<< 1 2 3 4 5 6 7 8 >>

Альфонсы в телогрейках, или Сколько стоит забыть тебя?
Юлия Витальевна Шилова

Эти же товарищи по несчастью могут и адресок «заочницы» подкинуть. Дело в том, что если осужденный подает брачное объявление, то на него приходят десятки откликов. На все ответить можно, но не на все хватит конвертов с марками. Да и отсев происходит. Лучше сосредоточить усилия на более глупых женщинах, которые не задают много вопросов, а сразу пишут стихи и клянутся в вечной любви, хотя знают о предмете своих чувств лишь по одному абзацу в газете. Такие романтичные натуры – легкая добыча. Им несложно мозги пудрить.

Продвинутые заключённые сразу отсеивают красавиц и симпатичных молодух. С ними мало шансов на успех. Молодухи пишут в зону из любопытства или поддавшись импульсу. Бывает, и они за осужденных замуж выходят, но здесь как в казино – шанс минимальный.

Если арестант неопытный в отношениях с бабами, соседи могут научить, как писать письма, на что давить. Тут всё просто. Прочитайте любую рубрику, где есть объявления о знакомстве, присланные из неволи. Сплошные штампы: «хочу любить и быть любимым», «ищу ту, которая сможет простить и принять», «жду ответов только от тех, у кого серьезные намерения». Как довесок – «осужден несправедливо» или, наоборот, «совершил ошибку, каюсь». Словом, весь набор зомбирования или нейролингвистического программирования.

Им нужно найти женщину, лучше всего в трудный момент её жизни. Сначала просто её слушать, расспрашивать, сопереживать, смешить и поддерживать. Так она подсядет на общение, уже не сможет без этих разговоров. Нужно сказать, что любишь, что такое впервые… Потом важно строить планы. Как будем жить, поженимся, ребеночка родим, а лучше двух. Освобождаюсь через какой-то срок, лучше жди меня дома. Мне нужно на выход одежду купить, до тебя доехать. Один такой альфонс в телогрейке сказал: «Я женщин не обманываю, я говорю им то, что они хотят услышать…»

Женщин-заочниц на зоне называют «голодными». Все сидевшие зэки тут же становятся джентльменами. Нехватка женского тепла, двуличность с женщинами и цинизм – главные факторы, определяющие отношение к заочницам. Один зэк сказал, что после отсидки, возможно, заедет к своей возлюбленной и отблагодарит. А сказать «спасибо» было за что: кроме наполненных флюидами писем, она постоянно пересылала деньги на «отоварку» в тюремный магазин.

Как только после отбоя выключают свет, зэки достают телефоны и полночи разговаривают со своими подругами. Они якобы переживают, что их девушки куда-то пошли ночью, дают советы, просто изображают голосом страдание. При этом могут спокойно показывать друг другу переписку с заочницами и их обнаженные фото.

Это ж какая патология: ответить арестанту на его объявление и связать с ним судьбу. Вернее, попробовать связать. Потому что большинство таких попыток заканчивается неудачей, если не трагедией. Секс на свободе – обыденное дело. Мужчины-ловеласы пресыщены им. На свободе не найти голодного самца, который от воздержания лезет на стенку. Другое дело, за решёткой. Вот определенная часть дамочек и пишет заключённым.

Чтобы время не терять, в первом или втором послании она уже о неземной любви распинается. Кстати, чаще всего в первом письме, когда женщина ещё не знает, кому пишет, арестант тоже не дурак, видит, с кем дело имеет, отвечает в том же духе. После быстренько на короткое свидание приезжает. Там сразу о браке речь заходит.

Любая зона – большая деревня. Там все про всех знают. Есть женщины, которые сначала ездили к одному зэку. Но только до того времени, пока он сидел. Потом эти девицы крутили любовь с другим арестантом и ездили к нему на свидания. И так по многу раз, если у осуждённых сроки небольшие. Причем среди таких нимфоманок встречались и учительницы, и переводчицы, и инженеры, и артистки цирка.

