<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 16 >>

Барышня и хулиган
Татьяна Викторовна Полякова

– Нет. Я пою.

– Что ты делаешь? – Тут надо пояснить: вот уж чего сестрица совершенно не умела, так это петь. Кому это знать, как не мне, я закончила музыкальную школу, наша мама, добрая душа, любила устраивать детские праздники и всегда просила меня: «Оленька, разучите с Катей какой-нибудь романс», – и я честно старалась, пока не поняла: не только романс, но и самую пустяковую песню про кузнечика Катька не в состоянии спеть без того, чтобы все не переврать. Оттого я сейчас и сидела с выпученными глазами, силясь понять, с чего это Катька вздумала так шутить. Должно быть, вид у меня был на редкость глупый, сестрица поморщилась, а я разозлилась: – Ты не умеешь петь.

– А кто умеет? – разозлилась в ответ Катька. – Я хоть на первый канал телевидения не лезу, хотя ничуть не хуже этих… Просто у меня денег нет… Ладно, это все ерунда. Главное, тебе надо каждый вечер появляться в кабаке, чтоб любая собака знала: никуда я не уехала.

– Ты точно спятила, – обиделась я. – Как же я буду сидеть в твоем кабаке? Ты что же, в парандже выступаешь?

– Глупость какая, нет, конечно.

– Тогда твои коллеги должны знать тебя в лицо и…

– Мы похожи, – хмуро заявила Катька.

– Возможно. Но не до такой же степени, чтобы принять меня за тебя.

– А ты постарайся. За семьсот баксов плюс… скажем, пятьсот баксов на расходы в Париже, ну и сто баксов сейчас, чтобы ты не чувствовала себя сиротой казанской…

– Ты что, в самом деле миллионера подцепила? – нахмурилась я.

– Разумеется. И если я поведу себя с умом, он бросит свою мымру и женится на мне, а Канары для этого самое подходящее место… Ты мне сестра и в таком деле просто обязана помочь, тем более что для тебя это ничегошеньки не стоит и даже наоборот. Заходишь каждый вечер в кабак, выпиваешь рюмку мартини и двигаешь дальше. Вовсе ни к чему с кем-то трепаться. А если начнут доставать, не церемонься и просто посылай к черту, можешь мне поверить, никто не удивится. Главное, чтоб все знали: я в городе. У мымры в кабаке свои люди, они ей непременно донесут, что я в городе, а через десять дней я вернусь и ты поедешь в Париж. Ну, как? Я и краску для волос прихватила. Между прочим, я закончила курсы парикмахеров и сама себя стригу лучше всяких мастеров. Мы тебе сейчас такую прическу забацаем…

Вместо того чтобы послать сестрицу к черту, я стала прикидывать: смогу ли я в самом деле в течение десяти дней выдавать себя за другого человека так, чтобы никто этого не заподозрил? В институте я играла в студенческом театре. Между прочим, леди Макбет. В конце концов, если меня разоблачат, то это Катькина проблема – расхлебывать кашу, раз уж она ее заваривает. Десять дней лицедейства, а потом Париж…

Если честно, раздумывала я недолго, приключений в моей жизни не водилось, а тут вдруг такое: откажусь я, и что? Буду читать Хемингуэя, сидя у окна, ходить на пляж и мечтать о Париже, слушать сетования подружек, что вот, мол, лето кончится, еще один год из жизни долой, а он так ничем и не порадовал.

– Ну… – нетерпеливо сказала Катька, ухватив меня за руку. Я сглотнула и решительно ответила:

– Я согласна.

Следующие два часа мы занимались моим внешним видом. Сестрица покрасила мне волосы, после чего занялась прической и макияжем, строго-настрого запретив мне смотреть в зеркало, пока она не закончит. Когда же мы наконец вышли в прихожую и замерли возле большого зеркала, я была потрясена: как много все-таки значат тряпки, прическа и макияж. В первое мгновение меня ошарашил даже не тот факт, что я так похожа на Катьку, а то, что совершенно не похожа на себя.

– Господи, – пробормотала я и стала разглядывать свое отражение в зеркале. Конечно, сходство с сестрой не было полным, но, как правильно заметила Катька, мне ж не в тыл врага идти, и кому вообще надо меня разглядывать.

– Я там особо не распространялась, что у меня есть сестра, – заявила она. – Так что никому в голову не придет сомневаться, что это я собственной персоной сижу в кабаке. А ты не испытывай судьбу, показалась минут на десять и сматывайся. Главное, чтоб мымра была уверена: я в городе.

– Понятно, – кивнула я и поинтересовалась: – Когда мне приступать?

– Сегодня. Я тебе билет на автобус купила.

– А ты?

