сверхчеловеке. Человек есть нечто, что должно превзойти».[70 - Ницше Ф. Так говорил Заратустра. СПб., 1911, с. 5.] Превзойти себя человек может не удвоением своего эго, а избавлением от него, от себя внешнего, чтобы найти себя истинного.

В Китае человек не ставил себя в центр Вселенной, потому и не был ею отброшен. Он не властвовал над Природой, а поклонялся ей как верный ученик и потому избежал отчуждения, на которое обрекается часть, возомнившая себя целым.

Великие умы называли Единое Богом (Плотин). Но часть предопределила образ мышления в западной эйкумене, сказавшись и на характере формальной логики, и на характере науки, имеющей дело с относительными истинами, постоянно самих себя отрицающими. Фактически все войны, все распри, в том числе религиозные, происходили из-за этой искаженной меры, поставившей часть на место Целого. Сюда же можно отнести и имперские претензии, и маниакальность сверхчеловека, посягавшего на ход истории.

Этого не произошло в Китае, где не человек, а Дао – извечный центр, притом Дао не явленное, как об этом сказано в самом начале «Дао дэ цзина» Лао-цзы: «Явленое Дао не есть постоянное (истиное) Дао». То есть существует второй, невидимый план Бытия, то, что называлось Беспредельным, Ничто (У), в котором пребывает истинно-сущее, «таинственно-прекрасное». Тем не менее, «явленное Дао», «Путь человеческий», не соответствующий извечному Пути, ввергает Поднебесную в пучину бедствий. Свидетельство тому, например, две последние гексаграммы И цзина.

Более всего диктатуре соответствует предпоследняя, 63-я гексаграмма: «Уже конец». В тексте сказано: «Уже конец. Свершение. Малому благоприятна стойкость. В начале – счастье. В конце – беспорядок».[71 - Щуцкий Ю. К. Китайская классическая «Книга Перемен», с. 379.]

Как это понимать? «Малый» порядок создан «мелкими» людьми, пришедшими к власти. И в 62-й гексаграмме «Переразвитие малого» сказано: «Возможны дела малых, невозможны дела великих». С виду все упорядочено, малое достигает завершенности, но истинному человеку тут нет места. Если в основе стабильности лежит малая величина, скажем, частный или групповой интерес, то стабильность превращается в стагнацию, в «застой».

Застой не может не обернуться хаосом, ибо всякая остановка противоречит Пути. Так что переход к следующей, 64-й гексаграмме «Еще не конец» неминуем.

Итак, во всем, и в самом человеке, говорили сунские философы, есть две природы: непроявленная, извечная, небесная, светлая и вторичная, земная, явленная в многообразии. Цель человека – преодолеть вторичную природу, избавиться от эгоцентризма, очистив сердце, найти себя подлинного, внутреннего человека, равного Небу и Земле. Уже даос Чжуан-цзы говорил: «Небо и Земля родились одновременно со мной. Видимый мир и Я одно целое» («Чжуан-цзы», гл. 2 «О равенстве вещей»). Человеку назначено стать вровень с Небом и Землей, претворить небесный замысел, соединив Творчество с Исполнением, стать Всечеловеком.

Прошедший Путь сполна спасется. А на языке И цзина: «Одно Инь, одно Ян и есть Путь. Следуя этому приходят к Добру (Шань). Осуществляя, проявляют изначальную природу (Син)» (Сицычжуань, 1, 5). Эту мысль нередко трактуют как чередование инь-ян, что противоречит многомерной модели инь-ян, которые не только чередуются, но и присутствуют друг в друге, взаимодействуют, и когда присутствуют один к одному, в надлежащем порядке, то все приходит в Гармонию.

Значит, человеку предназначено, преодолев привязанность к себе, реализовать свою изначальную природу, присущие ей пять моральных «постоянств»: Человечность, Справедливость, Учтивость, Мудрость и Искренность. (О чем и сказано в «Шогуачжуань»: Путь Человека – Человечность-Жэнь и Справедливость-И.) Об этом свидетельствуют и две первые гексаграммы И цзина: Цянь – абсолютное Творчество, символ – Небо, и Кунь – абсолютное Исполнение, символ – Земля. Совершенный человек, вошедший в Троицу с Небом и Землей, соединяет в себе эти высшие потенции Творца и Исполнителя в одном лице (Богочеловек – в нашей традиции, как понимали богочеловечество Вл. Соловьев и Н. Бердяев). Это и есть восхождение к Триединству, предсказанному китайскими мудрецами; к эйдосу Троичности – по Бердяеву: «Божественная мистерия Жизни и есть мистерия Троичности. Она совершается вверху, на небе, и она же отражается внизу, на земле».[72 - Бердяев Н. А. Философия свободного духа. М., 1994, с. 135–136.]