Да, для многих зэков познакомиться, пообщаться, написать «маляву», пообещать золотые горы – ничего не стоит. И неизвестно, что будет после его освобождения. Большинство историй для девушек-заочниц имеют печальный исход. Есть исключения, но нам неведомо, попадет ли наша ситуация в эти исключения или станет еще одним подтверждением грустной статистики темы: «Дождалась. Вышел. Расстались…»

Иное дело, переписка с заочницами. В ней много цинизма, притворства, рисовки. Такие письма составляются коллективно. В них заключённые изображают себя жертвами трагических обстоятельств. Изъявляют горячее желание вернуться к созидательному труду. Сетуют на одиночество и людскую злобу.

На зоне есть корифеи эпистолярного жанра. Мастера по составлению душераздирающих текстов. Такие мужчины очень умны, за время своего заключения они и учатся разводить женщин. Это самые настоящие психологи. Знают, когда и что сказать, правильно выбирают жертву.

Почему женщины ведутся на их слова? Да потому что женщины любят ушами, вот аферисты и пользуются этим нагло.

У меня волосы дыбом встают от сумм, которые женщины тратят на своих мужиков ежемесячно, особенно на длительные свиданки. Я в ужасе, по каким статьям сидят их мужики. А женщины называют их «котиками», «лапочками», «зайками». Эти «зайки» убивали, грабили, насиловали. А наивные дамочки тратят на них время, деньги, свою жизнь.

Зэки разводят заочниц не потому что они такие плохие, просто у них нет другого выхода. Да, жизнь на зоне настолько тяжела, что приходится из человека превращаться в скотину, чтобы тупо выжить. Женщина зэку нужна как «тело» (в плане секса) и как материальная помощь. Никакой любви за решёткой нет! И даже если была, то исчезает, а точнее, уходит в самые глубины души. И её оттуда не вытащишь. ТАМ ТАКИЕ УСЛОВИЯ, ТАКАЯ ЖИЗНЬ, ИМ ПРИХОДИТСЯ спрятать всё святое далеко в себе, чтобы выжить.

В заключении человек тупо должен выжить, ему просто-напросто не до любви. Надо заботиться о самом насущном, а не о таких высоких материях, как любовь. Господи, какая же я дура… Умом всё понимаю, а сердце всё ещё верит и ждёт истинной любви.

Глава 2

Я знала, что в тех местах, где находится Игорь, есть два варианта игр – «без интереса» и «под интерес». Первое предполагает просто проведение времени, второе – ставки на игру. Игры – очень распространенное средство разведения лохов. Умело играя на чувствах важности и значимости, опытный кидала долго подводит жертву к игре, зачастую часто ему проигрывая, расточая похвалы или подкалывая. Заставляет его потерять бдительность и поставить на игру все, что тот имеет, и даже больше. Затем наносит решающий удар.

Если человеку нечем рассчитаться, он может превратиться в раба. Отработает жопой – навсегда уйдёт в касту «петухов». Или прикажут выполнить заказ, вплоть до убийства. Карточный долг – долг чести, и отказавшийся от его уплаты может быть безнаказанно убит или покалечен, изнасилован.

Самое страшное, что Игорь всегда был игроком. Именно поэтому карцер стал его вторым домом. Ещё раньше он рассказывал мне о том, что карты обычно делают сами зэки, и они получаются очень красивые. Клеят их из газет хлебным клейстером, долго выравнивают и шлифуют, наносят рисунок. К разрешенным играм относятся все настольные – шахматы, шашки, домино, нарды, кости. Но конечно, все они с не меньшим успехом могут быть использованы для игры под интерес.

Очень часто я получала сообщения от Игоря о том, что он проиграл какие-то деньги, не знает, что делать. Когда мы познакомились, он не хотел признаваться, что играет, не желал волновать меня. Но потом его перестало интересовать, что я чувствую. Получив подобное сообщение, я места себе не нахожу, переживаю, что с ним случится, если не найдет деньги. Его ж могут убить, опустить или еще что…

Но всё равно это не вызывает у меня мыслей отдать деньги. Он, когда играл, не спросил у меня, а сейчас я не собираюсь решать его проблемы. Взял ответственность на себя, пусть сам и расплачивается. Хотя очень тяжело такое говорить, но иначе это никогда не закончится, легко сойдет с рук, и он будет играть бесконечно.

