– Дай ей воды, – протянул он бутылочку Ане, – у меня она, как всегда, не берёт.
Анна с сожалением посмотрела на Дениса и взяла из его рук воду. Она хотела пойти к подруге, но он задержал её за локоть:
– Что с ней происходит, Аня? – еле слышно спросил он.
Аня долго смотрела ему в глаза, потом ответила:
– Пусть она сама расскажет. Если захочет.
– Значит, есть что-то?
Аня низко опустила голову и, ничего не ответив, пошла к Юле.
Паша сразу взял из её рук бутылку и смочил водой отобранный у Юли платок. Сунув обратно в руку Ани бутылочку, Паша осторожно приложил платок к ссадине. Юля тоненько заойкала. Аня протянула ей воды, та сразу схватила бутылку и стала пить.
Павел завязал на локте платок, а Юля умыла лицо, налив в ладошку воды.
– Ну вот, опять я в историю влипла, – сказала она, виновато улыбаясь.
– Ну что с тобой поделаешь! – сказала Аня, – Такая уж ты уродилась!
– Надо здесь аптеку найти, – сказал Паша.
– Ничего не надо! Так заживёт, подумаешь, ссадина какая-то! – храбро отозвалась Юля.
Денис внимательно наблюдал за девушкой. В его душе вдруг шевельнулась жалость. Он видел, что она старается не смотреть на него, прячет глаза. Она понимает, что он о чём-то догадывается, и не знает, как это скрыть.
– Ты можешь идти? – спросил он.
– Конечно, – она вскинула на него взгляд, и увидела жалось в глазах.
Юля закусила задрожавшую губу и отвернулась.
– Тогда пойдём, – сказал Денис, и они пошли вслед за группой.
Денис держался рядом с Юлей. Он покрутил в руках фотоаппарат и сказал:
– Его можно починить. Не стоило так плакать.
– Я не из-за него, – очень тихо ответила Юля.
– Мы в аптеку! – сказал Паша, и они с Аней побежали через дорогу.
– А из-за чего? – спросил Денис, когда ребята умчались, – Очень больно было?
– Не очень, – отвечала Юля, не поднимая головы.
Денис помолчал, потом спросил снова:
– Тебя однажды опоили чем-то, ведь так?
Она кивнула.
– Понятно, – тихо вымолвил он.
– Понятно? – она вдруг вскинула голову и, едва сдерживая слёзы, заговорила, – Что тебе может быть понятно? Как чувствовать себя беспомощным? Как ты не можешь помешать касаться себя? Как человек, которому ты доверял, пользуется тобой, словно вещью? Это тебе понятно? Ты не можешь такое понять, потому что ты мужчина и с вами такого не происходит!
Слёзы прорвались вновь.
Денис схватил её в охапку и крепко прижал к себе.
Она не видела, каким бледным он стал. Не видела, как желваки ходили по его скулам. Не знала, что все слова, что она сказала сейчас, были ему понятны, как никому другому.
– Я могу такое понять, – прошептал он ей в волосы, – Я могу! Постарайся забыть. Знаю, что это не просто, и не знаю, возможно ли, но ты должна пытаться! Слышишь меня, Златовласка?
Она всхлипнула и затихла. Потом отняла лицо от его груди и подняла на него глаза:
– Как ты меня назвал?
– Златовласка, – сказал он, улыбнувшись, и проводя рукой по её волосам, – И ты можешь доверять мне. Я никогда ничего не сделаю, помимо твоей воли.
Она ловила каждое слово и не могла оторваться от его глаз. Они опять улыбались.
– Я могу поцеловать? – спросил он.
– Мне не понравится, если ты всякий раз будешь спрашивать разрешения на это, – тихо сказала она.
– На это не буду, – пообещал он и коснулся её губ. Сначала с невероятной нежностью, но потом поцелуй становился всё более настойчивым и глубоким, таким, что она стала вырываться из его рук.
Когда он отпустил её, они неожиданно услышали совсем рядом спокойный, но серьёзный голос Пашки:
– Теперь я могу обработать рану?
Удержаться от смеха было невозможно!
После того разговора Денис и Юля стали намного ближе друг другу.
«Как могло так случиться, что она пережила практически то же, что и я?» – думал Денис, сидя в экскурсионном автобусе.
– О чём ты задумался? – тихо спросила Юля.
– Ты не захочешь об этом.
Она внимательно вгляделась в его лицо.
– Я отвечу, – сказала она.
– Давно это с тобой случилось?