Янка в ответ только пожала плечами, разглядывая незамеченную прежде странную конструкцию из ведер, кувшина, тазиков и прочих емкостей для жидкостей, подобранных, кажется, по единому принципу – чтоб гремели громче. Все эти посудины были связаны между собой тонкой, какой-то полупрозрачной веревкой.
– Э… – Лис виновато глянул на пострадавшую девушку и прилюдно покаялся: – Ян, прости меня. Ты сильно ушиблась? Я над парнями подшутить хотел, чтобы они в ловушку угодили, когда на отработку пойдут. Маскировку накинул, да тебя предупредить забыл.
Картен громко заржал, хлопая себя по коленям и веселясь над тем, как в ловушку, устроенную для него, угодила девчонка. Потом отдышался и пообещал набить Лису морду, коли он еще разок пошутить вздумает. Максимус неободрительно нахмурился, но ругаться не стал. Только пробормотал под нос, что удачно они с напарником задержались. Ребята вытащили из чулана все, нужное для мытья лестниц, набрали воды и, аккуратно перешагнув через саморазрядившуюся ловушку, отправились отбывать трудовую повинность.
– Сильно ушиблась? – жалобно спросил дракончик, норовя заглянуть подруге в глаза.
– Сам не видишь, у нее синяк на лбу наливается, – мрачно брякнул Хаг, поднимая и оттаскивая напарницу от стены, попутно еще и отряхивая спину девушки.
– Сейчас, сейчас, – засуетился Лис и принялся рыться в своей сумке, брошенной тут же, у стенки, бормоча под нос: – Я же ее сюда точно засовывал. О, вот!
Машьелис вытащил из кармашка склянку с мазью, прописанной ему вчера мастером Лесариусом, и предложил:
– Давай намажем твой лоб, чтобы синяк убрать. Она ни чуточки не жжется, правда!
– Какая разница, – досадливо отмахнулась Янка, отчетливо чувствуя, как вспухает на лбу изрядная, побольше пятака, шишка, делая ее похожей на двуногого носорога. – Лишь бы помогло.
Виновато сопящий Лис открутил крышку маленькой голубой баночки и щедро шлепнул пахучей зеленой мази напарнице на лоб. От едкого запаха заслезились глаза, зато ушиб резко перестал болеть. Пострадавшая девушка благодарно кивнула:
– Спасибо, уже легче.
– Прости еще раз, я не думал, что ты веревку случайно заденешь. Ее же только с лестницы и можно было зацепить, – вздохнул блондинчик.
– А я ее не задевала, – тихо ответила Яна. – Это сделал кто-то другой, невидимый. Меня оттолкнули.
– И ударили? – насторожился Хаг.
– Не знаю, я просто щетку в руке держала, когда меня толкнули, она в лоб и долбанула. – Яна растерянно глянула на щетку, выбранную для мытья плит на площади. Широкая, с удобной ручкой и серой жесткой щетиной, в которой запутался одинокий светлый волосок.
– Значит, моя ловушка сработала не на парней, а на кого-то другого. Хотелось бы знать, на кого! – Лис мигом перестал винить себя за травму, нанесенную подружке. Чего терзаться-то, если он по большому счету не виноват, синяк уже почти вылечен, и вообще, опасность, коли она была, благополучно миновала?
– Ну-ка. – Тролль прошелся среди рассыпанной утвари, ничего интересного не обнаружил, подобрал боевую щетку и внимательно ее осмотрел, даже, кажется, понюхал и констатировал очевидное: – Все чисто. Только на щетине волос. То ли с пола налип, то ли от нашей невидимки остался. Не Машьелиса точно, у него оттенок другой и волосы вьются.
– Как бы узнать, чей волосок-то? – тут же загорелся Лис идеей возобновить игру в следователей.
– Попытаемся. Сначала убери свою ловушку, потом вымой плиты на площади и пойдем к Стефалю, – расписал план ближайших действий Хаг.
– Думаешь, он заклятья поиска подходящие знает? – возбужденно спросил дракончик, чуть ли не подпрыгивая на месте.
– Думаю, он посоветует того, кто знает, – спокойно поправил тролль, вырвал из тетрадки по лекарскому делу чистый листок бумаги и, бережно упаковав потенциальную улику, спрятал ее в карман, после чего обратился к напарнице: – Ты, Ян, на нас и впрямь не сердись. Я тоже виноват, знал, чего тут Машьелис нагородил, но и на ум не пришло, что кто-то снова сегодня в башню сунется. Вот и…
– Бывает, – дернула плечом девушка, хотела привычно наморщить лоб и невольно скривилась от болезненного покалывания. – Давайте-ка вы тут порядок наводите. Как бы в ловушку еще кто-то ненароком не угодил!
Провинившиеся напарники без возражений смотали странную веревку, как оказалось, заклятую Лисом на невидимость и делавшую незаметной ловушку до момента срабатывания, после чего удалили из прохода весь ассортимент тазиков, кувшинов и ведер. А потом, к удивлению Янки, еще и благодарно приняли не только щетку для плит, но и инструкцию по их добросовестной очистке. Вода в ведерке на площади, конечно, успела остыть, однако Лис быстро согрел ее всего парой совершенно незапоминающихся слов, просто наставил на жидкость палец. После чего приступил к отработке, весело комментируя свои труды:
– Видела бы сейчас меня леди Левьерис, моя почтенная бабушка! Потомок древнего рода радужно-крылатых стоит на коленях со щеткой и тряпкой. Мне уже становится жалко бедную… – Лис на пару секунд прервал интенсивные движения щеткой, взбивающие в пену воду и порошок, и, сделав многозначительную паузу, продолжил: – Ректора Шаортан. Какую бы лекцию об уроне чести ей пришлось выслушать! Но я настоящий рыцарь, я ничего не скажу бабуле об этих минутах позора, чтобы не доставлять проблем нашему уважаемому ректору.