Если Порядок установлен свыше, он не может не иметь высшей цели. Когда два самоестественно (цзыжань) соединяются в одно, притягиваются по закону Целого, двуединой природы вещей, резонирующих друг на друга, то появляется третье измерение: единый центр или вертикальная ось, соединяющая земное с небесным, физическое с духовным. Таков закон Дао: лишь триединое одухотворено, лишь одухотворенное целостно. Целое не может не быть моральным. Не имеющее частей не подавляет, не существует за счет другого, идет ли речь о народе, о человеке или о чувстве и разуме, о пространстве и времени. Одного нет без другого, как нет инь без ян, ян без инь, – они взаимонеобходимы для Жизни. Поэтому мудрецы Запада и Востока во все времена превыше всего ставили Целое, ибо Целое и есть Истина. Лишь целое сообщается с духом, лишь дух животворит. «Целостность духа есть Путь мудрого», – говорит Чжуан-цзы («Чжуан-цзы», гл. 12 «Небо и Земля»).

Таков Дао-Человек, пребывающий в неизменности вселенского центра: «Достигни предельной Пустоты, утвердись в Покое, и вещи будут сами собой развиваться… Возвращение к велению Неба называю Постоянством. Знание Постоянства назову Просветленностью. Не знающий Постоянства своим неведением творит зло. Знающий Постоянство – терпим. Терпимый – справедлив. Справедливый становится Ваном. Ван становится Небом. Небо становится Дао. А Дао не знает гибели» (Дао дэ цзин, 16. Японцы комментируют эту мысль Лао-цзы: если становишься широким, как Небо, входишь в Недеяние Дао, становишься вечным, бессмертным).[73 - Сочинения китайской классики: в 20 т., т. 6, с. 93.]

Вот чему учит «Книга Перемен»: предсуществованию человека, целостности сущего, взаимной обусловленности и единству, следуя внутренней логике Пути, от которого невозможно отклониться ни вправо, ни влево, чтобы не попасть в беду. То, что называется неслиянным и нераздельным единством, или, на языке дзэнских мастеров: «Одно во всем и все в Одном». И невозможно ничем пренебречь без ущерба для Целого или самой Жизни.

И цзин и современность

Разум есть мистика для рассудка.

    Шеллинг

И цзин («Книга Перемен») и современность

Еще несколько слов об И цзине. Чем вызван к нему повышенный интерес? Одна за другой выходят работы об И цзине, о Дао («Дао физики», «Дао математики», «Дао Юнга»). К. Г. Юнг назвал И цзин «Книгой мудрости». «Книга Перемен» содержит схему мирового развития. Этот код обусловлен взаимодействием двух вселенских энергий инь-ци и ян-ци. Нет того, в чем не было бы инь-ян, от клетки до галактики, ибо они заложены в природе вещей. Одно есть оборотная сторона другого, все двуедино: покой-движение, темное-светлое, правое-левое, интуиция-логика, чувство-разум, пространство-время, женское-мужское. Их взаимодействие обусловлено законом Природы: одно убывает, другое прибывает (как тьма-свет, ночь-день), но связь между ними не прерывается, они присутствуют друг в друге. Если нарушено их взаимодействие, одно угнетает или отпадает от другого, то нарушается равновесие, начинаются катаклизмы. От избытка инь или ян в организме человека или общества начинаются заболевания, сбои энергии, аритмия. Избыток ян приводит к изменению ее качества: из светлой, творческой она превращается в хаотичную, разрушительную – в низшее ян. То же самое с инь. От избытка ян (огня) возникают пожары, от избытка инь (воды) – наводнения, в чем убеждают нас зачастившие стихийные бедствия, которые, однако, имеют объяснение. «Книга Перемен» и посвящена тому, чтобы подсказать человеку, как нужно вести себя в той или иной ситуации, чтобы не усугубить ее, не вызвать негативную реакцию.