– А я у тебя переночую и завтра на Канары. Позвоню своему, и он приедет за мной. – Это меня слегка смутило, и я задала еще один вопрос:

– Ты на чем приехала?

– На автобусе, – не моргнув глазом, ответила Катька. Я едва не брякнула: «Чего ты врешь?», потому что своими глазами видела, как сестрица выходила из роскошной тачки. Но я тут же себя одернула: Катька и в самом деле могла приехать на автобусе, а уж потом остановила машину… Поэтому водитель и отбыл, не став ее дожидаться. – Вот мой паспорт… на всякий случай.

– А как же ты без паспорта? – удивилась я.

– У меня загранпаспорт имеется, этого вполне достаточно. Вот деньги. В паспорте мой адрес, а вот ключи. А теперь садись, я тебе кое-что покажу и кое-что растолкую. – Катька извлекла из своей сумки пачку фотографий и разложила их на столе. – Эта гнусная морда – Юрий Павлович, хозяин нашего притона. Ты с ним особо не церемонься, почувствуешь, что ситуация напряженная, говори: «Да пошли вы все», и двигай дальше. Главное, не очень базарь с общественностью, потому как наших дел ты не знаешь, брякнешь чего и кто-то особо умный заподозрит, что тут нечисто. Прикинься пьяной или скажи, что зубы болят.

– Ты ж говоришь, что в твоем кабаке мне надо появляться по вечерам, да и то минут на десять. Что ж, за это время мне сто вопросов задать успеют?

– Нет, конечно. Тем более что я сама вопросы не задаю и чужие не приветствую. На всякий случай сообщаю… Мало ли что.

Катька продолжила инструктаж, а я хоть и была занята поглощением информации, все же слегка удивилась: ни о ком из своих многочисленных знакомых сестрица не сказала доброго слова.

– Слушай, а у тебя друзья есть? – не выдержала я.

– У меня? – хмыкнула Катька. – Пруд пруди. Только это такие друзья… баб остерегайся. Бабы приметливее мужиков, могут заподозрить. И еще. В наш кабак приличные люди не ходят – решишь с кем закрутить любовь, дождись меня. Все ясно?

– Конечно. – Я пожала плечами и, не удержавшись, спросила: – А тот тип, с которым ты на Канары едешь, он на фотографиях есть?

Катька засмеялась:

– Любопытно?

– Любопытно, – кивнула я.

– Вернемся, я тебя с ним познакомлю.

– Слушай, а как мы встретимся? – опять спросила я.

– Когда? – не поняла сестрица.

– Когда ты вернешься. Представь, я в этом самом кабаке…

– А… Ну это совсем просто. Как прилетим, я тебе звоню, а ты сидишь дома и меня ждешь. Можешь начинать перекрашивать волосы, хотя мой тебе совет: оставайся блондинкой. Я даже не ожидала, что ты будешь так шикарно выглядеть.

– Я тоже, – пришлось согласиться мне.

Мы выпили чаю, и через полчаса Катька отправила меня на вокзал. Не успела я покинуть родной двор, как проезжавший мимо джип скрипнул тормозами, открылось окно и парень с физиономией, похожей на репу, громко крикнул:

– Хочешь подвезу, детка?

– Спасибо, мне недалеко, – пробормотала я и стала высматривать такси. Через минуту возле меня вновь остановилась машина, на этот раз «Фольксваген», передняя дверь распахнулась, и парень лет двадцати пяти с улыбкой во весь рот заявил:

– Прошу.

– Я такси жду, – слегка смутилась я.

– Я и есть такси, – обрадовал меня парень. – Куда едем?

– На вокзал, – ответила я, устраиваясь рядом, «Фольксваген» лихо тронулся с места, вливаясь в поток машин на проспекте. Парень то и дело поглядывая на меня, продолжая ухмыляться.

В другое время я бы посоветовала ему смотреть на дорогу, а тут вдруг сама разулыбалась. Он доставил меня к автобусу и дал свой номер телефона. Я клятвенно обещала позвонить, как только вернусь от сестры.

– Вот и женихи пошли, – усмехнулась я, устраиваясь возле окна и махнув рукой парню на прощание. Неожиданно это развеселило меня, я зажмурилась и подумала: «Настоящее приключение»… Но тут что-то похожее на занозу кольнуло меня: я всегда была тихоней, звезд с неба не хватала, до парней и всяких там авантюр у нас Катька охоча, а я не Катька, и все, что я сейчас делаю… «Да заткнись ты», – посоветовала я самой себе. В этот момент автобус тронулся, я посмотрела в окно и рассудила, что теперь поздно что-либо менять, а потом пожелала себе удачи.

<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 16 >>