– Что «только в лесах можно познать истину», если я не ошибаюсь. – ответил я.
– А мы его даже не слушали!
– О какой «истине» идёт речь?
– Я почувствовал! – раскричался Форзи. – Сегодня я что-то почувствовал! Там! В лесу!
– Эй, потише ты! – пытался утихомирить его Иэн. – Скажи, что ты почувствовал?
– Помнишь, я рассказывал тебе, что наша семья верит в существование некой «жизненной энергии»?
– Да, Фоуэр, что-то припоминаю.
– Наш отец полагал, что в лесах есть какая-то особая сила. Они как-то умиротворяют, позволяя осознать жизнь. Найти «гармонию». И сегодня с Форзи произошло что-то такое.
– Не только у меня! Может, другие тоже могли бы! Если бы не боялись леса!
– Может и так. Но это ничего не меняет, Форзи. Они и дальше будут бояться. Я рад, что у тебя что-то получилось, но давай не будем терять голову, хорошо? Мы обязательно будем приходить туда. И ты сможешь развить свои навыки.
– А как же ты, Фоуэр?
– А я… скорее всего, просто недостаточно спокоен. Я, конечно, не верю россказням сельчан, но неприятный осадок, видимо, остался.
– Ну и что это даёт? Ну, то, что вы называете жизненной энергией.
– Сложно сказать. Но родители верят, что с помощью неё можно исцелять раны. Как-то перенаправляя её от одного человека к другому. Или от растений. Любой живности, самой природы…
– Хм. Но это объясняет, почему именно в лесу можно найти «гармонию», чем бы она ни была. Здесь ведь столько живности!
– Ага. Но я думаю, нам с Форзи уже пора. Встретимся завтра, на охоте!
– Конечно! Дальше я и сам дойду. Спокойной ночи!
– И тебе.
К этому моменту мы почти дошли до забора, что ограждает лес. Кругом были деревья. Солнце успело совсем уйти за горизонт. Благодаря пришедшим из леса тучам, на улице стало ещё темнее. Мы с Форзи направились к дому. Наверное, стоило рассказать про случай с Форзи за ужином.
– Братик, ну почему ты меня совсем не слушаешь? – приуныв, спросил Форзи.
– В смысле, не слушаю? Мы же проводили Иэна, как ты и хотел!
– Но я хотел пройти дальше! Я чувствую! Там что-то есть!
– О чём это ты?.. Шутишь что ли?
– Нет! Правда! Я чувствую! – продолжал утверждать брат.
– Родители могут волноваться, понимаешь? Нам не стоит разгуливать по лесу ночью. Может, ты чувствуешь какого-нибудь волка или, как в прошлый раз, зайца!
– А если это кто-то другой?
– Мы сможем проверить это завтра, днём. А сейчас нам лучше уйти.
– Ладно. – зевнул брат. – Что-то я… спать хочется…
Я взял брата за руку и мы пошли дальше. Деревья оставались позади. Их листья вновь беспокоились из-за усиливающегося ветра. С неба упала первая капля начинающегося дождя. Первого за несколько долгих недель.
Но что-то беспокоило и меня. Я решил остановиться и осмотреться по сторонам. Форзи продолжал зевать. Теперь он хотел домой и не понимал, почему мы остановились. Я неловко улыбнулся, поняв, что всё хорошо. Но мой взгляд почему-то остановился на дубе, растущем слева от дома Иэна. Он был там всегда.
– Братик? Куда ты смотришь? – спросил Форзи, прежде чем сам посмотрел туда.
Но что-то было не так с этим дубом, а я не мог понять, что именно. Наконец, Форзи догадался, в чём дело. Он сказал, что у него не должно быть тех трёх веток, что торчат справа. Их никогда там не было! Я не мог понять, как это возможно. Казалось, что это какая-то шутка. Не могли же они вырасти за один день? Сердце застучало быстрее. Возникла ничем необъяснимая тревога.
По коже пробежал холодок. Я прищурился, а после – моргнул. Внезапно под ними что-то появилось. Что-то странное. И тёмное. Какой-то силуэт. Пугающий из-за веток, которые словно обвивали его позади. Человек. Но со странным телосложением – очень худощавый. И высокий. Подобных я раньше не встречал. Казалось, что он смотрит прямо на нас.
Форзи чуть было не заплакал, когда увидел его. Он тут же спрятался за моей спиной. Я всё ещё не мог поверить своим глазам. Что же это такое? Я сплю? Сердце забилось ещё сильнее. Я быстро протёр глаза. Правой рукой. В горле образовался неприятный комок. Но на том месте уже ничего не было.
