Конечно, метла ей ничего не ответила, но почему-то Лори почувствовала некую связь с ней и осознала, что эта метла действительно ждала именно ее появления.
– Домашние животные, летающие метлы.
Лори захохотала.
Когда они вылетели со склада, кстати, был уже вечер, огромная полная Луна освещала университет так, что время казалось все еще сумеречным. И Лори решила полетать.
Если кто-то смотрел в тот вечер в окно, то мог бы увидеть, как над деревьями, зданиями носится ослепительно черная метла с белоснежным хвостом. А управляет ею пятнадцатилетняя (хотя вряд ли можно было определить возраст с такого расстояния) девочка, чей звонкий смех расшугивает птиц, летучих мышей и дворовых котов.
В тот вечер ее могли увидеть, потому что смотрели, только ректор университета Алтутр и профессор Клест. Остальные окна давно уже спали.
К слову о Лусио Сервантесе
Чудные дела творятся в волшебном мире! И многие, многие волшебные существа, обладающие разным уровнем знаний о сущностях, мире и существах, его населяющих, встречаются в переплетении паутины судеб, разобраться в которой под силу, может быть, только самой Вер[5 - Вер – богиня всеведения. Она очень мудра и ничто не может укрыться от ее проницательности и интуиции.].
В один воистину прекрасный день Лусио прогуливался по весеннему лесу в поисках странных лесных фиолетовых кустиков с мелкими желтыми цветочками. Не то, чтобы это занятие ему было настолько интересно, что он оставил без ответа взгляд голубоглазой девушки, которую встретил этим утром на перроне. Просто его отец приказал немедленно отправиться за поисками этих неладных кустиков – мама вознамерилась создать нечто удивительное, но обнаружила нехватку запасов этих самых кустиков.
Отцу, Хорхе Альендо Сервантесу, отказывать было вредно для здоровья. И маму можно порадовать этими кустиками…
На самом деле, Лусио никогда не понимал, куда кустики деваются. Не факт, что они присутствуют в еде (наверное, он бы почувствовал), также не факт, что мама их желает выращивать на огороде (они растут только в лесу), а самое главное – конкретно для Лусио эти кустики фиолетовые, для мамы серебристые, а для отца – прозрачные (как он их вообще видит?).
Так вот, прогулка затягивалась, кустики прятались или прикидывались опавшей листвой (да, так они тоже умели), и в этот момент Лусио не услышал, а ощутил дрожь земли, как если бы скакали лошади. Но лошади в лесу?..
– Стой! – не крик человека, но и не ржание коня. – Предателям нет места в этом мире!
– Это был не я! Чтоб я когда-либо осмелился?..
– Написано так было в Эдде[6 - Эдда (древнеисландское Edda, во множественном числе Eddur) – основное произведение германо-скандинавской мифологии.]!!
Лусио вздрогнул от упавшей холодной капли. И проснулся.
– Браво, – громко сказал он, видя, что солнце уже окрасилось багровым цветом. – Заснуть в лесу это верх идиотизма!
Он резко развернулся и увидел лежащего кентавра. Получеловек пытался подняться, но он был ранен и не мог.
– Стой, – сказал Лусио, – Не двигайся, я помогу тебе.
Кентавр обернулся.
Конечно, в тот день Лусио так и не нашел загадочных фиолетовых кустиков. Но когда он привел/принес кентавра домой, даже отец не стал ругаться. Мама, конечно, удивилась, что-то пробормотала по поводу изменения в выборе тех, кого Лусио приводит домой, но, в целом, все прошло успешно.
Про кустики она, кстати, даже не спросила.
Наутро кентавр чувствовал себя уже значительно лучше, к счастью для него, семья Лусио жила в доме на окраине города, поэтому никто не видел, как кентавр появился.
А то мало ли, что бы подумали горожане! И соседи! И девушка из дома напротив, по которую ходили слухи, что она не от мира сего. Лусио тоже считал ее слегка безумной и немножко банши[7 - Ба?нши?, бенши (англ. banshee, от ирл. bean sнdhe – женщина из Ши) – фигура ирландского фольклора, женщина, которая, согласно поверьям, является возле дома обреченного на смерть человека и своими характерными стонами и рыданиями оповещает, что час его кончины близок.] (уж слишком частыми были совпадения с ее плачем и смертью ближайших соседей).
Каждый раз, когда она начинала рыдать, Лусио сразу начинал молиться всем святым Испании, и особенно Святому Антонию[8 - Святой Антоний – удивительный человек и священник, красноречивый проповедник и богослов, и к тому же чудотворец. Его руками Господь сотворил многочисленные чудеса для людей, дабы явить им свою силу, славу и могущество. Даже грешным, помогая им встать на путь истинный и обратиться лицом к господу.] – Лусио каждый раз вспоминал все свои грехи, грешки, мелкие проступки и надеялся, что Святой Антоний опять проведет крик банши мимо его дома.
И каждый раз после корил себя в неуместных подозрениях о мифической сущности соседки.
Но только ДО следующего заунывного рыдания Исабель.