Весь цикл Перемен обозначен 64 гексаграммами (кит. гуа): графическим изображением целых-янских и преванных-иньских черт, по шесть в каждой гексаграмме. (Предполагают, что впервые их зафиксировал, наблюдая небесные знаки, первопредок Фуси в III тысячелетии до н. э.) Кроме первых двух гексаграмм (абсолютное Творчество, Небо – шесть целых черт, абсолютное Исполнение, Земля – шесть прерванных), остальные состоят из смешанных в разном соотношении черт, в зависимости от характера наступившей ситуции. Афоризмы и прилагаемый комментарий («Десять крыльев») помогают понять значение каждой гексаграммы и вести себя соответствующим образом – или решительно, в стиле ян, или пребывать в иньском покое, пока неблагоприятная для действия гексаграмма не сменится следующей. Сообразное поведение (то, что теперь называют «обратной связью») дает возможность не нарушить Путь и без лишних потерь выйти на следующую фазу Эволюции. Перемены идут своим чередом, человек зависит от них, подвержен тем же изменениям. Однако ему дано сердце-разум, позволяяющее проскочить пороги и не отпасть от Пути, который направляет все сущее к Благу. Знание Перемен учит человека соизмерять свои возможности, не опережать Время, чтобы не выпасть из Бытия, не тешить себя иллюзиями, что можно изменить ход событий, покорить Природу, с которой он связан всеми фибрами своей души. Вне Пути, предназначенного миру и каждому существу, все теряет свою природу, обречено на вымирание.

Итак, «Книга Перемен» учит считаться с вечными законами, которыми последние века европейский ум пренебрегал, за что и расплачивается издержками техногенной цивилизации. (Теперь кто только ни говорит об экологической катастрофе.) Учит чувству все-родства, сообразному действию (японцы называют это «ситуационной этикой»), что позволяет не разрушать среду обитания и не испытывать чувство отчуждения от мира и от себя. А еще «Книга Перемен» говорит о том, что один цикл завершается другим, но прошедший Путь сполна достигает Просветления, о чем свидетельствуют две первые гексаграммы И цзина – высшее Творчество предполагает высшее Исполнение. Прошедший Путь с его взлетами и падениями укрепляется в Духе, становится Целым человеком, Триединым с Небом и

Землей, способным вывести сущее к Гармонии. Так что не только человек нуждается в знании мировых законов, но и мир нуждается в человеке. Но если человек не выполнит своего назначения, то Небо будет искать себе другого Исполнителя. Вот чему учит «Книга Перемен».

Если человек ведет себя сообразно, его минуют напасти, он будет продвигаться к совершенству. Если человек не считается с характером Перемен, нарушает предустановленный ритм Дао, моральный Закон, то выпадает из Бытия как не имеющий к нему отношения, не соответствующий замыслу Неба или закону Целого.

Все недвойственно, непротиворечиво. Скажем, нет Справедливости без Человечности и наоборот. Все пять моральных Постоянств (у чан), свойственных изначальной природе-Син (Человечность-Жэнь, Благожелательность-Ли, чувство Справедливости-И, Мудрость-Чжи, Искренность-Синь), взаимообусловлены, одного нет без другого. Так же недвойственны покой-движение (притом «Покой есть главное в движении», по Лао-цзы). Само движение идет туда-обратно (шунь-ни), избегая гибельной односторонности, – в человеческих делах так же, как в Природе. И все совершается в предустановленном Порядке: инь-ян не сталкиваются, не борются, а поддерживают друг друга в круговороте Перемен. Этот естественный тип связи обеспечивает пульсацию Жизни на любом уровне макро– и микромира, галактики и цветка. (Потому возрастает интерес к «Книге Перемен» и в науке: приобщаясь к Пути, она преоделевает обособленность от остального мира, чему свидетельство поток книг на эту тему, начиная с «Дао физики» Ф. Капры.)

Мир разворачивается из Великого Предела или Беспредельного (Тайцзи), из Великого Единого (Тай И).[74 - Впервые понятие Тайцзи появляется в Сицычжуань: «Перемены имеют Великий Предел» (1, 11), что можно понимать и так, что Перемены направляются к благополучному завершению.] Изначально инь-ян пребывают в Покое Тайцзи, как в зародыше, начинают взаимодействовать под влиянием внутренней причины. Проявляясь, инь-ян не распадаются, а, сохраняя память о своем лоне, предрождении, присутствуют друг в друге. Приходя во взаимодействие, не сталкиваются, не противостоят друг другу, что делает каждую пару реальным или потенциальным целым.