У нас с ним столько разговоров было по этому поводу… Игорь обещал, что перестанет играть. Он знает мое отношение к его азартной страсти и все равно садится играть. Для меня это как предательство. Я считаю, что помочь могу тем, что позволю ему самому быть взрослым и разрулить эту проблему самостоятельно. Повариться в ней, понять, как нелегко найти столько бабла. Тогда, может, он запомнит, что садиться за игру надо только с полной уверенностью, что сможешь отдать, либо вообще не садиться.

Карточный долг на зоне – святое! Необходимо либо отдать долг в указанный срок, либо вскрыть себе вены. Если Игорь не вернёт долг, о спокойной жизни может забыть!

Когда мне было совсем плохо, я высылала ему необходимые деньги. Понимала, что у него серьёзные неприятности. Карточный долг и на воле-то вещь серьезная. Не говоря уж о местах не столь отдаленных.

Как же мне было тяжело искать для него эти деньги… Как тяжело… Но ответ был один: «Я люблю». Не знаю, что можно вложить ещё в эти слова… Наверное, весь мир. Я полюбила человека, который не просто развит не по годам, он удивительный и нежный, самый замечательный на свете. Сначала я думала, это безумие, но потом его внимание, тепло и нежность окончательно убедили меня: всё можно пережить, если вместе…

Игорь рассказывал, что самая жуткая неделя в тюрьме – первая. Нужно привыкнуть к новым порядкам и новому статусу. Нельзя протягивать руку для рукопожатия, поскольку ещё не известно, кому её можно протягивать, а кому нет.

Когда первый раз пришёл в камеру, то вежливо объяснил соседям, что в тюрьме он впервые, порядков не знает. Почтительно поинтересовался, с кем нужно побеседовать, чтобы узнать правила, в соответствии с которыми надо вести себя в камере. Его тут же отправили к опытному уважаемому человеку – смотрящему, который спит на самой нижней койке, расположенной у окна.

Слова «спасибо» и «пожалуйста» говорить в тюрьме совсем необязательно. Первое можно заменить на «я очень признателен», а второе – «по возможности». Обещать можно только то, что реально выполнимо. За невыполненные обещания так или иначе придётся расплатиться.

Под маской матёрого заключённого или неопытного новичка вполне может скрываться подосланный, которого на тюремном жаргоне принято называть стукачом или гадом. Он может скрываться и под личиной смотрящего в камере. Стукач необходим охране и полиции, чтобы оставаться в курсе разговоров арестантов.

Тюремная жизнь полна особых ритуалов. Например, там существует ритуал чаепития. Даже если в камере есть еда, но нет чая, считается, что её обитатели живут «на голяк». В тюрьме чай называется чифирём. Долгие годы заключённые пьют его очень часто. Они привыкают к этому напитку и, выйдя на свободу, не могут обходиться без него. Резкое прекращение приема чифиря для бывшего заключённого оборачивается жёсткой ломкой, схожей с наркотической.

Общая кружка идет по кругу, а зэки тем временем обсуждают наболевшие проблемы или отдыхают. Арестанты сидят на корточках кругом и попивают чифирь. Чифирь – это хорошая, крепкая заварка. Чтобы получился хороший чифирь, нужен чёрный чай. Пьётся чифирь только на голодный желудок. «Приход» от чифиря наступает почти одновременно с окончанием чаепития, достигает своего пика через десять – пятнадцать минут и держится часами. В тюрьмах обычно чифирят два раза в день.

Больше всего Игорь терпеть не может шмон. Это тщательный обыск, проводимый работниками тюрьмы для конфискации у заключённых контрабандных продуктов, оружия и наркотических веществ. Причин для шмона множество, в том числе подозрение в контрабанде или планировании побега.

