– Почему ты… почему ты не сбежала ещё?
– Потому что ты доверяешь мне… – ответила Лёля.
Теперь наша с Игорем жизнь стала ещё более странной, чем раньше. Ко всем прежним конспиративным штучкам, добавилась ещё необходимость время от времени вести очень глупые разговоры.
Игорь купил комнату в квартире в том подъезде, куда мы входили с ним, оставляя охрану, все должны «знать», что мы здесь живём. И здесь мы разговаривали о том, что я купила сегодня, что я делала на работе, что мы будем делать вечером… спектакль становится частью нашей жизни.
Так проходят недели. Игорь говорит, что хотел бы, чтобы у меня появилась настоящая охрана.
– С ума сошёл? – испугалась я, ещё и правда вздумает приставить ко мне кого-нибудь, – и потом это лишние сведущие люди. Зачем это теперь?
– Я следил за тобой, – вдруг сказал Игорь.
– Что?
– Я следил за тобой, пока мы не жили вместе.
– Господи… Зачем?
– Я тосковал, мне было… было мало наших встреч…
Мы сидели с ним на кухне, ужин давно закончен, а поздний чай это то, что у нас осталось из вечерних развлечений, потому что в клубы мы не ходим больше, но всё же гуляем и ходим в кино, как школьники.
Игорь смотрит на меня как мальчик – не как всегда, как взрослый, намного более взрослый, чем я человек, сейчас он смотрит так, будто я старше и сильнее.
– После всего… Теперь… после всего, что ты узнала обо мне… ты ещё хочешь быть со мной?
– Я же здесь…
– Ты ещё хочешь меня?
Я засмеялась:
– Ну… в общем, да.
Я приезжала в Н-ск один раз за осень, бабушка Вера атаковала меня вопросами о том, что опять происходит с нами с Лёней.
– Мы разошлись. На этот раз насовсем.
Я смотрю на свою внучку, такую красивую, что глядя на неё кажется, что попадаешь в сказку, и ничего не могу понять. Этим летом они бывали в Н-ске с Алёшей несколько раз, всем нам казалось, что всё наладилось между ними, что всё выяснилось и уладилось между всеми троими с Кириллом. Я вообще решила уже, что ничего там не было, что разлад произошёл тогда из-за слухов, подобных тем, что ходили о Лёле и Валерии когда-то. Признаться, я так и думала.
Но почему они разошлись снова?! Ведь очевидно, что они друг друга любят. Они так друг друга любят, что мой дом будто заполнялся жизнью, теплом и светом в те дни, когда они бывали здесь. И как они могли разойтись?!
Дурная новость о наших детях дошла после дефолта. Это падение рубля сказалось на нашей семье особенно, потому что Валерий в начале лета купил новую машину, а деньги брал в долг в долларах… Так что сразу оказался в финансовой яме. К счастью занимал он не у тех, кто не стал бы ждать и поставил, как сейчас говорят «на счётчик», это были слова Валерия.
Но этого будто было мало, они с Юлей надумали сменить квартиру, и вложили деньги в строительство новой, а оно «замёрзло» и появились слухи, что деньги украли и прав у несостоявшихся собственников нет никаких. Всей семьёй они переехали жить ко мне…
Но это как ни странно только улучшило наши отношения. И я теперь лучше знала то, что происходит между Леночкой и Алёшей, потому что с Алёшей поддерживал очень тесную связь Валерий. Но я знала только факты. А что такое факты в любовных делах?
– Не понимаю… Валера сказал, ты вернулась к этому… к этому бандиту? С чего это?
– К осени стало холодно жить в «гараже», – усмехается Лена, при этом хмурясь.
– Вернулись бы к Кириллу. Ведь недоразумение с ним закончилось…
– Недоразумение?! – вдруг воскликнула Лена, разгоняясь будто, но тут же будто сбросила обороты своего истребителя и раздумала взлетать. – Да и… какая теперь разница?
– Как это?! – но я понимаю, что вопрос действительно глупый. – Ты любишь… любишь Алёшу, почему ты…
– Бабушка… Важно ведь ещё кого любит сам Лёня, верно? – Лена посмотрела на меня тёмно-серыми глазами, бездонными, бескрайними. – Лёня… У Лёни… У него будет… скоро… ребёнок скоро будет у Лёни, и ту девушку он любит. Вот так-то… Так что, пожалуйста, не спрашивай ничего больше.
– Не может этого быть, чтобы Алёша не любил тебя.
Но Лена рассмеялась, хотя мне и казалось, что на ресницах при этом у неё блеснули слёзы.
С Валерием об этом я заговорила, когда Лена уехала. Оказалось, он не знает о том, что Алёша нашёл новую девушку… и о ребёнке тем более.
– Среди всего ещё и это… – сказал Валера. Потом посмотрел на меня: – Вера Георгиевна, оставим их в покое? Им по двадцать пять… ей-Богу, сил нет пытаться понять, что они творят… Мне Алексей сказал, что Лёля ушла опять к Стерху из-за денег… дефолт этот и всё остальное… может и правда… деньги, знаете ли…
Бедный Валера, как он устал… Я отстала от него со своими печалями и заботами, разговорами, душевными терзаниями за Леночку. Он вынужден был теперь подрабатывать извозом, кроме того, что работал на заводе, где зарабатывал неплохо. Но теперь надо было отдавать долги… Я оставила его в покое, действительно, не до того ему сейчас, чтобы разбираться в любовных брожениях ещё и моей внучки…
Я пыталась поговорить с Ларисой об этом, но та выглядела смущённой и уходила от ответов, очевидно, считая виноватой Лену. Когда же я спросила о ребёнке, Лариса почти зло ответила:
– Я не знаю, Верочка, чем тебя утешить… Мне самой всё это не по душе, но они ведь нас не спрашивают…
Лёня явился всё же снова в Первую Градскую. Двадцать третьего декабря. В этот день выпал снег, после долгой оттепели, я спешила, потому что Кирилл ждал уже меня, а я никак не могла уйти сегодня, как рассчитывала, у меня оставалось совсем мало времени.
Очевидно, что Лёня выбрал этот день, потому что меня не встречал автомобиль с охраной… Я узнала Лёнин голос, окликнувший меня, вздрогнув и заполнившись жаром от этого голоса, я едва не упала на неверном слое пушистого снежка, покрывшего дорожки.
– Извини, мне недосуг говорить сейчас, у меня свидание! – я никогда не скажу Лёне, что встречаюсь с Кириллом, разбивать их опять этим – это последнее, чего я хочу.
Но Лёня идёт ко мне через дорожку.
– Лёля!
– Ты отвалил бы…
– Остановись, послушай!
– Я же сказала, меня ждут! – я не в силах смотреть на него, мне больно даже от его голоса… – Ты не ходи за мной, достал уже! – я ни с кем и никогда не говорила так грубо… Тем более с ЛЁНЕЙ! Будто целая планета приблизилась ко мне, я не глядя чувствую его…
– Лёля! – он попытался поймать меня за руку, – да послушай, что я скажу!
– Иди ты к чёрту, Легостаев! Я не хочу ни видеть тебя, ни слушать, меня ждёт человек, которого я люблю! И я опаздываю!
– Шлюха ты чёртова! Стой! – закричал Лёня, взрываясь.
– Да пошёл ты! – я убежала… ещё одно слово, один шаг, один мой взгляд ему в глаза, просто в лицо и – конец, я не сдвинулась бы с места. Осталась бы с Лёней. Но на что это Лёне? – О разводе по почте можешь уведомить! Я всё ещё в общежитии прописана, – крикнула я, не оборачиваясь.