Я отвернулась, помотала слегка головой, несколько раз моргнула и снова посмотрела на кладбище. Никого.
– Завтра будет тяжелый день, – внезапно сказал Алекс. – Есть кое-какие дела, которые мне срочно нужно решить.
Его слова отвлекли меня, но, кажется, он заметил, что я немного напугана.
– Что-то случилось? – спросил он.
– Не понимаю, – прошептала я. – Что-то в последнее время происходит со мной…
Но договорить я не смогла. Меня привлек свет от фонарика, который показался у дороги. Было поздно, и мало кто мог ходить здесь в этот час. Но интуиция подсказывала мне, что это не просто случайный прохожий. Я встала и подошла ближе к дороге, чтобы рассмотреть путника. Когда человек приблизился, я узнала Марго. Она заметила меня и быстро направилась в мою сторону.
Когда она подошла совсем близко, я увидела ее бледное и слегка опухшее от слез лицо. Она была испугана.
– Боже мой, Марго, что случилось? – спросила я.
– Я искала тебя, – слабым голосом ответила подруга. – Пойдем скорей домой, бабушка волнуется.
К моему удивлению Алекс не сделал попытки проводить нас или поговорить с Марго. Я отдала ему куртку и он, снова закурив, ушел, даже не попрощавшись. В другой момент меня бы это жутко расстроило, но не сейчас. Я очень беспокоилась за Риту. Всю дорогу мы молчали. Несмотря на уставший вид, она шла довольно быстро.
Когда мы зашли в дом, первым делом, она отвела меня на кухню и плотно закрыла дверь.
– О том, что я тебе сейчас расскажу, не должен знать никто, хорошо?! – сказала Марго и, закурив сигарету, стала метаться по кухне.
Я кивнула и, затаив дыхание, стала слушать ее, не перебивая ни на секунду. То, что я услышала, поразило меня до глубины души.
Глава 3. Сербин
– Сегодня с утра я была сама не своя, – начала Марго. – Целый день у меня словно камень лежал на сердце, я не могла ни сосредоточиться, ни успокоиться. Я не стала говорить об этом, думала, что скоро все пройдет. Но, когда мы встретились с Алексом и Женей, мне сделалось еще хуже. Особенно меня раздражали глупые шуточки Алекса и его игры… Короче, я просто захотела прогуляться, и вначале свернув к поляне, решила затем пойти в магазин и сократить дорогу через кладбище. Я отправила тебе СМС, чтобы ты не волновалась, и спокойно пошла дальше. Я хотела пройтись по главной дорожке, но задумалась и свернула не туда, и оказалась в месте, которое видела впервые. Ты же знаешь, с Алексом я уже все тропинки здесь изучила. Но это место показалось мне незнакомым. В это сложно поверить, но я бродила довольно долго, и не могла найти выход из кладбища, хотя, по идее, уже должна была давно выйти. Даже знаешь, этот ориентир – монумент с колоколом, где возлагали цветы погибшим солдатам, просто исчез из виду. У меня началась паника. Я бежала, уже не разбирая дороги, и пыталась найти хоть намек на выход, но тропинка становилась все уже, дорога терялась, и мне казалось, что я нахожусь в каком-то жутком лабиринте. От отчаяния и страха я упала на колени и стала кричать. Я уже решила, что сошла с ума, как тут мне на встречу вышел парень. Вначале я даже немного испугалась, но потом, когда он подошел совсем близко, мне показалось, что он не представляет угрозы. Он поздоровался и спросил, что я здесь делаю. Я сказала честно, что каким-то странным образом заблудилась и не могу найти выход. Он сначала замешкался, словно обдумывал что-то, а затем любезно предложил провести меня. Конечно, в другой день я бы, наверное, умерла от страха, но тут почувствовала, что могу ему доверять и согласилась. Но самое странное, что через несколько минут мы были у ворот. Я не могла поверить своим глазам! Я поблагодарила парня раз сто и спросила его имя. «Сербин», – ответил он. Я тоже представилась. Напоследок он сказал мне, что лучше молодым девушкам по кладбищу не ходить, и ушел. Я пришла домой, было уже поздно, но бабушка сказала, что ты не появлялась, я звонила тебе, но абонент был вне зоны действия сети. Я ждала тебя, а потом пошла искать. Возвращаться на кладбище была еще та перспектива, но мне повезло, ты оказалась на опушке.