Самим Переменам присуще движение к лучшему порядку: «Учитель сказал: Как совершенны Перемены! Благодаря им возвысилось

Дэ совершенномудрых и широко распространилось его действие. Ум тянется кверху, Ли (Ритуал) книзу. Поднявшееся кверху уподобилось Небу, опустившееся вниз определило правила Земли. Когда Небо и Земля в соответствии, между ними происходят Перемены. Животворящая Природа – врата к Пути Справедливости (И)» (Сицычжуань, 1, 7).

Что же позволило древним узреть вечные законы, над которыми уже сколько веков бьются лучшие умы человечества? Не то ли, что люди древности (которые, согласно Платону, «были умнее нас») имели светлую, тонкую энергию (Цзин), которая позволяла видеть невидимое, слышать неслышимое, проницать Истину?[75 - Этот высший тип тонкой энергии, согласно Лao-цзы, присущ Небесному Дао: «В таинственной глубине Дао скрыта чудесная духовная энергия (Цзин ци). В ней высшая Истина (Искренность-Синь), в ней творящий Свет» (Дао дэ цзин, 21).]

Но если Перемены сами по себе ведут к лучшему порядку, то не нужно мудрствовать, а нужно лишь вверить себя Пути:

«Учитель сказал: «Зачем Поднебесной размышления?!
Разные Пути ведут к Одному.
Многие размышления возвращают к Единому.
Зачем Поднебесной Размышления?!
Солнце заходит, Луна восходит. Луна восходит, Солнце
заходит. Солнце и луна двигают друг друга, и рождается
Свет… Чему должно прийти, приходит. Тому нужно довериться.
Доверие и терпение рождают Благо»

    (Сицычжуань, 2, 5).
Если Перемены заданы, то человеку разумно следовать им, взяв за образец Недеяние (Увэй). Но это не бездействие, не пассивное отношение к происходящему, а действие согласуемое с Путем, что предполагает со-участие, причастность к событиям.[76 - Присущее этому мышлению единство субъекта и объекта подметил датский физик Нильс Бор, сделавший модель Тайцзи своим гербом: «Мы должны обратиться к совсем другим областям науки, например к психологии или даже к особого рода философским проблемам, с которыми уже столкнулись такие мыслители, как Будда и Лао-цзы, когда пытались согласовать наше положение как зрителей и как действующих лиц в великой драме существования» (Бор Н. Атомная физика и человеческое познание. М., 1961, с. 35).] Потому Лао-цзы и говорит: «Дао непрестанно осуществляет Недеяние, и нет того, что бы не свершалось». И дальше: «Небытие проникает везде и всюду. Вот почему есть польза от Недеяния. В Поднебесной нет ничего, что можно сравнить с учением без слов и пользой от Недеяния» (Дао дэ цзин, 37; 43).[77 - То, что христиане-исихасты называли «умным деланием» в святом молчании.] Сам язык «Книги Перемен» афористичен – язык символа требует проницательного ума, способного расшифровать небесные знаки, чтобы избежать неверного шага, не попасть в беду. Сама недоговоренность, неоднозначность текста стимулирует встречную мысль, интуицию, способность резонировать на происходящее, следуя Срединным Путем. «Крайность к несчастью», – предупреждает И цзин.

Если Порядок задан, то человеку не нужно переустраивать мир, как полагали греки и их последователи, сотворившие техногенную цивилизацию. По учению китайских мудрецов, не Хаос, а Порядок лежит в Основе мира. Изначальной энергии (юань ци), Небесному Дао присущи Свет и Гармония, хаос же усугубляется неразумными людьми, нарушающими порядок Перемен. В китайском языке не было понятия «хаос», а было понятие смуты, беспорядка, производимых нерадивостью, своеволием людей.[78 - Иногда как «хаос» переводят иероглифы «хунь-дунь», вместе с тем признают, что это означает простоту Дао и субстанциональное единство универсума, целостность, в утрате которых даосы видели мировую деградацию. По этому поводу есть замечательная притча у Чжуан-цзы: желая оказать Хунь-Дуню услугу, два незадачливых приятеля, Опреметчивый и Безрассудный, проделали в нем семь отверстий, как у человека, после чего Хунь-Дунь скончался. (См. размышления на эту тему: Торчинова Е. А. Китайская философия: Энциклопедический словарь. М., 1994, с. 386. Я же в «Дао и Логосе» разделяю мысль Чжуан-цзы.)]