Я тяжело выдохнул. Мне было бы проще поверить, что всё это нам лишь показалось. Но Форзи снова попросился домой, крепко сжимая мою кофту в своих ладонях. В этот миг где-то вдали завыли волки. Вой пронёсся по всему лесу, и вороны стали разлетаться с верхушек деревьев, каркая им в ответ.
В комнате Иэна зажёгся яркий свет. Он подошёл к окну и увидел, что мы ещё не ушли. Друг радушно помахал нам рукой, желая удачно добраться до дома. Но лишь одна мысль теперь крутилась в моей голове. Что, если сельчане всё же не ошибались, а мы всё это время были слепы? Нет. Не мы, а я. Форзи не ошибался. Там действительно кто-то был. Кто-то другой.
Глава 5 – Спасение
Рассказ ведётся от лица Ни’Файзеро
«Твоя душа утонет в одиночестве. Но если ты захочешь выжить, тебе придётся научиться плавать»
Тьма. Бесконечный и необратимый хаос. Становящийся ближе с каждой секундой. Отец, неужели я мёртв? После всего, через что я прошёл… Так и не достигнув цели? В какой же момент я совершил ошибку? Хах! Глупый вопрос. Вся моя жизнь – одна большая ошибка. Ведь рождённый убивать недостоин жизни.
Мои руки укутаны ночью. Мерцающие огоньки в почерневших небесах. Бледная луна в дрожащей ладони. Моё бренное тело сейчас, наверное, уносится прочь, оставляя её позади. Я ничего не вижу. И всё, что я чувствую, – это отчаяние. Моё тело замерзает в холодной реке, уносящей меня как можно дальше от огней гиблого города. Куда бы не устремилась вода, мой безжизненный кокон вскоре сгниёт. Исчезнет. Как и все упоминания о нём. Никто не вспомнит моей кончины. Как и тех, кто отдал свои жизни, пытаясь противостоять мне. Отчаянному глупцу, что бросил вызов судьбе, решив, что сможет вершить её беспрепятственно. Как же я жалок, даже смешно. Мерсилесс… Такие, как он, будут жить вечно. В мире, лишённом справедливости. Мире, который утратил своё былое величие. Мире, который стал клеткой для всех, кому было суждено в нём родиться. Забавно, однако, что лишь после смерти я, кажется, сумел его покинуть.
Тело перестаёт чувствовать боль, а я пробуждаюсь ото сна. Тьма, в которой я жил, оказалась тропой к ещё большей тьме. Так и выглядит Ад? Хотя, нет, это не похоже на преисподнею. Я уже бывал здесь когда-то. Это какое-то здание. Его стены из кирпича, они увешаны знамёнами.
Обрывки памяти проносятся слишком быстро, но в них ещё можно разобрать какие-то силуэты. Мужчина, стоящий спиной ко мне на красном ковре. Его чёрные волосы сзади заплетёны в две маленькие косы, и лишь несколько волосинок болтаются на ветру. Мы стоим на холодном полу. Вдали виднеются несколько башен, крыши которых пока ещё не докрашены. В скором времени здесь будет настоящий замок! Но сейчас он, кажется, ещё не достроен. С чёрного неба падает первый снег. А он всё стоит. Он ведь знает, что теперь я здесь, но всё равно не решается снова обнять. Снежинки ложатся на его плечи, укутанные серым плащом.
– Отец? Это ты? Неужели я снова… могу увидеть тебя? Прошу тебя, не молчи!..
Высокий мужчина, стоявший на ступенях в окружении недостроенных стен, повернулся ко мне правым боком. Он посмотрел на меня. В его карих глазах были слёзы. Он уже понимал, что не сможет вернуться. И хрупкая капля с его бледного лица спадает на этот роскошный ковёр. Наконец, он решается ответить:
– Файз! – говорит он. – Прости меня… прошу, прости за то, что я больше не смогу… вернуться к тебе.
– Отец? Я уже здесь! – ответил я. – Неужели ты этого не видишь? Остановись, прошу тебя! Не покидай меня снова…
– Ты шагнёшь в этот жестокий мир. Я знаю, тебе тяжело… Но ты справишься. Я верю в тебя!
– Почему? Почему даже сейчас… ты говоришь со мной, как с ребёнком? Скажи, почему мы не можем… просто остаться вместе?
– Прошу тебя, сынок, пойми меня правильно… – продолжал он, повторяя всё то, что сказал мне перед смертью. – Этот безжалостный город… Здесь будет много лжи.