Пока Маргарита все это мне рассказывала, я почувствовала, как слабый приступ тошноты подходит к горлу. Какие-то смутные чувства одолели меня.
– Странно все это, – сказала я. – А как выглядел этот человек.
– Это тоже очень интересно, – Рита, наконец, села напротив меня и тихо сказала, – он выше меня и очень хорошо сложен. Черные волосы, карие глаза… Я бы сказала, что он очень красив.
Ее слова подтвердили мою догадку. Я совсем забыла о Стасе, которого встретила на вечеринке. Он тоже помог мне выбраться из кладбища, пусть не при таких обстоятельствах, но все же. А потом, у меня голова была так забита Алексом, что я ни о ком другом думать не могла.
– На вечеринке в честь последнего звонка я встретила на кладбище человека, очень напоминающего Сербина по твоему описанию, – сказала я. – Только он мне представился Стасом. Я его вообще никогда не видела до этого вечера, а ведь поселок маленький. Все это очень необычно.
– И что ты думаешь? – удивленно спросила Марго. – Он что, сатанист какой-то?
– Не похож он на сатаниста, – возразила я. – Но как получается, что он приходит тогда, когда он действительно нужен? Здесь явно что-то не так.
На улице уже светало. Мы еще немного поговорили о том, что случилось, но прийти к разумному умозаключению не смогли. Утром мы легли спасть, но еще некоторое время я не могла уснуть и думала о Стасе. Мне нужно было его найти и обязательно поговорить.
***
Несколько дней я безнадежно искала информацию о Стасе. Я перерыла весь интернет в его поисках, но так ничего и не нашла. Я созвонилась с Таней и другими знакомыми, но ни один человек не слышал о нем.
«Ерунда какая-то, – повторяла я себе. – Не может быть такого, что человек и есть, и его нет одновременно».
Но, по сути, было именно так. Мне пришла в голову совершенно глупая идея – отправиться на кладбище и ходить по нему, пока Стас не попадется по пути. Это конечно был полный абсурд, во-первых. А во-вторых, меня несколько пугало кладбище, после того, как Марго рассказала о том, что не могла выбраться из него. Да и после моих злоключений стоило посторониться этого места.
Спустя неделю мне подвернулся повод посетить кладбище. Слишком неожиданный и слишком неприятный. И я уж точно никогда не забуду этот день.
Решив сделать сюрприз, я отправилась к Маргарите без звонка. Возле дома стояла машина Алекса. Со слов Марго я знала, что они сильно повздорили, и уже почти неделю не разговаривали. Их ссора случилась на следующий день, после того как мы сидели с Алексом возле опушки. Марго так и не сказала, что послужило поводом для скандала, хотя их было предостаточно. Они встретились там же, где и мы коротали последний совместный вечер, и долго беседовали. Мне было не по себе, ведь предположи Рита, что я хочу заполучить ее парня, то еще одного скандала было бы не избежать.
Но когда Рита вернулась и рассказала, что они расстались, она не была зла на меня. Значит, все обошлось, к счастью. Но и подробностей разговора она не выдавала.
Я повернула ручку калитки, но она оказалась закрыта впервые за долгое время. Мне очень хотелось узнать, что Алекс делает у Марго, но совсем не хотелось себя раскрывать, и я тихонько перелезла через забор и пробралась через черный вход в дом. Бесшумно я прошла к комнате Марго и услышала голоса Риты и Алекса. Дверь была приоткрыта и я увидела, как они лежат в кровати в обнимку под одеялом и о чем-то разговаривают.
Такой поворот событий был для меня полной неожиданностью. На автомате я так же тихо вышла из дома и, облокотившись об стенку, присела на корточки. Мне стало так больно, словно в грудь мне вонзили тупой нож. Марго никогда не говорила, что у них с Алексом была интимная близость, и я думала, что их отношения не могут зайти так далеко.