Если мир неупорядочен сам по себе, его должен упорядочить человек «разумный и деятельный», призванный переустроить мир. Человек этот, далекий от совершенства, возомнил себя центром Вселенной. Фактически он задумал сделать то, что приятели сотворили с Хунь-Дунь, то есть уподобить мир себе, приспособить его к своим нуждам, в соответствии со своим представлением о должном. И все пошло наперекосяк: средство и цель поменялись местами.[79 - Может быть, не случайно у одних возникает идея Великого Предела, положившего начало эволюционному развитию, у других – идея Великого Взрыва сверхплотной точки, что привело к скачкообразному, взрывному ритму Истории?] Это предвидели мудрейшие из философов и святые отцы. Плотин, Бог которого и есть Единое, узрел в двоице Пифагора первое различие и «дерзость», что стало причиной распадения Единого на множество; а так как ум отпал от Единого, отпала от ума и душа.

И св. Августин сокрушался: «Если бы Адам не отпал от Тебя, не излился бы из его чрева этот морской рассол, род человеческий, предельно любопытный, неистово надменный, неустойчиво шаткий» («Исповедь» Блаженного Августина, XIII, 20, 28). А в И цзине сказано: «В ян первично Одно, а двоица – вторична. Это Путь цзюньцзы (благородного человека). В Инь первична двоица, а Одно – вторично. Это Путь сяожэня (мелкого человека)» (Сицычжуань, 2, 4). (То есть потребность раздвоения, противостояния – признак неразвитого ума.)

Разница двух мировых Путей предустановлена законом Целого (функциональной асимметрией), но осуществление Пути зависит от человека, «меры вещей». Разделив мир на субъект, распорядителя, и объект, этому распорядителю подвластный, человек нарушил моральный Закон Пути. Создав великую науку и искусство, вознесли себя до Бога, поставив часть на место целого, устремились в беспредельное, забыв о необходимости обратного движения – во избежание односторонности. В результате попали в ловушку несовместимости свободы и необходимости.

И такие философы, как Шеллинг, признавали причину трагизма жизни в раздвоенности сущего, в «борьбе свободы в субъекте и необходимости объективного». Притом то и другое представлялось одновременно «победившими и побежденными – в совершенной неразличимости». Собственно, все видные философы последних веков озадачены прогрессирующим распадом, неустойчивостью мира, в который втянут и сам человек. Потому назвали сознание «несчастным», а самого человека отчужденным от Природы и от самого себя. И это предвидел св. Августин: Бог привел все к единому порядку. Этот порядок и делает из мира «единое целое» – universitas. Эту целостность человек «разрывает», предпочтя ей, из личной гордости и личных симпатий, «одну часть», «мнимое единство»: он, таким образом, ставит «часть» выше «целого»; достоинством, принадлежащим «целому», он облекает «часть».[80 - Примечания к Исповеди Бл. Августина // Богословские труды. М., 1978, № 19, с. 235.]

Так и случилось: часть заняла место целого и в науке, склонной возводить в абсолют очередное открытие, и в человеческих отношениях, превращающих человека в средство, функцию, вещь. Вслед за дробным сознанием дробится действительность. Не избегли этой участи и мировые религии, призванные вести народы к единству. Но все не соответствующее Пути сходит на нет. Всякий надуманный центр теряет силу как не-сущее, не соответствующее истинному Центру, закону Целого. И антропоцентризм не мог не привести к опустошению человека, к потере самого себя, к ощущению покинутости, заброшенности, одинокости, что так потрясло писателей-экзистенциалистов. Всякий центр, объявленный человеком, лишь сбивает с Пути человечество, как это произошло и с идеей мирового господства, присвоенного права одного народа распоряжаться другим. И эта идея не могла осуществиться как противоречащая Пути, закону высшей Справедливости.