– Это ты так нас предупреждаешь, чтобы мы о твоем наказании ненароком не проболтались? – перевел треп дракончика Хаг.
– Я верил, что у меня очень умные друзья, – патетически воскликнул Лис, вгляделся в отмытый своими стараниями участок и с чувством бросил в ведро инструменты. – Все, отработку зачли!
– Оно и видно, – оценил качество значительно посветлевших плит тролль. На глазок отмытая Машьелисом плита практически не отличалась от плит, отдраенных Янкой. Там, где девушке помогали сноровка и опыт, дракончик взял грубой силой и магией.
Яна же глядела на грязную площадь и прикидывала, как скоро местная достопримечательность обретет первозданный вид благодаря неустанным трудам провинившихся студентов. Пока, кроме Хага с Лисом, никого рядом не обреталось. Все проходящие спешили либо в архив, либо в административный корпус. Но, вспоминая нездоровый энтузиазм ректора Шаортан, девушка верила: к вечеру на отработку соберется максимально возможное количество наказанных студиозов. Им, первокурсникам, повезло с расписанием и удачным временем отработки. Тем, кто явится позднее, пожалуй, придется еще и побороться за инвентарь.
Лис смотался в чулан и вернул весь скарб на законное место – для следующих штрафников. Янка воспользовалась тамошним умывальником и смыла очень целительную и ужасно живописную нашлепку со лба. Хвала дедушке с молотком! Намечающаяся шишка передумала проявляться и исчезла, оставив после себя лишь маленькую бледно-красную полоску.
Глава 19
Пища насущная и новые подозреваемые
Демонстративно отряхнув руки с такими аккуратными и ровными, как виноградинки, ноготками, о каких Янке и мечтать не приходилось, Машьелис воззвал к соратникам:
– Идем Стефа искать и расспрашивать или сразу жрать?
Живот Хага в ответ на предложение напарника выдал громкую трель. Лис понятливо ухмыльнулся и заключил:
– Жрать. Ладно, после двана попробуем нашего старосту в общаге найти, если он раньше не отыщется сам, соскучившись по Янке.
– Думаешь, можно не спешить? – малость виновато уточнил Хаг.
Дракончик дернул плечом и пощелкал пальцами:
– Никого же не убили, даже не пытались. Парней просто обездвижили, а сегодня Янке по лбу влепили.
– Но, если Картена и Макса не было в башне, зачем туда кто-то пошел? – озадаченно пробормотала девушка, до которой только-только дошла странность ситуации.
– Драные демоны знают, – пощипал себя за ухо дракончик. – Может, тот, кто парней искал, не был проинформирован, что их там нет, или ловушку собирался им устроить. А может, вовсе не их искали, а за чем-то другим в Башню Судьбы лезли.
– Там же нет ничего, кроме прялок, – удивилась Янка, еще тогда, в первый миг попадания в академию, отметившая поразительную пустоту помещений наверху. Ни стульчика, ни креслица, даже завалящего коврика под ногами не было, только загадочные ткацкие приспособления, которых и коснуться-то страшно. Особенно тот здоровенный станок. Вдруг какую нитку запутаешь или заденешь случайно?
– Это мы ничего такого не видели. Кто знает, какие еще наверху сокровища запрятаны? – рассудил тролль.
– Хм, да, сокровища. Тогда не убить или покарать кого-то наш василиск хочет, а чего-то себе хапнуть? Тоже вариант, – отбил пальцами по раскрытой ладони какой-то энергичный мотивчик Лис. – Хотя я ни злата, ни серебра, ни камней драгоценных не чуял.
– Чуял? Как это? – удивилась Янка, отвлекшись от главной темы.
– Он же дракон, – простодушно брякнул Хаг. – У их рода на сокровища истинный нюх. Да только сокровище сокровищу рознь. Если там артефакты какие-то ценные в тайниках скрыты, мог и не пронюхать.
– Мог. В Башне Судьбы столько всего понаплетено, понакручено, такие нити сил звенят, путаются, манят и запугивают, что ух! Куда мне, недоростку-недоучке! – с сожалением согласился блондинчик. – Да и не принюхивался я тогда особенно, слишком испуган был. Думал, меня враги похитили, чтобы бабушку шантажировать или сразу убить.
Янка сочувственно вздохнула, но обнимать Лиса не полезла. Многовато на дорожках АПП народу, а лишние сплетни распространять не хотелось. Хватило уже того, что какие-то идиотки навоображали несусветной чуши о провожавшем новичков Стефале.
Порыв ветерка с аппетитным запахом из гостеприимно распахнутых дверей столовой без всякой магии мигом выдул из голов троицы все мысли о явных и потенциальных преступлениях и преступниках. Молодые растущие организмы, подвергшиеся немалой физической нагрузке, жаждали лишь одного – жрать! Желательно – мяса, лучше – много, а еще лучше – очень много. Под одобрительным взглядом выпуклых глаз силаторха троица заполнила подносы тарелками с жарким, салатом, какими-то мясными рулетами, еще теплыми пирожками, морсом и присоединилась к числу увлеченно жующих студентов. Любимый столик был занят шестеркой пророков, зато стоящий рядом совершенно свободен. Несколько минут троица увлеченно питалась, бросая односложные реплики и издавая короткие нечленораздельные стоны – комплименты повару.
Когда утолили первый голод, Лис принялся вертеть головой и наконец довольно угукнул.
– Ты чего? – спросил Хаг.