Я снова перелезла через забор и пошла в сторону погоста. Я добрела до первой попавшейся хилой лавки и, сев на нее, облокотилась об стоящий рядом столик. Мне было настолько больно, что хотелось умереть. Невозможно описать словами то, что я чувствовала в этот момент. Я вдруг четко поняла, что Алекс никогда не был и не будет моим. И все мои мысли о том, что я могла бы ему нравиться, были просто чушью.
Он прежде не говорил мне, что я симпатична ему как девушка. Более того, он знал, что я к нему чувствую и играл со мной. Все его взгляды в мою сторону были не более чем забавной игрой. Почти месяц я пребывала как в тумане, влюбленная в человека, которому я была безразлична.
Глаза вмиг наполнились слезами, стало тяжело дышать. Я посмотрела вниз на землю, и увидела пустую бутылку от пива под лавкой. Недолго думая, я схватила ее и с силой разбила. Стекла разлетелись во все стороны, а в руке остался инструмент, способный устранить боль навсегда.
Я повертела в руке остаток бутылки и внимательно посмотрела на стекла, стараясь предугадать, может ли физическая боль затмить душевные муки. Хотя вряд ли. Острая, жгучая, ноющая боль, засела у меня в груди. Перед глазами постоянно стояла картинка, где Алекс и Рита лежат вместе в постели.
Почти не колеблясь, снова, словно под действием темной силы, я провела тонкую полоску по руке разбитым горлышком и не почувствовала совсем ничего. Полоска оказалась слишком тонкой, и кровь чуть-чуть стала сочиться из раны. Этого было недостаточно. Надавливая сильнее, я резко сделала еще один порез рядом. Теперь алая кровь начала медленно стекать по руке и капать на землю. Я опустила руку и, прижавшись щекой об грязный стол, закрыла глаза и стала ждать.
Из глаз продолжали литься слезы. Я думала о том, что скоро холодная земля поглотит мое тело, и оно станет пищей для червей. Все, кто знал меня, скоро забудут. А если и будут вспоминать, то, как жалкую самоубийцу. Когда голова стала кружиться, а в глазах немного потемнело, я прошептала «Прости меня, мама». Больше всего на свете мне стало жаль родителей. Они были не виноваты в том, что я приняла столь поспешное и глупое решение.
Я не слышала, как он подошел. Он приподнял меня, стал легонько бить по щекам и громко говорить:
– Ариана, Ариана, очнись, сейчас я тебе помогу. Посмотри на меня.
Я неохотно открыла глаза, и увидела лицо Стаса. Если бы порезов было больше, я подумала, что ко мне явился ангел. Первым моим чувством была радость, что он нашел меня. Он достал из своего рюкзака бутылку с водой, взял мою руку и промыл рану, а затем сорвал часть своей футболки, и туго перевязал порез. После этого он дал мне несколько глотков воды. Стало немного легче.
– Какая же ты дурочка, Ариана, – сказал он. – Зачем ты это сделала?
Я прижалась к нему и снова зарыдала. Он крепко обнял меня и сказал, что все будет хорошо. Почему я так охотно доверилась почти незнакомому человеку, я не знаю, но мне стало так тепло и легко от его прикосновений, что опять захотелось жить.
– Я искала тебя, – призналась я и посмотрела ему в глаза.
В его карих глазах можно было утонуть. Они излучали столько тепла и заботы, что мне не страшно было доверить ему свою жизнь. Он снова дал мне воды и, увидев, что я пришла в себя, сказал:
– Хорошо, что порезы неглубокие, и ты отделалась всего лишь легким шоком. Но, пожалуйста, больше так не делай никогда! – он посмотрел на землю, где осталось немного капель подсыхающей крови и тяжело вздохнув, сказал: – Ты очень зря так поступила, она учует тебя.
– Что? – я не совсем понимала, о чем говорил Стас.
Меня немного мутило, и кружилась голова, поэтому последние его слова были для меня загадкой, да и Стас не спешил с ответом.
– Земля здесь плохая, – он слабо улыбнулся и внимательно посмотрел на меня. Казалось, он ищет пояснение всему случившемуся в моих глазах.
– Ариана, смерть не выход, чтобы ни случилось. Всегда есть возможность выбрать другой путь. Ты понимаешь? – с горечью в голосе сказал он.