В эти места Игорь попал не по своей вине. Натворил много. Статьи тяжелые – пять лет дали… Никогда не думала, что придётся столкнуться с этой стороной жизни. Я знаю, как трудно принять правильное решение. Как трудно верить, что он не изменится в худшую сторону, сумеет наверстать упущенное и, главное, останется человеком не сломанным, не злым, способным верить и любить. Но он всегда говорит слова, от которых замирает сердце…

Раньше я и представить не могла, что буду знать о местах заключения столько, сколько знаю сейчас. Игорь рассказывал, что в каждой камере имеется санитарный угол с унитазом и раковиной. Иногда он отгораживается от остального пространства камеры самодельными занавесками, однако они совершенно не мешают циркуляции по комнате звуков и запахов. Разумеется, в большой камере такое неудобство переносить легче, чем в маленькой. Заключённые очень любят посмеяться по поводу различных пикантных запахов и звуков.

– Ты что такое ел?

– Загниваешь, братан…

– Глаза режет – жги вату.

Вату в тюрьме жгут для перебивания неприятного запаха. Её выщипывают из матрасов, что и объясняет, почему у заключённых они такие тонкие. Если справляющий нужду арестант очень уж интенсивно и звучно выпускает газы, над ним начинают подшучивать, порой весьма жестоко и ехидно.

Зная все эти тонкости, мне было страшно представить, что чувствует мой любимый человек и как он живёт в этой жуткой обстановке каждый свой день…

ЗАПИСЬ В ДНЕВНИКЕ

Написала о своей истории в Интернете. Тут же получила множество писем от девушек, которые познакомились с зэками, как и я, совершенно случайно. Читала, и мурашки по коже. Похоже, ничего хорошего в этой авантюре нет…

«Привет, Лара! Мне было 17 лет, когда я влюбилась, и, несмотря ни на что, всё надеялась, что мы будем вместе. Его посадили за убийство, друзья отвернулись, а вот я его поддерживала и ждала много лет. Планы настроили (свадьба, отдых за границей и очень хотели детей), а когда он вышел, я его только через месяц увидела. Вместе мы не смогли быть, так как друг друга перестали понимать, и решили расстаться. Надолго не получилась: снова звонки, встречи, любовь.

После я узнала, что к нему не только я ездила. Ещё одна девушка тоже надеялась на счастье. И у них также продолжались встречи, отношения за моей спиной. Я собрала вещи и ушла. Он не давал покоя: преследовал, уговаривал вернуться к нему. И вот я опять вернулась и была на пятом месяце беременности.

Девушки слепые, когда любят, поэтому всё прощают. А мой день рождения устроил мне. Я дома ещё была, ждала его, и вдруг звонок в дверь, а там стоит женщина с трёхлетним ребенком на руках. Мне всё стало ясно.

Он так и не пришёл, женщина его ждала в комнате. Я ревела, случилась даже истерика, и меня увезли в больницу. Я потеряла ребенка и больше не могу иметь детей, не могу выйти замуж, так как не в силах его забыть. А история закончилась тем, что он не со мной и не с ней. И снова сидит, дали десять лет. Все зэки уроды и думают только о себе. Люди, которые сидят, никогда не встанут на правильный путь».

«Лара, у всех по-разному. Езжу к своему уже год. Всяких историй наслушалась. Есть там и положительные герои, но ой как мало! Неделю назад я со своим расписалась. Первый раз на длительное поехала. А он вёл себя как не от мира сего. Обнимашки-обнимашки, а как мужчину самой его взять пришлось. Странный он какой-то. А ведь уже не малолетки. Он уже не первый раз там. Сказал, что с зэком лучше не связываться, если на свободе не общались. Очень маленький процент искренности, да и с нормальной психикой мало кто оттуда возвращается. А вот туда они почти всегда возвращаются».

«У каждой из нас своя история. Я познакомилась в “Одноклассниках” с парнем. Очень долго мы были просто друзьями, а потом жизнь так сложилась, что я влюбилась до потери пульса. Он ответил взаимностью и пригласил на длительное свидание. Город, где он сидит, находится очень далеко, за тысячу километров. Я согласилась, приехала к нему…

Свидание прошло в каком-то дурмане. Было ощущение, словно это сон или сказка. Потом я и вовсе решила переехать в Самару (город, где он сидит), чтобы быть ближе и почаще видеться.

Прошло время, я забеременела, но наши мамы дружно сказали, что рано ещё и что мы недостаточно знаем друг друга. У него от другой есть дочь, а у меня от первого брака сынок. Ну и, короче говоря, я со слезами на глазах пошла на аборт…

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 >>