Сегодня Исабель молчала. Мама сказала Лусио, что родители повезли ее в Мадрид в надежде, что приезжий английский врач-психотерапевт найдет причину недуга дочери.
А кентавр почти не разговаривал с ними. Он угрюмо принимал пищу, угрюмо благодарил каждого из них, но на вопросы Лусио о произошедшем в лесу, хранил молчание или заявлял, что об этом имеют право знать только равные ему, коих он здесь не наблюдает. Это было немного невежливо, о чем ему сообщил Лусио, но кентавр проигнорировал замечание. То ли он понимал, что ни один маг не станет ссориться с кентавром, то ли полагал, что все в семье Лусио люди чести и не станут причинять вред раненому, тем более, волшебному животному.
Так или иначе, он был прав.
А потом к ним приехали какие-то непонятные гости. Непонятные потому, что все в семье Сервантес считали знакомыми приехавших, но вот, кто это конкретно, толком не понимал ни один из них.
Если бы Лусио чуть раньше прочитал про теневых существ, то выгнал бы незваных гостей взашей сразу же. Но про них он узнал уже позже. Если помните, в колледже Гаррибальди было велено прочитать про этих очень опасных существ уже много позже, даже Лера, тьфу ты, Лориэнне уже осознала, что она также является опасным существом. Лусио по программе обмена присутствовал на уроке и именно там узнал, кто такие теневые существа.
Но тогда…
Тогда кентавр начал разговор первым, позвав Лусио в домик для гостей (маленький флигель, выходящий окнами к лесу).
– Твое имя Лусио, верно? Ты встретил опасных существ. Твой дом стоит на грани возможных вероятностей. Не пройдет и трех дней, как ты утратишь прикосновение матери.
– Что ты имеешь ввиду? – почти испугался Лусио. – Кто эти люди? Чем они опасны?
– Они НЕ люди. Они враги. Разбуди принцессу. Позволь ей вернуть себя из нынешнего небытия. Но остерегайся. Неверный шаг – и ты разбудишь пламя. Вулкан изольется огненной лавой на недостойного.
– Прекрати! Какая принцесса? Как разбудить? Как в сказке про Белоснежку?
– На Белоснежку она не будет ни капельки похожа. Что за странная мысль – использовать для сравнения человеческие сказки? Разбуди принцессу!
И кентавр выскочил в окно флигеля, оставив недоумевать парня. Сказать по правде, на сей раз Лусио, пожалуй, в первый раз в своей жизни испугался, чего еще ни разу не было, ни с ним, ни с его отцом или матерью. Про дедов и прадедов мы вообще промолчим – среди предков Сервантес было достаточно прославленных воинов.
Кентавр говорил про три дня, но, видимо, теневые существа решили ускорить события. Возможно, почувствовали присутствие кентавра и (невероятно, но вдруг?) обеспокоились.
Сейчас же из дома, где сеньора Сервантес, кажется, готовила нечто непонятное, но удивительно ароматное и вкусное (Лусио знал это точно – по опыту), послышался то ли тонкий звон, то ли визжание чего-то нечеловеческого. Как позже он прочитал в учебнике, такой звук был характерным звуком нападения теневых существ. Вроде как он ошеломлял противника и лишал его силы. И, вроде как, устоять и, тем более, дать отпор могло только волшебное существо. К тому же, этим существом должно было быть не самое светлое создание. Вот.
Когда Лусио прибежал в дом, то только и успел увидеть руку матери, которая таяла в тени вместе со старинным зеркалом, которое, помнится, привез из Саламанки предок Антонио еще в шестнадцатом веке.
– Мама! – закричал Лусио.
А в голове у него прозвучал голос кентавра: «разбуди принцессу».
– Какую принцессу?!
Лориэнне Ларме-Лариетсон
С того дня, когда она вдруг (слишком внезапно, быть может) узнала/вспомнила, кем она на самом деле является, прошло две недели. Профессор Клест торжественно приветствовал новую ученицу своего колледжа. Финнеусы (особенно присутствовавшие в момент необъяснимого большинству учеников припадка декана) немножко удивились, некоторые слегка обеспокоились, но если рассматривать ситуацию целиком, к ней отнеслись гораздо лучше, чем в колледже Гаррибальди. Никто не счел необычным или слишком темным цвет ее глаз или волос. Кто-то назвал ее готессой. Кто-то спросил, не из ирландского ли фольклора она выбралась в мир людей, но нет, Лори не была предвестницей смерти, нет, не банши.
Кстати, после определения себя, как вампира, и после того, как пришло понимание (Лори прочла тысячу книг про свою семью! – шучу – не больше десятка), кем она является. И почему она такая, какая есть. Лориэнне стала задумываться о своей будущей и, по утверждению и ректора университета, и Рауля, с которым тоже успела обсудить вопрос превращения ее в настоящего вампира, необходимой инициации.
– Ваше высочество, понимаете, вам и только вам необходимо будет надеть корону. У вас очень много кузенов, ваше высочество, но нет более достойной королевы!