«Книга Перемен» учит предсуществованию Единого на высшем плане и взаимной обусловленности вещей на феноменальном. И это обусловлено не логикой, изобретенной человеком для своего удобства, а высшим Законом, волей Неба – внутренней логикой Пути, от которого невозможно отклониться. «Одно во всем и все в Одном», – обозначит этот универсальный тип связи чаньский патриарх Сэн Цань (VI в.). Нет того, что не обладало бы целостностью на макро– и микроуровне, а целое не вытянешь в линию, в дискурсивный, причинно-следственный ряд. Целое зависит не от рядом стоящего, а от единого Центра, как его ни назови: Дао, Логосом, Божьим Промыслом.

Сами инь-ян не есть части Целого, а есть само целое, не исчезающее из-за присутствия одного в другом, сохраняя родовую причастность к совершенной полноте Тайцзи, приобщаются к изначальному Духу (шэнь). «Неизмеримое инь-ян называется духом-шэнь» (Сицы-чжуань, 1, 5). Японский комментарий уточняет: когда говорят о неизмеримости инь-ян, не имеют в виду божество в человеческом понимании. Это нечто непостижимое, тайное (с. 492). А говоря словами Гумбольдта: «Именно там, где достигается вершина и глубина исследования, прекращается механическое и логическое действие рассудка, наиболее легко отделимого от каждого своеобразия, и наступает процесс внутреннего восприятия и творчества».[81 - Гумбольдт В., фон. Избранные труды по языкознанию, с. 320.]

Лишь целое сообщается с духом – одухотворенное животворит, дает всему жизнь. Это действительно непостижимо. (Неисповедимы Божьи пути.) Но во все времена мудрецы искали целого человека. «У того, кто следует Пути, целостные свойства. У кого целостные свойства, целостно и тело. Если целостно тело, целостен и дух. Целостность духа есть Путь мудрого» («Чжуан-цзы», гл. XII, «Небо и Земля»). И дальше: «Храни в целостности тело, бережно относись к жизни, избегай суетных мыслей и станешь совершенным» (гл. XXIII). Что уж говорить о буддизме! Неделима природа Будды, неделима Дхарма. В последнем слове, уходя в Нирвану, Будда напомнил о сути учения: «Состоящее из частей подвержено разрушению».

Собственно, целостное видение вытекало из представления о Великом Едином, из понимания Пути как нераздельности, непротивопоставления одного другому. Лишь Срединный Путь ведет к Истине. «Соответствие Центру (Срединности-Чжун) называется Равновесием (Хэ). В Срединности – великая Основа (Великий корень) Поднебесной. В Равновесии – истинный Путь Поднебесной» (Чжун юн, 4).[82 - «Хэ» обычно переводят как «гармония», но это подвижная уравновешенность того, что предназначено друг другу, что соединяется не силовой связью, а откликом, резонансом, общим дыханием.] Потому и учили восточные мудрецы более всего дорожить целостностью (цюань).

Если Порядок установлен свыше, он не может не иметь высшей цели. Когда два соединяются самоестественно (цзыжань), притягиваются друг к другу сердечным откликом, то появляется третье измерение – единый центр или вертикальная ось, соединяющая земное с небесным, физическое с духовным. Таков закон Дао: лишь Триединое одухотворено, лишь одухотворенное может быть целостным. Таково назначение человека – войти в Троицу с Небом и Землей, чтобы реализовать небесный замысел в земной жизни. Об этом говорится в Шогуа-чжуань и в Сицычжуань: «Как велика „Книга Перемен“! В ней все сказано о Пути Неба, о Пути Человека, о Пути Земли. Соединив эти Три (Сань Цай), сдвоили их. Оттого шесть черт. В шестерке – полнота Триединого Пути» (Сицычжуань, 2, 10).

Значит, человеку предназначено, следуя Переменам, реализовать в полной мере свою изначальную природу (син), присущие ей пять моральных свойств (учан); стать вровень с Небом и Землей и достичь того состояния, которое обозначено в двух первых гексаграммах И цзина: совершенное Творчество и совершенное Исполнение в одном лице, то есть стать целым человеком (богочеловеком в нашей традиции). Не достигнув же целостности, не реализуешь небесный замысел.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 10 >>
На страницу:
4 из 10

Другие электронные книги автора Татьяна Петровна Григорьева