– Я не могу бросить друга в беде и гулять на твоём дне рождения. Ты уж извини.
Снова выслушав ответ, он просто отключил вызов.
Денис вздохнул:
– Поссорились?
– Нет, скорее расстались.
– Прости.
– Брось! Если девушка считает себя важнее всех остальных, то она мне не нужна. Пошли, – решительно скомандовал Паша и встал с дивана.
– Куда я в таком виде?
– Ты предлагаешь мне съездить за одеждой и снова вернуться за тобой?
Денис тут же вскочил:
– Ну, уж нет! Сомневаюсь, что она будет долго сидеть тихо, а за себя я не ручаюсь!
– Тогда придётся пойти так. Тебя могут принять за больного или обкуренного, но это единственный выход, потерпишь, – сказал Паша.
Они вышли в холл и увидели упавшие на пол пакеты.
– Посмотрим, что тут у неё, – снова хрипатым голосом сказал Пашка и заглянул в пакет.
Денис увидел, как вытянулось его лицо, и округлились глаза, и тоже заглянул.
Тут Паша увидел, как лицо друга пошло пятнами, а на скулах заиграли желваки. Денис сжал кулаки и шагнул к двери ванной, намереваясь вытащить из-под ручки стул.
Пашка перехватил его руку и быстро развернул к входной двери.
– Не дури, ты же убьёшь или покалечишь её! – прохрипел он, выталкивая Дениса на лестничную клетку.
Дверь за ними захлопнулась.
– А тебе жалко её стало?! – со злостью крикнул тот.
– Не ори! Не привлекай внимание соседей, – спокойно ответил Паша, нажимая кнопку лифта, – А жалко мне не её, а тебя. Ты сидеть будешь за эту сволочь!
Лифт открылся, и они вошли внутрь.
– Остановим лифт на втором этаже, – начал говорить Паша, – я выйду, а ты поедешь вниз.
Денис внимательно слушал, не перебивая.
– Когда лифт остановится, укутайся в простыню весь с головой, и выходи. На входной двери закреплена камера. Твоя задача сломать её. Если что, никто не поймёт, кто это был. Обколотый наркоман, изображавший приведение.
Денис кивнул. Лифт остановился и Паша вышел:
– Если встретишь кого-то, прикинься невменяемым. Человек, конечно, испугается, но этим всё и закончится. Главное, чтобы тебя не могли опознать, если что.
– Что означает твоё «если что»? – спросил Денис.
– Я не знаю. Ну, вдруг эта домработница полицию вызовет? Заявит, что кто-то закрыл её хозяйку в ванной и ограбил квартиру? Чёт их знает, этих баб! – и Пашка протянул ему ключи от машины.
Денис кивнул, взял ключи и закрыл двери лифта.
Дальше он сделал всё, как советовал Паша. Когда шёл к машине, редкие прохожие смотрели на него с опаской и старались побыстрее пройти мимо. Денис быстро открыл дверцу и юркнул на заднее сиденье. Хорошо, что время уже было позднее и народу мало.
– Ну, вот и славно! – с облегчением вздохнул Паша, когда тоже уселся в машину, – Правильно, что ты назад сел. Надеюсь, нас никто не остановит, а то объясняй инспектору, почему ты в простыне сидишь.
Машина тронулась.
– Это ж надо! Памперсы мне купила, сука ненормальная! – заскрипел зубами Денис.
Друг сочувствующе посмотрел на него:
– Зачем? Она думала, что ты после шокера долго ходить не сможешь?
– Я связан был, – после тяжёлой паузы сказал Денис.
Паша присвистнул. Потом, помолчав, спросил:
– А почему ты сказал, что в сексуальном рабстве?
Денис стиснул зубы и тяжёлым взглядом посмотрел на друга.
– Она тебя…? – Пашка не договорил.
Денис отвернулся и уставился в окно.
Паша долго не мог ничего вымолвить. Он представил, каково сейчас его другу!
– Это не пиранья, Денис, это – акула! Причём, чокнутая! – наконец, вымолвил он.
Не услышав ничего в ответ, спросил:
– Она одна живёт? Как из ванной выберется? Телефона у неё нет, она сумки в холле бросила.
– А мне плевать!!! – зло ответил Денис, но через несколько секунд добавил, – У неё домработница есть. Откроет!
Паша больше не стал донимать друга разговорами, понимая его состояние.
Они остановились у Пашкиного подъезда, не проронив больше ни слова.
Денис вопросительно взглянул на друга.