Хотелось махнуть на все рукой, сесть на тротуар и заснуть, умереть, уйти из этого несправедливого существования.
Хотелось, но живущая в нем некая вера, в нечто, не понятно на логическом уровне во что, заставляла идти вперед и искать, искать выход из ситуации…
«Сдаваться не умею, нельзя… Надо идти, искать выход, ведь, я – прав… Надо идти… Сын совсем еще несмышленыш и права не имею в беде бросать его…», – слабые движения мыслей силу пытались в нем возродить… Он шел, заставлял себя идти…
Еще шаг и вдруг замечает впереди базар, рынок на Матвейчике. Вспоминает как сюда приходили они с Мариам и она, прежде чем купить что-то, обязательно пробовала кусочки солений, копчений…
«Я здесь, хоть что-то, попробовав, съем!», – обрадовался Санек.
Заходит. Подходит к первой, второй продавщице. Женщины окидывают его вопросительным взглядом и последняя, словно в порядке вещей, запросто спрашивает:
– Есть хочешь?
– Д-а-аа, – недоуменно протянул Сашек, – а как вы узнали, – спросил, беря из ее рук помидор.
– Сын у меня такой же….Да, у вас на лице все написано…, – сказала, вытащила из-под прилавка сверток, развернула и протянула ему, доброжелательно улыбаясь, два бутерброда: один с сыром, другой с ветчиной…
Утолив голод почувствовал, что взбешенные кони-мысли начали успокаиваться и направились в конструктивное движение.
Мучимый безысходностью вдруг вспомнил, что мать Валерия передала требование дяди устроиться через знакомого в приватизационное агентство.
«Да, наша страна уже независима, есть приватизационное агентство…», – отметил про себя Санек.
Пришел туда. Здесь его с распростертыми объятиями встретил школьный друг дяди Валерия, один из руководителей…
Так Александр, под именем Валерия Саблина, оказался в приватизационном агентстве, на «кухне», где готовили первое, второе, третье «блюда» для всех: своих и чужих, в организации, которая разрезала торт – собственность – и раздавала куски пирога.
Стал работником госструктуры, которая взяла на себя функцию справедливого перераспределения собственности.
В «империи» Советский Союз юридически все принадлежало государству. Фактически пользовались ресурсами управленцы, номенклатура коммунистической партии.
После выхода из СССР, приняли закон о частной собственности, объявив о возврате ее бывшим владельцам и передаче всем той, которая была общественной.
Каждому жителю страны нашей были выданы приватизационные сертификаты пропорционально прожитым годам…
В других государствах они назывались ваучерами или по-другому, но суть была одна… – это была номинальная доля общей собственности, за которую при приватизации можно было приобрести ее. Принцип справедливости утвержден законом.
Каждый мог прийти и заявить о желании приватизировать хоть завод, предприятие, хоть здание, землю. В обновленном обществе новые законы справедливого распределения вступили в силу.
«Переименован нами уже Верховный Совет в новый законодательный орган – парламент.
Назначен новый премьер – не коммунист!!! Голдманис – в переводе – «золотой человек», – слова, наполненные радостью, слышны в разговорах большинства.
Все могли приватизировать, каждый мог, но получали, забирали заводы, земли, здания, почему-то не выходцы из народа, а неприметные, до сего, персоны.
Носились все, почти, суетно туда-сюда и гон был сильным. Гон к одному, к деньгам.
Не принимали предупреждения многих пророков и голос бунтаря, сопровождаемый аккордами гитары:
«Де-е-ень-ги,
День-ги кру-у-гом,
Будь им пусто…»[1 - Владимир Высоцкий «Песня про мангустов»]
Гнались, спешили и не было времени вслушаться в слова, напоминающие о повторе ошибок…
«И – и – и
хлещ-щ-у я
бе-е-ре-зовым ве-е-еничком
по на-а-следию
мрррач-ных вре-мен…»
В дне сегодняшнем, здесь и сейчас, Александр участвует в эпохальном событии, исполняет новые законы, перераспределяет собственность.
Развалилась империя под названием Союз Советских Социалистических республик.
Санек, с радостью соучастия, с несокрушимой верой в наступление долгожданной независимости от демофилиных, настоящей и безграничной свободы слова, волеизъявления, с возможностью читать любые книги, с поездками за границу своей страны, неограниченно зарабатывать сколько угодно денег и тратить их по своему желанию, вносит свой вклад в создание нового общества.
Страна его, одна из первых объявив об отделении от Союза, радостно шагала к новым взаимоотношениям среди людей, организаций, между человеком и обществом, государством.
Телевидение в новостях повторяет и повторяет показ репортажа – подростки, женщины, мужчины. Они безоружные окружили здание парламента баррикадами из строительных панелей. Выставили преградой ожидаемым танкам трактора и самих себя. Грелись у костров с намерением защитить здание и находящихся в нем глашатаев независимости. Вышли ночью на холод улиц после известия, что к центру города, для восстановления коммунистического режима, едут на бронетехнике группы ОМОНа. Вместо автоматов и пушек они безоружные, со спокойной уверенностью, выставили против военной силы свою объединенную веру, единство, доброжелательность.
Холодной ночью делились горячим чаем, едой. Домохозяйки приносили теплые пирожки. Это Единение, жажда Свободы и Справедливости душевным теплом объединяло всех в одну дружную семью и общностью цели превратило в сплоченную команду.
23 августа 1989 года – пятидесятая годовщина подписания между фашистами и коммунистами секретного пакта Молотова – Риббентропа. Народные движения Эстонии, Латвии, Литвы объединяются в акцию: цепочка, образованная из взявшихся за руки двух миллионов человек, протянулась на шестьсот километров через территорию всей Прибалтики, от Таллина, через Ригу, до Вильнюса. Из ладони в ладонь передавалось согревающее сердца тепло. Жажда свободы была всеобщим желанием. Люди перестали чувствовать себя одинокими. Они были вместе. Их объединила одна и та же цель и одни и те же мысли о свободе, ухода от притеснений, оков.
Верхи не могли управлять по-старому, а низы не хотели жить по-старому и империя развалилась. Развалилась или развалили, но перестала существовать.
Все радостно, с облегчением вздохнули, когда сбросили – без гражданской войны и малой кровью – тяжко-долгое гнетущее ярмо духовного и физического рабства.
4 мая 1990 года принята Декларация о восстановлении независимости государства Латвийской Республики. В других странах – другие даты, но суть та же.
Сделали изменения в Конституции, убрав статью о главенстве коммунистической партии. Приняли законы о частной инициативе и частной собственности. Начали каждому начислять сертификаты, на которые можно приватизировать собственность.
Реально независимость была восстановлена 21 августа 1991 года, после неудавшейся, загадочно – таинственной, попытки переворота ГКЧП в Москве.
31 августа 1994 года завершился вывод российских войск из Латвии.
В 2004г. Латвия вступила в Европейский союз и НАТО, которые уровнем своим в культуре, достатке подавали пример, а в сплоченности гарантировали отпор насилию…
В других республиках и странах решали также или по-другому, но все провозглашали возможности улучшения жизни.
Провозглашали приятные слуху Свободу, Равенство, Достаток, Справедливость.
Пошли по пути демократии: к общему благу путем предоставления нам самим, народу, возможности решать проблемы через выборы руководителей, которые избираются для того, чтобы выполнять нашу волю!
Демократия – народовластие, – понимание практического, реального влияния на устройство своей жизни радостью переполняла всех.
Деньги – советские рубли обесценились. Товарно-денежные отношения, из-за отсутствия общей денежной единицы, производились в натуральном обмене. Господствовал бартер.